Чтение онлайн

– О боги! – испуганно выдохнула служанка. – С вами все в порядке?

– В полном, – уведомил я. Пожевал губами и неуверенно добавил, стремясь объяснить свое странное поведение: – Видите ли… Давно не мылся.

Девушка что-то неразборчиво пробормотала себе под нос. Затем выпрямилась и проговорила, пытаясь не кривиться от отвращения чересчур сильно:

– Господин Рикки просил передать, чтобы вы поторопились. По его словам, у вас сегодня будет крайне насыщенный день.

Я скептически хмыкнул. Что-то я не припомню, чтобы в последнее время мне хоть час-другой удавалось прожить спокойно. Постоянно или убить пытаются, или я за кем-нибудь гоняюсь, или внутренний голос достает занудным перечислением тех кар, которые мне грозят

за порогом мира живых.

Мне почудился чуть слышный недовольный вздох, но никаких возражений не последовало. Да, стоит признать: знакомство с Рикки помимо многочисленных отрицательных последствий имеет одно и положительное – рядом с ним я хоть ненадолго, но перестаю чувствовать себя марионеткой в руках всемогущего создания.

Служанка, передав слова храмовника, брезгливо подобрала подол простенького голубого платья и выскочила из комнаты со скоростью стрелы, выпущенной из эльфийского дальнобойного лука. Я, не теряя времени даром, стремительно подскочил к стулу и натянул на себя принесенную одежду, путаясь в рукавах. Затем задумчиво провел пальцами по прохладной ткани, которая моментально успокоила разгоряченную чесоткой кожу. Моего обоняния коснулся чуть уловимый аромат какой-то магии. Загадочный аромат, слишком цельный и непонятный. Мне никак не удавалось понять, что за заклинание он означал. Пожалуй, похожим образом пахло от самого Рикки – на самом пороге моей чувствительности. Отсюда легко сделать вывод, что он любезно одолжил мне свою одежду. Комплекция у нас практически одинаковая, так что это самый очевидный и логичный вывод. Но… Запах все же чуть сильнее, чем должен быть, особенно после стирки и глажки. Неужели Рикки установил на меня следящие чары?

Перед выходом из комнаты я кинул на себя последний взгляд в зеркало. Оно послушно отразило всклокоченные светлые волосы, темные круги под глазами и двухдневную щетину. Н-да, моим видком только детишек пугать. Тоже мне, библиотекарь. Выгляжу, словно разбойник с большой дороги. Что, впрочем, недалеко от истины.

Рикки ждал меня в небольшой уютной столовой. И вновь я поразился скудной обстановке: широкий деревянный стол без всякой скатерти, несколько грубо сколоченных стульев. Прямо словно в кабак угодил. Честное слово, впервые встречаю храмовника, настолько равнодушного к роскоши. Или отец-настоятель храма бога-сына не платит своим дознавателям так же щедро, как это принято в святой обители Флоксы?

– Еще раз повторяю – я не совсем дознаватель. Точнее, дознаватель не только храма бога-сына, – без приветствия поправил меня Рикки, который как раз нарезал толстыми ломтями свежий, еще горячий ржаной хлеб и аппетитную ветчину. На мгновение отвлекся от своего занятия и слабо улыбнулся: – Как провел ночь?

– Отлично, – проговорил я. – Впервые за долгое время выспался. Но это непозволительная в моем положении глупость: потерять впустую столько часов. У меня ведь была еще куча дел запланирована.

– Да ладно тебе. – Рикки разложил по двум тарелкам яичницу с жареным луком и мясом. Затем разлил по кружкам горячий травяной отвар. – Отдыхать тоже надо. На свежую голову и соображается быстрее, и мысли всякие интересные приходят. Да и потом, ты помнишь свое вчерашнее состояние? Уверен, далеко бы ты все равно не ушел.

Я не нашел, что возразить. Неопределенно пожал плечами и с явным удовольствием опять провел рукой по льняной рубашке. Никогда не думал, что прикосновение к ткани может быть настолько приятным.

– О-о-о, – понимающе протянул Рикки, заметив мое невольное движение. – Рад видеть, что одежда подошла. Прямо как по тебе сшита.

– Ты ее зачаровал? – напрямик спросил я. – Я же чувствую какой-то аромат. Собирался незаметно проследить за мной при помощи магии?

