Чтение онлайн

Я как-то раз отправил гонца в Северное Царство, тот добрался до него, вернулся и рассказал мне, что Северного Царства как такового больше не существует. Причём, видимо, города государства севера воевали друг с другом, и перебили людей и порушили дома и города. В той зоне, где раньше было Северное Царство, теперь осталась область несколькими десятками крупных деревень с населением свыше 200 человек, и пара деревень на 300 человек. Люди, жившие в тех деревнях, тем не менее, по уровню своего развития стояли намного выше, чем любые другие ранее известные мне дикие народы. В частности, они сохранили баранов (овец) в качестве домашнего скота, а также держали волков как домашних собак. Впрочем, эти одомашненные волки уже были не совсем теми волками, что бегали по лесу. Таким образом, я понял, что столетия существования в виде настоящего города, навсегда и очень сильно изменили людей, оставив неизгладимые следы в их культуре и жизни. А значит, всё, что я делал, то было не зря, и наш мир шёл вперёд в своём развитии.

При этом, мои разведчики в Испании, что исходили её взад и поперёк сообщали мне, что Испания является мощным демографическим центром для неандертальцев. В частности некоторые группы неандертальцев, иногда в поисках лучшей жизни переходят летом Пиренейские горы и протекают в Европу. При этом, численность населения Испании очень велика, и там никак не меньше 200 тысяч неандертальцев, которые правда, пока не догадываются о том, какая угроза грозит им с юга. И я решил их пока не тревожить, копить силы, чтобы потом покончить с ними одним ударом. Я понимал, что если

уничтожать их кусками, враг будет учиться, как воевать со мной, и это плохо, надо бить одним ударом.

Наконец в какой-то день, я объявил, что мы должны начать поход через год. Мои поселенцы заранее высадились на северном берегу Гибралтара и построили там крупный город военную базу. Там в этом городе разместилось 500 поселенцев, которые должны были держать дома на 1000 солдат и больницу на 500 раненых. После чего, когда город был построен, мои армии стали переправляться на север. К этому моменту, численность государства в западной Африке превысила 50 тысяч человек, поэтому армия была очень крупной, 5 тысяч человек. Мы начали компанию очень успешно, десять отрядов по 500 воинов разбрелись по всей Испании, и на протяжении полугода уничтожали врага. Причём большую часть времени заняла не сама война, а зачистка территории. Мы уничтожали неандертальцев под корень, женщин и детей. Несколько десятков племён, зная о том, что с юга идут великие белые демоны, так они нас называли, решили выскользнуть в Европу через проход в Южных Пиренеях. Мне пришлось разместить в горах сеть блокпостов, с которых лучники успешно убивали бегущего мимо через перевалы врага. Но минимум три тысячи человек, по моим оценкам, выскользнуло из Испании в районы Южной Франции. Преследовать их регулярной армией было очень сложно и далеко. В связи с чем, я начал строительство новой крупной базы на юго-западе Франции, около моря, на Лазурном берегу. Туда морем прямо из Ливии свозились строители, которые готовили город к новому финальному нашествию на страны центральной Европы.

