Книга самурая. Бусидо
Шрифт:
* * *
Однажды в разговоре с господином Набэсима Наохиро слуга сказал:
— Здесь нет людей, на которых хозяин мог бы полностью положиться. Хотя я ничтожный человек, я один готов отдать за вас свою жизнь.
Говорят, что, услышав эти слова, господин Наохиро разгневался и воскликнул:
— Среди наших слуг нет ни одного человека, который дорожил бы своей жизнью! Все они слишком высокомерны! — И он Ударил бы слугу, если бы присутствовавшие не уволокли его.
* * *
Однажды, когда основатель семьи Тиба мастер Танэсада плыл по морю на остров Сикоку, разыгралась буря, и корабль был поврежден. Он
Говорят, что когда один из них невзначай сьел «морское ухо», его тело покрылось нарывами в форме «морского ухал.
* * *
Во время падения замка Арима, на двадцать восьмой день осады, в окрестности внутренней цитадели на дамбе между полями сидел Мицусэ Гэнбэй. Накано Сигэтоси, проходя мимо, спросил у него, почему он сидит в этом месте. Мицусэ ответил:
— У меня болит живот, и я не могу идти дальше. Я послал свою группу вперед, но она оказалась без предводителя. Пожалуйста, прими на себя командование.
Поскольку об этом рассказал посторонний наблюдатель, Мицусэ был признан трусом, и ему было велено совершить сэппуку.
В древности боль в животе называлась» зелье тщедушных», потому что она приходила внезапно и лишала человека возможности двигаться.
* * *
Во времена смерти господина Набэсима Наохиро господин Мицусигэ запретил слугам Наохиро совершать цуйфуку. Его посланец прибыл в дом Наохиро и объявил об этом, но слуги Наохиро не могли согласиться с этим. Среди них слово взял молодой Йсимару Унэмэ, позже названный Сэйдзаэмоном: Мне, самому молодому, говорить не подобает, но я думаю, что слова господина Кацусигэ звучат мудро. Как самурай, воспитанный хозяином с молодых лег, я был полностью готов совершить цуйфуку. Но, услышав распоряжение господина Кацусигэ и ни на миг не сомневаясь в его дальновидности, я, что бы ни делали другие, отказываюсь от мысли о цуйфуку и перехожу в услужение наследнику хозяина.
Услышав эти слова, другие последовали его примеру.
* * *
Однажды господин Масайэ играл в сеги с господином Хидэеси, а другие дайме наблюдали за ними. Когда игра подошла к концу, господин Масайэ встал, но его ноги затекли, и он не мог ходить. Он удалился из комнаты ползком, под общий смех собравшихся. Поскольку господин Масайэ был высокого роста и тучный, передвигаться, стоя на коленях, ему было трудно. После этого он решил, что ему больше не стоит появляться в присутственных местах, и начал слагать с себя обязанности.
* * *
Накано Уэмонносукэ Тадааки был убит Двенадцатого дня восьмого месяца шестого года Эйроку во время сражения войск господина Гото и господина Хирай близ Суко на острове Кабасима в провинции Кисима. Когда Уэмонносукэ отправлялся на фронт, он обнял в саду своего сына Сикибу, позже Названного Дзиньэмоном, и хотя тот был еще очень молод, сказал ему:
— Когда вырастешь, заслужи славу на пути Самурая!
Когда сыновья Ямамото Дзиньэмона были детьми, он брал их на руки и говорил:
— Растите и становитесь богатырями, чтобы служить своему хозяину. — Потом он добавлял для присутствовавших:
— Их уши должны слышать об этом, хотя, по своей малости, они еще не могут этого понять.
* * *
Когда Сахэй Киедзи, законный сын Огава Тосикие, умер в молодости, нашелся один молодой слуга, который поскакал в храм и совершил сэппуку.
* * *
Когда
Таку Нагато-но-ками Ясуери скончался, Кога Ятаэмон сказал, что ничем не может отблагодарить хозяина за его доброту, и совершил цуйфуку.* * *
Из Книги Седьмой
Нарутоми Хего сказал:» Победа заключается в победе над своими союзниками. Победа над союзниками — это победа над собой. Победа же над собой — это преодоление собственного тела.
Это напоминает сражение, в котором человек находится среди десяти тысяч союзников, но ни один из них не следует за ним. Если вначале человек не совладал со своим телом и рассудком, он никогда не одолеет врага».
* * *
Во время Симабарского восстания Сюге Этидзэн-но-ками Танэнао вступил в бой, одетый в хакама и хаори, поскольку его доспехи остались в лагере. Говорят, он погиб в бою в этой самой одежде.
* * *
Во время нападения на Симабарский замок Тадзаки Гэки был одет в белые доспехи. Господину Кацусигэ это пришлось не по душе, и впоследствии, когда он видел снег, он говорил: «Это напоминает Гэки в Доспехах».
Мораль этой истории в том, что воинские Доспехи и снаряжение белого цвета следует считать непригодными и лишающими силы. Сквозь них просвечивает сердце их обладателя.
* * *
Когда Набэсима Хидзэн-но-ками Таданао умер, его слуга Эдзоэ Кинбэй взял его останки и захоронил их на горе Коя. Затем уединившись в хижине, он высек статувд хозяина и статую самого себя в поклоне хозяину. Когда пришло время праздновать первую годовщину смерти Таданао, он вернулся домой и совершил цуйфуку. Впоследствии статуя была перевезена с горы Коя в храм Кодэндзи.
* * *
В свое время у господина Мицусигэ был пеший солдат по имени Оиси Косукэ, который верно служил своему хозяину. Всякий раз, когда господин Мацусигэ приезжал в свою резиденцию в Эдо, Косукэ сторожил покои, в которых спал его хозяин. Если он чувствовал, что господину Мицусигэ может угрожать опасность, он расстилал свою циновку и проводил всю ночь в бдении подле него. В плохую погоду он одевал бамбуковую шляпу и плащ из промасленной бумаги и стоял на часах под проливным дождем. Говорят, что до последних дней своей жизни он преданно сторожил сон хозяина.
* * *
Когда Оиси Косукэ был утитоиином господина, в ту часть дома, где жили женщины, проник неизвестный. Оттуда доносились крики, вниз по леснице сбегали мужчины и женщины всех сословий, и только Косукэ не было видно.
Пока старшие куртизанки искали его, Косукэ, достав меч из ножен, спокойно ждал возле спальни господина. Он знал, что враги могут воспользоваться переполохом в доме, и поэтому приготовился защитить своего хозяина. В этом он отличался от остальных.
Впоследствии выяснилось, что в дом проник человек по имени Нарутимо Китибэй. Он и его сообщник Хамада Итидзаэмон были приговорены к смерти за прелюбодеяние.
* * *
Однажды, когда господин Кацусигэ был на охоте в Нисимэ, он по какой-то причине рассердился. Он схватил свой меч и, не вынимая его из ножен, начал бить им Соэдзима Дзэннодзе, но сделал неловкое движение и меч упал в глубокий овраг. Дзэннодзе тут же бросился вслед за мечом. Он скатился в овраг и подобрал его. Затем он засунул его себе за отворот, выполз назад и, не приводя себя в порядок, сразу же предложил меч хозяину. По готовности и скорости исполнения этот поступок можно назвать проявлением несравненной находчивости.