– Ты переоцениваешь свои умения и мастерство и недооцениваешь меня, – спокойно произнес Рикки, садясь и вооружаясь вилкой. – Если я захочу встать на твой след – я это сделаю безо всякого колдовства. И ты ничего

подозрительного не заметишь, уверяю. Но я в самом деле зачаровал рубашку. Противочесоточным заклинанием. И по-моему, судя по весьма забавным мыслям моей служанки и ее воспоминаниям, ты должен меня поблагодарить за это.

– Спасибо, – хмуро буркнул я, гулко сглотнул голодную слюну и, не дожидаясь особого разрешения, присоединился к Рикки за столом.

На протяжении некоторого времени в столовой воцарилась тишина. Лишь раздавалось негромкое звяканье вилок о тарелки да сосредоточенное приглушенное жевание.

Я быстро опустошил свою тарелку и принялся за методичное уничтожение хлеба с ветчиной. Выпил, наверное, никак не меньше трех кружек отвара, прежде чем почувствовал, что немного насытился.

– Рад, что у тебя настолько хороший аппетит, – негромко отметил Рикки, не расправившийся и с половиной своей порцией. – Это означает, что заклятье дракона уже практически ассимилировалось.

– Асси… что? – переспросил я, озадаченно морща лоб. Сколько книг на своем веку перечитал, а такое мудреное понятие впервые услышал.

– Ну… – Рикки замялся, явно подыскивая более понятные слова. – Грубо говоря, вы привыкли друг к другу. Осталась только кожная реакция, но и она через пару дней сойдет на нет. В общем, смею тебя поздравить. Совсем скоро ты с честью вступишь в ряды истинных дарманов. А там и до крыльев дракона недалеко.

– Н-да, прямо от счастья вздохнуть не смею, – с плохо скрытым сарказмом ответил я. Затем встрепенулся, поймав шальную мысль: – Кстати, когда я стану драконом, если им стану, конечно, татуировка исчезнет? И если нет, значит ли это, что у всех драконов есть подобное украшение? В таком случае поиск палача сильно облегчился бы.

– Боюсь тебя огорчить, но от татуировки ты так легко не отделаешься. – Рикки покачал головой. – Истинные драконы являются таковыми по праву рождения, а не из-за заклятья, поэтому не имеют подобного знака. А вот дарманы, даже пройдя полный цикл превращения, всю жизнь вынуждены носить на своей коже отметину чужих чар.

Я пригорюнился, услышав это. Последняя надежда когда-нибудь избавиться от проклятой татуировки умерла.

– На твоем месте я не убивался бы так. – Рикки пригубил травяной отвар. – Многие мечтают, чтобы их отметил дракон своей милостью. Думаю, ты сам вскоре поймешь преимущества нового положения, особенно с учетом твоей профессии. Дарманы, как и любые метаморфы, более живучие, у них лучше развита реакция, они выносливее и менее чувствительны к боли, наконец. А учитывая твое самоубийственное намерение сразиться с драконом – все это может оказаться весьма кстати.

Я с сомнением покосился на храмовника, гадая, издевается он надо мной или нет. Еще одна вещь меня весьма встревожила в его рассказе. Интересно, стал ли я теперь нечистью? И если стал, то не потащит ли в скором времени новый приятель меня в пыточные застенки?

– У меня была тысяча причин, чтобы ознакомить тебя с этим замечательным местом, – с иронией отметил Рикки. – Однако ты пока на свободе, не так ли?

Это замечание не успокоило меня, напротив, встревожило еще сильнее. Точнее, маленькое уточнение, которое допустил храмовник. Я пока на свободе. Хотелось бы знать, сколько мне еще позволят ею наслаждаться.

– Ты неврастеник, Шени, – мудрено выразился Рикки. – И уже начал утомлять меня этим.

Я обиженно насупился. И кем меня только что обозвали? Даже не знаешь, оскорбили или похвалили.

– Неважно, – произнес Рикки, по обыкновению прочитав мои мысли. – Я лишь хотел сказать, что в любой ситуации надо уметь находить положительные стороны.

– Тебе легко говорить, – упрямо возразил я. – А вот как мне Флоксе объяснить эту татуировку? О боги, Флокса!..

Я вскочил из-за стола. Подруга наверняка сейчас рвет и мечет. Я же обещал сегодня с самого утра пойти с ней к целительнице храма, как ее, Далайле, что ли.