Одновременно, я обнаружил, что в Испании просто райский климат, там тепло, и есть слабая и тёплая, но зима, по которой я так соскучился. Очень благоприятные плодородные земли для выращивания зерна и фруктов, а также гораздо меньше, чем в Северной Африке всяких гадов. Я решил основать новую столицу своего царства именно в Испании. В течение последующих нескольких лет я занимался постройкой в Испании нового великого города, у меня была задумка построить величайший город в истории человечества и сделать его своей столицей. Строительство города продолжалось несколько лет, а тем временем, армия начала боевые операции по районам Европы. Кстати, там помимо неандертальцев обитало много других кроманьонцев, мои войска часто их обижали, и за это я сурово наказывал своих воинов. Каждый раз, объясняя моим солдатам, что это наши братья по крови и их надо беречь, а мы воюем с неандертальцами. Тем не менее, истребление неандертальцев в Европе шло полным ходом, и я понял, что те доживают последние века своей жизни. Сейчас неандертальцы были полностью выбиты отовсюду, где их раньше было много, из Африки, Малой Азии, Греции, Италии, Испании и даже в Южной Европе и Западной России их осталось крайне мало. Род неандертальцев прекращал своё существование, первый в истории человечества настоящий геноцид целого народа был совершён. Во имя блага и будущего наших последующих поколений мы выиграли эту войну раз и навсегда, предупредив все возможные войны с неандертальцами в будущем. И неандертальцы, когда-то заселявшие огромные земли и имевшие колоссальное население, теперь были на краю гибели, и скоро погибнут совсем. Тем более, теперь их теснили не только мои армии, но даже простые поселенцы кроманьонцев. Эпоха неандертальцев подошла к концу, эпоха величайшей войны и противостояния людей и другого чуждого вида, и мы люди победили, оформились как новая великая раса, что расселилась по всей территории Северной Африки, Ближнего Востока и по всей Европе. А многие кроманьонцы переселились и в районы Китая, Индии и даже Индонезии. Я думаю, в тот же период первые поселенцы людей ступили на лёд Берингова пролива и двинулись в Америку. Мы люди стали величайшим видом, мы поднялись из пепла той войны победителями. И именно жестокость и геноцид истребили неандертальцев тогда, когда их было во много раз больше чем нас. И если бы не война и не этот геноцид тех времён, во главе которого я встал лично, иной вид сегодня доминировал бы на планете. Но мы победили, эра неандертальцев подошла к закату, а эра моего народа подошла к расцвету, появились первые государства с большим населением и структурой, и численность населения кроманьонцев во всём мире впервые превысила миллион человек, чего не было никогда прежде. Мы люди стали единовластными владельцами земли. Жестокость, хитрость, технологии, собранность, умение работать, привели нас к победе.

И город, построенный в Испании, действительно был построен на славу, огромный город с населением пять тысяч человек, каменными домами, каменой стеной и огромным дворцом для меня царя. Я построил в центре своего дворца огромную башню на семь этажей, что возвышалась над всеми и была гордостью нашей строительной и технологической мощи. И этот город имел высокие как никогда технологии, и я запретил разводить животных в черте города, чтобы он выглядел ещё величественнее. И архитектура моей новой великой столицы была просто невероятна. И да, мы использовали стекло, в каждом окне, а ещё я построил первый в истории человечества акведук с водой, правда, вода на вершину акведука подавалась людским трудом, но у нас в городе была вода, для всех. А ещё тогда, у меня впервые появилась задумка, как обезопасить себя на случай свержения, поскольку моё государство стало просто огромным, и я с трудом правил империей, что протянулась на районы Ливии, Гибралтарского пролива, Испании и юго-западной Франции. Я построил из своего дворца длиннющий подземный тайный ход за пределы города, чтобы если что, было куда бежать.

Прошло несколько лет и вскоре, моя столица в Испании была построена и набрала силу, а по остальным районам Испании я построил около тридцати деревень, чтобы этот благостный район планеты стал новым домом для людей. Сюда в Испанию я свозил лучших ремесленников, и многие почитали за честь жить здесь этом земном раю. Вся Испания превратилась в один огромный рай. Причём, если в прошлом я стремился расселять диких поселенцев, над которыми у меня не было никакого контроля, и хотел предоставить их самим себе, то здесь в Испании я построил деревни, которые официально были подконтрольны центру. То есть, я сохранил целостность государства, распространив власть на все поселения людей по этой территории. И империя моя не имела равных себе в древнем мире никогда, по территории и населению, уровню технологий, теперь, на территории моей империи рождалось и умирало никак не меньше трёхсот тысяч человек. И сам я уже сколько лет переселился жить в Испанию, и я снова совершил огромную оплошность. В силу демографических причин, огромную силу набрало царство, что я построил в Ливии, и именно там проживало 60% всего населения империи. А здесь в Испании были молодые и развитые поселения, в то время как десятки тысяч нищеты проживало в Ливии. И в том городе, который я некогда основал, как первую столицу, сейчас проживало около сорока тысяч человек, и я потерял над ними контроль из-за удалённости, почти не следил за тем, кто и как там правит. Это было слишком далеко, а им было обидно, что они, имея столь огромное население, всего лишь периферия.

