Книга белой смерти
Шрифт:
– Да, да, – раздраженно пробормотал Бенджи. – Я знаю, где он находится. Что там должно сейчас произойти? Покажи мне хоть что-нибудь.
«Долбаный козел», – мысленно добавил он.
И тут видео. Спроецированное на стену.
Вначале ничего необычного: съемка на камеру телефона улицы маленького городка со стороны автозаправки. Полицейская машина и ее владелец, полностью лысый белый мужчина с грудью колесом, вставший перед тремя людьми, идущими прямо на него. Полицейский попросил их остановиться, но они не подчинились.
С этими тремя идущими что-то было не так. Они смотрели прямо перед собой. Четкость изображения оставляла желать лучшего, но даже так были
Полицейский достал пистолет…
За спиной у трех идущих появились люди, с криками побежавшие вперед. Два фельдшера, судя по одежде, – и когда камера, дрожа, сместилась в сторону, Бенджи разглядел на заднем плане машину «скорой помощи». Следом за фельдшерами бежали мужчина в бейсболке и комбинезоне и еще одна девушка – вероятно, его дочь.
Но ведь у полицейского в руке был не пистолет, правильно?
Бенджи сообразил, что это «Тайзер».
Полицейский выстрелил в грудь среднему идущему – в грудь мужчине. Проткнув ткань рубашки, иглы заискрились электричеством – однако мужчина продолжал идти вперед. И тут полицейский, по-видимому решив, что с него достаточно («Твою мать!» – выругался он), бросился к мужчине и схватил его.
Мужчина – идущий, которого схватил полицейский, тот, на которого не подействовал «Тайзер», – напрягся, словно охваченный приступом. Глаза у него стали черными. Такими черными, что это было видно даже на отвратительном видео, снятом на телефон.
(Бенджи предположил, что это следствие того, что глаза налились кровью в результате внутреннего кровоизлияния. Он знал, что это может быть результатом не только повреждения глаз, но и сильного напряжения.)
Мужчину начало трясти, спазмы усиливались, но полицейский упорно тащил его к своей машине, не обращая внимания на мольбу фельдшеров.
Должно быть, человек, снимавший видео, изменил фокусировку, потому что изображение приблизилось, показывая крупным планом машину, в которую полицейский запихивал мужчину. Теперь оно стало смазанным, различить детали было труднее…
Затем.
Машина вздрогнула. Что-то темное брызнуло на все окна. Что-то красное. Стекла вылетели. Сидящий в машине полицейский вскрикнул. Остальные, окружившие машину, тоже закричали в панике – одни бросились к ней, другие, наоборот, от нее. Шатаясь, полицейский выбрался из машины, покрытый чем-то… чем-то мокрым. Красным и черным. Он обхватил себя за плечи. «Это кровь, – подумал Бенджи. – Чья-то кровь. Возможно, его собственная».
Прежде чем видео закончилось, тот, кто его снимал, перевел камеру еще раз.
Направив ее на двух других идущих.
Девушку и молодую женщину.
Они по-прежнему шли вперед как ни в чем не бывало, словно рядом с ними ничего не произошло. Их походка оставалась целеустремленной. Глаза были мертвые, словно шляпки гвоздей. Губы плотно сжимались в тонкие линии.
И на этом видео закончилось.
Шатаясь, Бенджи побрел в темноте логова «Черного лебедя», чтобы спастись бегством. В темноте он не смог найти дверь, его рука наткнулась на холодную стену, и лишь тогда возобновилась ровная медленная пульсация белого света, и он различил очертания выхода.
6
Конец дня
ребят гляньте этот видос снятый моей подружкой твою МАТЬ этот чувак блин, правда взорвался?!
3 ИЮНЯ
Майнерсвилль, штат Пенсильвания
Время близилось к полночи, их старенький пикап стоял на мосту через западную протоку реки Шуйликилл-Ривер. Отец подошел к машине, низко опустив голову, уронив подбородок на грудь. Шана медленно шла за ним – медленнее, чем он, так что отец, хоть и двигался небыстро, удалялся от нее. Река шептала и плескалась, на берегах во мраке безлунной ночи стрекотали цикады. Тяжелые шаги отца по мосту гулким эхом разнеслись в тишине.
Они шли прочь от лунатиков.
Шана остро чувствовала это – словно магнитное притяжение, которое стремилось утащить ее назад к сестре и остальным. К остальным. Господи! Теперь это уже были не только Несси и вторая женщина, которую, как сейчас стало известно, звали Рози. Хотя Блеймира больше не было в живых (а Шана старательно не позволяла себе задуматься о том, как он умер), путники не останавливались. Их число выросло – к ним присоединились еще четверо. Два мужчины и две женщины. Шана ничего о них не знала, поскольку полицейские никого не подпускали близко, – но, по крайней мере, один из четверых был совсем молодой, парень одних с ней лет, может быть, чуть постарше. Двое вышли из своих домов. Один – из ресторана. Последний пересек лужайку. Все влились в стадо и теперь шагали в ногу.
Стадо. Вот на что это было похоже. Тупой скот, но только без пастуха, направляющего его.
– Папа! – окликнула Шана. – Остановись!
Остановившись, отец обернулся.
– Не надо, Шана. Нам нужно вернуться домой.
Девушка собрала остатки мужества.
– Я никуда не еду.
Отец постоял молча.
– Не валяй дурака.
– Я не валяю дурака.
– Шана, сейчас не время! – Отец решительно шагнул к ней.
– Сейчас как раз время, черт побери!
– Твоя сестра в хороших руках. А нам нужно заботиться о нашей ферме. Доилки сами собой не работают. Мне удалось уломать наших соседей напротив, Уилла и Эсси, проследить за тем, чтобы коровы сегодня были накормлены, но каждый день они приходить не станут, и я не могу платить им много. Нам нужно возвращаться домой. – Отец замялся. – С Несси все будет хорошо. Там полицейские, вызвали врачей…
– Я останусь с ней.
– Шана, пожалуйста, уже очень поздно, давай обойдемся без этого бреда.
– Я остаюсь.
Отец схватил Шану за руку, но та вырвалась.
– Кто-то должен ее защитить! – гневно бросила она. Подразумевая: «Это будешь не ты, это буду я».
– Как я уже сказал, Шана, там полицейские – а полиции можно доверять.
Вырвавшийся у девушки смешок был наполнен горьким осуждением.
– Блин, ты надо мной издеваешься, да? Мистер Блеймир погиб из-за того полицейского. Бедняга – он просто… – Тут ей пришлось заморгать, чтобы прогнать непрошеные слезы, и прикусить язык, сдерживая судорожные всхлипывания. – Он… он… он, блин, взорвался изнутри, словно переполненный желудок, – как будто это был фильм ужасов! Что, если так же в точности поступят и с Несси, а? Что, если сегодня этот тупой качок-полицейский решил бы схватить не моего учителя математики, а ее? Если б он сделал это…