Чтение онлайн

По всей информации для отдела разведки, как и для многих других структур, кандидатура Дмитрия Романова была самой слабой, самым неудачным вариантом. Еще неизвестно, не ждет ли эту структуру такой же распуск, как и службу безопасности. А потому от смерти нового императора люди Лаврентьева только выиграют.

Российская империя — огромная и мощная страна, подобных которой нет во всем мире. Она самая большая из всех прочих. Даже больше некоторых континентов. И такому государству нужен император с такими же огромными амбициями, как и сама империя.

Мысли продолжали роиться

в голове Евгения Давидовича, отвлекая его от составления утреннего отчета. По факту за два часа рабочего времени он не сделал ровным счетом ничего. Разве что каждые пять минут он посматривал на часы в ожидании, когда наконец придет Лаврентьев и прольет свет на то, как прошла вчерашняя встреча. Евгений Давидович будет невероятно рад, если господин вернется с готовым решением, чью сторону разведка должна выбрать.

Вскоре в большое помещение офиса разведки вошел Сергей Захарович. Евгению Давидовичу показалось странной его походка… словно, он хромал.

Обычно Лаврентьев проходил и здоровался со всеми, а затем сразу требовал отчет о проделанной работе — обо всем, что разведка успела сделать за день. Так было из года в год, изо дня в день… Но сегодня он, не спеша, прошел к своему кабинету и вошел туда, никому не сказав ни слова.

Евгения Давидовича это очень насторожило. Обычно Лаврентьев держал все в своих руках… А сегодня он был сам на себя не похож.

Заместитель нахмурился и поднялся со своего рабочего места. Раз Сергей Захарович сам не подошел, то возможно что-то случилось, и заместителю стоит самому подойти. Так Евгений Давидович и сделал.

Он подошел к кабинету своего господина и постучался. Глухим голосом Лаврентьев разрешил войти, и Евгений Давидович просочился внутрь.

— Здравствуй, проходи, — безэмоционально сказал Сергей Захарович и кивнул на стул, стоящий напротив его стола.

— Здравствуйте, — кивнул Евгений Давидович и присел. — Как все прошло? — он решил перейти сразу к делу.

— Ты о чем? — Лаврентьев свел брови к переносице, словно не понимая, о чем идет речь.

— Вчера же…

— Что вчера? — резко перебил его начальник.

— Вчера прошла встреча с императором.

— И что с того? — хмыкнул Сергей Захарович.

— Поделитесь результатами? — осторожно спросил Евгений Давидович.

Он уже пожалел, что пришел в кабинет своего господина. Тот явно был в плохом настроении. Стоило подойти попозже.

— С каких пор я должен перед тобой отчитываться? — голос Лаврентьева звучал резко.

Это заявление удивило заместителя. Ему как минимум нужно знать, жив ли император для того, чтобы планировать свои дальнейшие действия, как и координировать команды.

Евгений Давидович сглотнул и нерешительно ответил:

— Хотя бы можно узнать, жив ли Дмитрий Романов? Вы и сами понимаете, что я не только из личного любопытства спрашиваю.

У заместителя была мысль, что император на встрече начнет качать свои права и его в конечном счете завалят. А если откровенно… Евгений Давидович даже на это надеялся.

— Жив.

— Но почему? — продолжал расспросы заместитель.

Сергей Захарович шумно выдохнул и ответил:

— Может потому что

он император, — Лаврентьев посмотрел на своего заместителя исподлобья. — А его убийство прямая измена империи!

— Но Виктор Степан…

— Не понял! — нахмурился Лаврентьев.

Евгений Давидович было подумал, что в кабинете установлена прослушка. Хотя, какая еще прослушка может быть установлена в кабинете у разведки? Обычно это они занимаются подобным.

На лице заместителя читалось полное недоумение и непонимание.

— Сергей Захарович, вы же сами говорили, что Дмитрий Романов надолго на троне не задержится, и скоро его заменит Федор или Григорий, и нам надо решить, кого именно из них поддержать, — продолжил Евгений Давидович.

— Хм… никого, — протянул Лаврентьев. — Мы имперская разведка, и мы служим в первую очередь Российской Империи, а ей правит Дмитрий Романов. Или тебе это не нравится?

— Нет, нравится, — снова сглотнул Евгений Давидович, прогоняя нарастающую тревогу. — Но я принял информацию, и позвольте уточнить. То есть мы уничтожаем все остальные планы и полностью поддерживаем Дмитрия?

— Верно, все прошлые планы уничтожьте, и даже думать о них больше не стоит, словно их никогда и не существовало. А пока я здесь главный, разведка будет подчиняться императору.

— Понял вас. Я могу идти? — осторожно спросил Евгений Давидович.

— Можешь идти… Ах, да. Отчет?

Евгений Давидович вскинул брови и на миг оцепенел. Все утро он был погружен в собственные мысли и гадал о результатах встречи господина с императором… про отчет он совершенно забыл!

— Ну так я… — замялся Евгений Давидович.

— Что ты? — поднял бровь Лаврентьев.

И тут заместитель понял, насколько сильно он сейчас попал.

Я лежал в своей мягкой постели на шелковых простынях, но стоило лишь приоткрыть глаза, как я увидел нависшую надо мной Алину. Она улыбалась так широко, словно мы собирались на какой-то праздник.

— Господин, скажите, больно было? — допытывалась она.

— Отстань. У меня есть еще одиннадцать минут и сорок две секунды, чтобы доспать, — лениво отвечаю я и закрываю глаза.

— Это не совсем верная информация. Ваш обычный график начинается, как с пяти десяти, так и с пяти тридцати. Сегодня я просто пришла в пять десять… Но, господин, скажите. Больно было? Очень больно? — не унимается она.

— Достаточно больно, — вздыхаю я.

— Это хорошо, — ее улыбка растягивается до ушей. — А много переломов?

— Минимум два.

— Отлично! — восклицает она и хлопает в ладоши.

М-да… не повезло Лаврентьеву.

Не понимаю, почему Алину так радует факт, что Сергею Захаровичу вчера было так больно и у него целых два перелома. Конечно, я старался быть с ним обходительным, но это не всегда получалось.

А вообще интересно получилось. Лаврентьев человек для империи нужный и полезный. И мой идеальный план заключался в том, чтобы его не устранять и не смещать, а перетянуть на свою сторону. Это была сложная задача. Для такого нужно было показать ему свою силу… и заставить себя уважать. Что я и сделал.