И вот, прошло совсем не так много времени и там в Ливии нарисовался свой собственный царь. И ладно бы они просто откололись от моей Испании, но им этого было мало, им мало было просто свободы. Царь Ливии объявил меня предателем и врагом человечества! Собрал огромную армию, никак не меньше двадцати тысяч человек! Двадцать тысяч средневековых воинов с каменными копьями, луками и в доспехах, всё по моим технологиям. И они на катамаранах! Двинулись сюда в Испанию, высадились на юге страны, и их двадцатитысячная армия пошла

к моей столице. Какая-то первобытная ненависть и зависть двигали ими, желание мести. Я думаю, это результат моей политики и пропаганды, в прошлом я очень часто расхваливал Испанию как земной рай, чтобы стимулировать лучших из людей ехать туда. И я каждый раз подчёркивал, что Испания рай для избранных, а не для кого попало, это вызвало всплеск ненависти среди нищеты ко мне. На лицо моя серьёзная психологическая ошибка в политике, эта избранность и эксклюзивность, разделение народа на достойных и недостойных во все времена вызывало бурную и бессмысленную ярость и зависть быдла. И именно быдло отправилось мне мстить, причём только за то, что я без них и не для них, сам построил лучший мир на другом конце света. Теперь, любое упоминание о лучшем мире Испании вызывало у нищеты только злобу и ярость. А нищеты в Ливийской части моей империи было множество, я давно забил на тот регион, а люди плодились.

Моя собственная небольшая испанская армия численностью всего две тысячи человек выдвинулась им навстречу, состоялся неравный бой, с обеих сторон погибло пять тысяч человек. Крупнейшая битва в истории каменного века кстати говоря. Я переоценил свои силы, полагая, что армия врага это просто толпа обезумивших от зависти нищих людей, я думал, что, несмотря на десятикратное превосходство, армия врага не опаснее аналогичной по численности толпы неандертальцев. Я понимал, там на юге плохая военная подготовка, и нет хороших генералов, только вот я ошибся, потому что в армии врага было то, чего никогда не было у неандертальцев, а именно, почти десять тысяч лучников. И пусть эти лучники были хуже и слабее моих, но это были лучники и копейщики, а не просто стадо с дубинами. Мои войска были окружены и полностью уничтожены. Враг осадил столицу, и на следующий день понаделал лестниц! И воины юга взяли город штурмом, мои граждане сопротивлялись им, враг с невероятным зверством уничтожал всех подряд и женщин и детей, четыре тысячи человек проживало в столице на момент штурма, все они были убиты, и ещё тысяча солдат врагов, огромные людские потери, и всё ради чего? Убить меня и только? Глупость. Я не представляю, как и зачем зародилась эта сумасшедшая мысль свергнуть и убить меня любой ценой, я не следил за мнением масс на юге. Могу только догадываться. Но они все хотели убить меня из зависти, и только за этим пришли сюда. Мне ничего не оставалось, как бежать, тем более, ливийские воины требовали моей смерти. Они пришли сюда, чтобы убить меня, и они искали меня. Хорошо, что у меня из города имелся тайный подземный ход, я бежал через него, покинул окрестности столицы, и потом, минуя блокпосты, через Северные Пиренеи, осуществил побег в Европу. При этом, по всей стране уже разнеслась весть о награде за меня живого или мёртвого. Но я был опытный и искусный воин, и не только воин, а главное охотник, я им не дался и меня не нашли, я незаметно бежал из ливийского царства, что погибало в пожаре великой войны. Тысячи людей умерло тогда, я думаю тысяч пятнадцать не меньше, и всё зря и из-за какой-то бессмысленной глупости, тупо и бесцельно, эта война никому ничего не дала. Тем не менее, мне следовало быть очень осторожным, я понимал, у ливийского царя есть отряды коммандос и дальняя разведка, которую я сам готовил, поэтому мне хотя бы пару поколений надо избегать людей и уйти подальше. Тем более, я понимал, отряд на десять или двадцать коммандос вполне может выследить убить или пленить меня. В связи с чем я двинул на своих двоих вдоль ледника к Уральским горам, подальше на восток. Понимая, что расстояние это лучшая преграда, и едва ли лазутчики врага доберутся туда за пять тысяч километров, а хожу я быстро и мне по силам уйти туда за несколько месяцев. И снова, в этом дальнем пути заметил, что в мире опять стало теплеть, а ледник медленно, но отступал на север. Значит, череда потеплений и похолоданий носит циклический характер и скоро я смогу жить в Европе как раньше, а я люблю Европу.

А ещё в этом пути меня несказанно порадовал тот факт, что я почти не встретил в Европе неандертальцев, везде были кроманьонцы, мои люди и их было много, а не как раньше. И теперь, неандертальцев осталось невероятно мало, они стремительно вымирали, а по всей Европе бродили или жили на одном насиженном месте огромные племена людей, некоторые из которых имели численность свыше 500 человек. Такие племена сформировались сами и без меня, спустя много поколений после ухода из моих городов государств. А значит, это завоевание навсегда или очень надолго.

Глава 15: Новая эра. Ранняя античность.

Итак, я добрался до западного Урала, и там где-то на широте Москвы нашёл себе уютную и холодную долину, в которой и поселился. Я опасался пока что строить себе дом или любые другие постройки, которые могли бы меня выдать. Поскольку те дома, что мог построить я, разительно отличались от всего, что строили другие жители каменного века, в связи с чем, мог пойти слух по округе о лесном дворце, или это разведчик мог просто наткнуться на такую постройку, и сразу узнал бы мой почерк. В то время как одиноко живущую нищенку без всего сложнее опознать. Поэтому, я решил пожить лет двадцать по старинке, также как жил всегда, подальше от других людей и племён. И да от моей пещеры до ближайшего небольшого племени людей было километров тридцать не меньше. Я мог спокойно жить один и охотиться, и я жил как на курорте, охотился на животных, жёг огонь в пещере, отдыхал. И честно сказать после напряжения последних столетий, вот так безответственно пожить на природе одному это сущий рай на земле. И мне в принципе сейчас и не хотелось больше строить государство, и я даже не видел смысла пока что возрождать новую цивилизацию где-либо, решив, что сейчас людям будет лучше забыть меня. А потом, через несколько поколений, когда падёт ливийская империя, можно будет и пробудиться ото сна. Итак, я жил, следил за небом, помнил о прошлом. А заодно, я нашёл в горах некоторое количество меди и железа, они лежали просто так на поверхности, я собрал их и изготовил себе большой острый металлический нож и другие инструменты. И теперь весь мой инвентарь был высокотехнологичным, металлическим. Даже пряжки на ремне, кстати, пряжку я придумал сам, чтобы штаны не слетали, в прошлом я просто завязывал верёвочку на узелок, но с пряжкой лучше и надёжнее. А ещё, поскольку мне нечего было делать, а строить дома нельзя, я научился делать пуговицы, с их помощью можно было застегнуть одежду, пуговицы я вырезал из прочного дерева, потом покрывал смолой, чтоб не гнили, и они подолгу служили мне. И я пошёл дальше, и в те времена, убив горного барана, впервые попробовал сплести из его шерсти первые нити. Потом, как-то вечером сидел балдел, и мне нечего было делать, я просто сплетал из нитей какую-то хрень, и вдруг осознал, что я сейчас из нитей изготовил лоскут ткани. Я отработал эту технологию, и научился ткать ткань, изготовил себе из шерсти первую одежду, и теперь моя одежда стала намного совершеннее, чем раньше. Тканая одежда имела ряд серьёзных преимуществ перед шкурами, и в отличие от кожаной была более тёплой.

Наконец, прошло около тридцати лет, и никто не нашёл меня и не убил, я вышел из тени, сместился немного на запад и на юг в более благодатные земли, и построил себе в лесу теремок из дерева. Окружил оградой сад и зажил в своё удовольствие, я заметил, что из дерева можно построить очень хороший дом, особенно, если у тебя есть бронзовый топор, чтобы его обработать. Дом из дерева крупнее, и менее трудоёмок, чем каменный. Я жил там в роскоши, занимался искусством, рисовал. И ещё тогда впервые я подумал, что если стандартизировать рисунки, то так можно записывать информацию. Сейчас мне это ни к чему, но в будущем при управлении государством, можно придумать пятьдесят или сто типовых картинок и с их помощью записывать нужную информацию, в том числе математического характера. Например, можно палочками помечать числа, а уголком десятки. Если обучить этому людей, они могли бы сложную информацию хранить на чём-то. Например, в виде рисунков на шкурах. Такая информация очень полезна, например, для учёта кувшинов с едой, нельзя же постоянно помнить все цифры, их лучше где-то записать, а потом если нужно всё посчитать. Так текли года, и это время прошло не совсем бездарно, я много думал и рассуждал о том, как правильно строить государства, какие механизмы можно применить для управления ими.