Когда погиб Милован
Шрифт:
— Что вы намерены делать с Брижеком, когда он станет не нужен нам?
— Отправим его в Чехию, там сейчас из чехов формируется корпус, который будет воевать на нашей стороне.
— Вот я и пообещаю ему это, если он расскажет все.
— Эльза, с ним работало СД, они сочли его бесполезным. На что надеешься ты?
— СД не интересовалось положительными и отрицательными качествами Марека, лично меня интересует только это.
— Скажи моему секретарю, чтобы вызвал из тюрьмы чеха, когда надумаешь везти его на конспиративную квартиру,
— Господин штандартенфюрер, мне много знать о Лозанне ре полагается, совершенно случайно могу выдать свою осведомленность.
— С документами ознакомилась?
— Да. У Гардекопфа — нормально, а мои документы не годятся.
— В чем дело?
— По документам я должна жить в Германии.
— Что это даст?
— Если у Бедуина имеется здесь агентура, он не устоит перед соблазном завербовать меня.
— А не вызовет ли у него подозрение твоя поездка в Швейцарию?
— Нет, я расскажу ему, какие ужасы творятся в рейхе.
— Он может спросить, что тебя держит в Германии?
— Состоятельные, но больные и очень старые родители.
— По правилам, разведчик, если ему не нравится легенда, по которой он будет идти за границу, вправе предложить свой вариант. Ведь провал грозит в первую очередь ему, а не начальству.
— Я согласна с вами, господин штандартенфюрер, но провал разведчика для него самого может кончиться смертью, а худшее, что ожидает начальство, это — конец карьере.
— Я заинтересован в удачном завершении операции не меньше тебя.
— Именно поэтому я прошу еще раз продумать мою легенду.
— Хорошо. А сейчас давай обсудим твои действия в Лозанне. Как ты собираешься выйти на Бедуина?
— К моему приезду наши люди должны подготовить для меня информацию о перемещениях и встречах Марека. Кроме того, к приезду в Швейцарию я буду иметь представление о его вкусах, привычках, слабостях… На информации агентов и собственных наблюдениях будут основываться мои действия. Сейчас все предусмотреть невозможно. Если Бедуина завербовать не удастся, что я должна делать?
— Ты должна будешь ликвидировать его. Другого выхода нет. Мы и так слишком долго возимся с ним. Но, запомни, это лишь в том случае, если на его перевербовку не останется никакой надежды.
— Поняла.
Автомобиль подъехал к высокому забору, из-за которого в глубине двора виднелся дом. Шофер посигналил. Ворота открылись, и «мерседес» въехал во двор. К автомобилю подошел высокий седой мужчина.
— Добрый день, — поздоровался он с Эльзой.
— Хайль Гитлер, — ответила Миллер и внимательно посмотрела на мужчину. Тот стоял, вытянувшись по стойке «смирно».
— Жильца привезли? — спросила Эльза.
— Нет. Он в пути, мне позвонил обер-лейтенант Гардекопф, что вместе с клиентом выезжает из тюрьмы. С минуты на минуту они должны быть здесь.
— Сколько человек обслуживает «Сервис»?
— Восемь. Охрана
падежная, можете быть спокойны, клиент не убежит.— Хорошо. Кто вы?
— Густав Лейне, фрау гауптман. Считаюсь хозяином этого дома. Весь персонал находится в моем подчинении. В том числе и охрана.
— Микрофоны установлены во всех комнатах?
— Нет, только в зале, он служит комнатой для допросов и бесед.
— Если здесь нет записывающих устройств, какой толк в микрофонах?
— Слышать то, о чем идет речь в зале, можно из моей комнаты.
— Заберите вещи и переселитесь в другую комнату, ключи от своей передайте мне.
— Вас понял, фрау гауптман.
В это время по ту сторону ворот засигналил автомобиль. Во двор въехал «опель-капитан» черного цвета. Из машины вышли обер-лейтенант Гардекопф и майор Брижек.
— Добрый день, фрау гауптман.
— Хайль Гитлер, Брижек. Вы довольны?
— Вообще, да.
— А в частности?
— Я еще не знаю, чем закончится мое путешествие.
— Все будет зависеть только от вас.
Миллер повернулась к Лейне, молча стоявшему рядом с ней.
— Прикажите приготовить ванну и одежду для этого господина.
— Будет исполнено.
— А мы, майор, пока погуляем.
Некоторое время молчали. Затем Эльза сказала:
— Я слушаю вас…
Майор больше не сопротивлялся:
— Контр-пароль: «Змея ползет к водопаду». Отзыв: «Переплыть водопад может только уж».
— Адреса?
— Я знаю один парикмахерская «Драгун», она находится на улице Бисмарка. Мастер Отто Шальц. Запомнили?
— Еще что-нибудь добавите?
— Нет. Что меня ожидает?
— Чехословацкий корпус, который будет воевать на стороне Германии. Довольны?
— Очень.
— Сейчас вы примете ванну, переоденетесь, а потом поговорим о Мареке.
Расставшись на время с Брижеком, Миллер решила осмотреть дом. Одну за другой она прошла все комнаты, включая кухню и ванну. На удивление, не заметила ни одного человека из обслуги и охраны. Закончив осмотр, Миллер вернулась в прихожую. Там уже ожидали ее шар-фюрер Лейне и изменившийся до неузнаваемости Брижек.
Эльза спросила Лейне:
— Где ваши люди, я обошла все комнаты, но нигде никого не заметила.
— Все здесь, фрау гауптман. Вы не обратили внимания, что в этом доме все комнаты проходные, когда вы заходили в одну, мои подчиненные переходили в другую. Потому вы и не встретили никого. Желаете познакомиться с ними?
— Да.
— Все ко мне, — немного громче, чем разговаривал с Миллер, произнес Лейне.
Одновременно открылись несколько дверей, и в прихожую вошли восемь мужчин. Эльза осмотрела их и сказала:
— Все свободны.
Когда восьмерка удалилась, Эльза добавила:
— Приятно удивлена.
Лейне довольно заулыбался:
— Это мой коронный номер. Даже штандартенфюрер всегда удивляется. Люди специально обучены: все видеть, все слышать и оставаться незамеченными.