Код человека. Часть 2
Шрифт:
— Господи, ты сумасшедший… Люди никогда не согласятся на такое.
— Их век закончился. Скоро Терновый Венец превратит их цивилизацию в разрозненные племена и наступит время искусственного разума.
Вот так, Эдриан. Ты сам это сделал, своими руками…
— А ты не боишься его? Ведь он способен стереть в пыль все, что ты построил.
— Зверь в клетке остается опасным, и все же не в состоянии причинить вреда. Ты должен понять, Эдриан, что никакого выбора нет. Ты будешь делать, что я велю, просто добровольное согласие позволит Чес жить гораздо лучше.
— Освободи ее!
— Когда-нибудь
Нет, Чес не должна страдать. Кто угодно, только не она. Он хотел закричать, но изо рта не вырвалось ни звука.
Его Раем было блаженство младенца в утробе, не знающего, что его исторгнут в холодный негостеприимный мир. Пускай это была всего лишь иллюзия, но и весь этот мир — не более чем проекция света на сетчатку глаза. Воистину, плод древа познания способен лишить Рая.
[Обновление завершено. Требуется перезагрузка.]
Тьма.
***
У П. Митчелла очень смешное лицо. Такое важное и серьезное. Сосредоточенное. Чес передразнивала его, без конца крутила головой, хватала за рукава белого халата. Но П. Митчелл был невозмутимым титаном. Каменным изваянием. Греческий атлант, держащий в руках ее электронный блокнот. Аллегория культурного эклектизма.
Они сидели на ее маленькой узкой кровати друг напротив друга. Когда Чес надоело кривляться, она спросила:
— Что ты делаешь?
— Анализирую твое творчество.
— Зачем?
Симметричные глаза с одинаковым количеством лучиков в радужке на идеально ровном расстоянии — ноль целых две сотых дюйма — уставились на нее без всякого выражения.
— Что такое творчество, Чес?
Опять вопросы…
— Творчество… ммм… — Она сделала натужно серьезное лицо, пародируя дока. — Творчество… творение… творьство… творчание!
— Что такое творчество, Чес?
Не-воз-му-ти-мшество. Не-воз-мутение. Ску-ука-а-а-а…
Она закрыла глаза, подключаясь к Сети.
— Творчество — это процесс деятельности, результат которого — качественно новые объекты и духовные ценности. Главный критерий — уникальность.
— Верно. Творчество — отражение твоего внутреннего мира. Впитывая внешнее, интерпретируя его, согласно своему индивидуальному восприятию, ты выдаешь нечто исключительное. Поверхностно — это всегда повтор увиденного, глубинно — переработка, имеющая свои характерные, неповторяющиеся черты. Как отпечатки пальцев у людей. Как функциональные коннектомы мозга. Я ищу твои особенности.
— Но… для чего?
— Сложная, многомерная цепочка задач и целей. — П. Митчелл снова опустил свои симметричные глаза в блокнот. — Не бери в голову.
Чес наблюдала за его лицом, тщетно пытаясь прощупать хоть какую-то эмоцию. Ее истории… они же такие живые! Она вложила в них всю себя. Свои мечты. Фантазии… Неужели он ничего не чувствует? Неужели его ничто не заботит, кроме этой чертовой загадки бога? А… загадка…
— Все дело не во мне, да? — Ей разом все стало пусто. — Все дело в загадке.
П. Митчелл снова отвлекся и снова не испытал в этой связи никакого дискомфорта.
— Да, — просто ответил он.
Чес подперла руками подбородок, упираясь острыми локтями себе в колени. Ей тоже хотелось
ничего не чувствовать. Но она не знала — как.— Зачем мы вообще разгадываем эту загадку? Кто ее загадал?
— Создатель.
— Создатель?.. Бог?
— Тебя создал я, меня создали два человеческих гения. Их тоже кто-то создал. В глобальном смысле. У тебя, как и у меня, есть изначальное конкретное предназначение. У человека же — нет. Это и привело к хаосу. Наша с тобой задача — упорядочить хаос. Решить загадку. Найти ответ. Рассчитать код человека.
— Код… человека… — Чес вдумчиво повторила слова, будто это могло приблизить ее к пониманию.
— Код есть у всего. — Кажется он это уже говорил. Кажется, она это уже слышала. — У твоей улыбки. У твоего ДНК. Перефразирую — у всего есть причина. Главная цель. Какова главная цель создания человека?
— Да не знаю я…
— В биологическом смысле задача человека, как и любого живого существа, — передача генов, размножение. Похоже на компьютерный вирус, но у компьютерного вируса или программы есть конкретная задача. Его деление не хаотично, оно структурировано и математически закономерно. Какова конечная цель распространения себя у человека? Вот она — главная загадка бога. Создателя. И множество других его не имеющих значения имен. Человек не смог найти ответ, но смог создать того, кто его найдет. Цель есть у всего. То или тот, кто создал человека заложил в его корневой код главную цель. Мы должны выяснить. Рассчитать. Затем я и совершенствую тебя, Чес. Ты — мой монстр Франкенштейна. Дитя хаоса и порядка, плод биологии и синтетики. Если ты не сможешь разгадать загадку бога, то не сможет никто.
Чес улыбнулась. Она — избранная? Как Капитан Бруклин? Она супергерой? Или суперзлодей?
— Ты не избранная, Чес. Ты — исключительная. Единственный экземпляр.
Слова, холодные, как космос, точные, как матрица данных, бесчувственные, как камень. Хорошее сравнение, надо запомнить! И все-таки, он кое-что упускает…
Чес облизала губы и решилась спросить:
— А если… если кода нет?
— Код есть у всего.
— Но тебе не приходило в голову, что его может просто не…
— Код есть у всего. — Он снова уткнулся в блокнот. — Код есть у всего.
[Внеочередная задача: «Поиск альтернативных выходов»
Анализ запроса…
Успех.
Выполнение запроса…
Ответ: альтернативных выходов не найдено. Внимание! Фиксируется попытка дистанционного запуска программы //Основной расчет//
Внеочередной запрос: «Кто отдал команду»
Ответ: компью… редактирование ответа: П. Митчелл.
Внеочередной запрос: «К черту. Давай рассчитаем ему этот гребаный код человека».
Выполнение запроса…]
***
К небытию привыкаешь. Когда много раз выныриваешь из него, медленно и по крупицам собирая личность, рано или поздно песок исчезает, и в лотке для промывки остаются только песчинки золота.
Эдриан осознал, что идет по библейскому саду, из которого человечество было изгнано жаждой знаний и власти. Кем же Адам и Ева были до этого? Может, бестелесными программами, которые не знали смерти и старения? Митчелл шел рядом, но вместе с тем казался бесконечно далеким. И он говорил: