Когда погаснут все огни
Шрифт:
Огромный погребальный зал тонул во мраке, И повсюду, сколько хватало света пляшущего над плечом Хао Сюаньшэна огонька, лежали иссохшие тела в древних одеяниях. Слуги, воины, музыканты, танцовщицы, рабыни. Боевые кони рядом с колесницами. Жу Яньхэ ушел в посмертие не в одиночестве. Даже ловчие соколы последовали за своим хозяином.
Хао Сюаньшэн осторожно шел через наполненный смертью зал, стараясь не потревожить останки несчастных и шепча им слова сочувствия и утешения. То ли благодаря его речам, то ли потому, что духи не почуяли в нем биения жизни, стоны и рыдания постепенно стихли, слившись в безысходно печальный шепот.
Гроб
А на ступенях лежало еще одно тело, одеяния которого, не тронутые многими веками, выглядели как одежды странствующего ученого. Подобные тем, что носил в этом странствии Хао Сюаньшэн.
Никаких признаков ран, сломанных костей или проломленной головы. Никаких следов крови на камнях вокруг или на одежде. Словно этот старик – а умерший был стар, на это указывали седые волосы и шишковатые от возраста пальцы, - просто пришел сюда и умер в нескольких шагах от гроба Жу Яньхэ. Был ли он тут один? Или с ним пришел еще кто-то?
– Злосчастный глупец, - Хао Сюаньшэн покачал головой, - во имя чего ты пришел сюда? Зачем пробудил то, чему следовало оставаться погребенным и забытым?
Мертвец не отвечал. Не мог ответить – его дух не был связан погребальными ритуалами Жу Яньхэ, как были связаны духи погребенных в древности, а потому ушел за пределы Срединного мира.
Меняющей Облик здесь не было. Даже воспоминания о ее пребывании здесь начали остывать и терять ясность. Она бежала в Яньци, искусно путая свои следы, и растворилась где-то там. Почему именно в те места? Что ее вело? Или что она там надеялась найти?
Оставалось проверить немногое. Хао Сюаньшэн, горячо вознося мотивы Небесам о том, чтобы все ограничилось лишь побегом Меняющей Облик, сдвинул плиту, укрывавшую гроб.
Его глазам предстала вся неприглядность человеческого праха. Величественный грозный завоеватель, не знавший себе равных, обратился в такие же иссохшие останки, что и его слуги. Некогда сиявшая подобно солнцу бронза доспехов покрылась толстым слоем блеклой зелени. Рот приоткрыт, челюсть завалилась набок, и можно рассмотреть давно потускневшую жемчужину, вложенную в него при погребальных обрядах.
Похожая на сухую ветку правая рука Жу Яньхэ до сих пор покоилась на рукояти бронзового меча – такого же позеленевшего, как и доспехи. Древний владыка был погребен как завоеватель, сжимая свои самые дорогие сокровища… только вот левая его рука была сдвинута и рассыпалась горстью тонких костей и пыли.
Хао Сюаньшэн, стиснув зубы, подавил рвущееся из груди проклятие. Самые страшные предположения подтвердились. Сяохуамей, Меняющая Облик возлюбленная Жу Яньхэ, покинула место своего заточения не с пустыми руками.
В мир людей вернулась печать из красной яшмы.
Глава 7
Сюда не дошла засуха, похитившая краски у зелени в Милине и западной части Цзянли, и усадьба Таоцзы тонула в зелени ухоженных садов. Растения были подобраны со знанием дела – так, чтобы цветение не прекращалось ни на один месяц в году.
Все за оградой усадьбы дышало утонченной роскошью и безмятежным покоем. Подобное место могло бы стать резиденцией вану или крупному
вельможе. Но та, которой оно принадлежало, была невероятно далека от всей знати смертных государств Срединных Земель.Сдедуя за степенным, держащимся с чувством собственной значимости слугой, Хао Сюаньшэн чувствовал, что его визит не остался незамеченным обитательницами флигелей, спрятанных среди зелени. В изящно убранных комнатках наверняка царит приятное волнение. Самые смелые припадают к щелям в занавесях – он ощущал их любопытные изучающие взгляды. Наверняка его визит будут с увлечением обсуждать все время его нахождения в усадьбе. И еще несколько дней после.
Покой, в котором Хао Сюаньшэна приняла хозяйка, был таким же утонченно роскошным, как и все в усадьбе Таоцзы. И на фоне этой изысканной красоты невероятно сильно выделялась Янмей, в самый разгар летней жары закутанная в одежды из темного узорчатого шелка, подбитые соболями.
Она была стара. Настолько стара, что уже отбросила за ненадобностью все ухищрения, призванные украсить женщину и скрыть разрушительные следы возраста. Но какой бы старой она ни выглядела, седая голова на иссохшей шее не тряслась, а взгляд цепких умных глаз был лишен и малейших следов старческой мути.
– Для меня большая честь приветствовать генерала Хао в стенах усадьбы Таоцзы, - надтреснутый голос Янмей звучал глуховато, а чинный поклон выглядел замедленным, как будто тело плохо ее слушалось из-за старческих немощей.
Хао Сюаньшэн приветствовал хозяйку суховатым кратким полупоклоном. Тратить время на долгие любезности он не собирался.
– Не могу заверить, что счастлив переступить порог твоего дома.
Поредевшие совершенно седые брови старухи чуть приподнялись. Служанки, ждавшие повелений хозяйки у стены, переглянулись с выражением возмущения и недоумения. Здесь не привыкли к резкости. Хао Сюаншэну не было до этого ни малейшего дела.
– Отошли их, - он движением подбородка указал в сторону служанок.
Блеклые сухие губы Янмй недовольно поджались. Но спорить она не стала. Повинуясь движению сложенного веера, женщины выскользнули из покоя. Даже шелка одежд не зашелестели.
– Ты знаешь, что произошло в Милине. И видела багряную звезду.
Янмей сокрушенно покачала головой.
– Это ужасно, генерал Хао. Я уже слишком стара, чтобы бояться за себя. Но горько сожалею о нелегких временах, что грядут. Молюсь лишь о том, чтобы не вторглись вновь варвары из Западного Юя. Я хочу верить, что мои девочки будут защищены от поругания, генерал, - со значением завершила она.
Хао Сюаньшэн слушал неспешную речь старухи, чувствуя, как в груди закипает раздражение. О какой защите ее цветника может идти речь сейчас? За кого она его принимает? Янмей и правда выжила из ума, или только прикидывается недалекой сводней?
– Янмей, - в его голосе опасно звякнул металл, - что ты знаешь о Милине?
– Что несчастный край поражен засухой и болезнью, - старуха не отводила от него глаз. Если его поведение и вызывало у нее раздражение, то она его не выказывала, - генерала Хао удивляет мое спокойствие? Но я стара. Много старше, чем вы. И не раз видела восхождение багряной звезды за свой век. Не совершайте ошибку, приличную смертным, - Янмей чуть возвысила голос, видя, что Хао Сюаньшэн собирается ее прервать, - круги замыкаются в кольцо раз за разом, но не каждый из них знаменует поворот Колеса.