Книга 3. Неисправимые нарушители
Шрифт:
«Едва ли юная Великая пошлёт в наряд на кухню или уборку туалетов», подумал про себя Эрик. Скорей всего, станет перевоспитывать на месте преступления. Судя по инциденту с Билли, неизвестно ещё, что хуже. С другой стороны, янки сам напросился: в менее экстремальной обстановке Лайта применила бы Умиротворение. Да заодно призвала нарушителя спокойствия к раскаянию и вымаливанию прощения.
Преподавательница меж тем отпустила элементалей на волю.
– Спасибо, сегодня вы нам больше не понадобитесь, – сказала она, махнув рукой, и фигуры медленно растаяли в воздухе. – А вам, господа студенты, засесть за учебники,
Лично Эрику пока не о чем было спрашивать, слишком всё оказалось неожиданным и непривычным. И для его однокурсников тоже; выждав в тишине несколько секунд, Лайта исчезла с трибуны, и ученикам не осталось ничего иного, как покинуть аудиторию. Зато сколько пищи для пересудов прибавилось!
И если мужская часть курса (за исключением Билли, во время занятия околачивавшегося в коридоре, так и не решившись зайти внутрь) пришла от нового преподавателя в полный восторг, то мнение женской оказалось не столь однозначным. Кое-кто из представительниц прекрасного пола даже высказывал мысль: лучше бы остался Саграно.
– К нему уже привыкли, а чего ждать от этой красотки, неизвестно. А вдруг она только с виду приветливая, а на деле скрытая садистка или женоненавистница?
– Заметили, как парни на неё зенки вылупили? В мыслях своих, небось, раздели до костей.
– Самцы, чего ты хочешь. Примитивные натуры. Увидят смазливую мордашку или округлую попку – тут же перья распушат, и вся готовность к спариванию наружу.
– А потом ещё плачутся: обманула в лучших чувствах, обобрала до нитки, такую любовь порушила, стерва!
– Недаром говорят – при возбуждении у мужчин весь разум вниз живота спускается, оттого и не в состоянии трезво оценивать ситуацию.
– Кстати, девчата, слышали, Малко похвалился – мол, у такой симпатичной препки точно пятак получит.
– Флаг в руки. Язык у него, кто спорит, подвешен неплохо, хотя сильно сомневаюсь в успехе предприятия.
– Мастер Духа, по идее, должен без труда видеть содержимое красивой обёртки – мёд там искренних чувств или яд коварства.
– Однако Жанка без труда стала отличницей у Саграно.
– Старый пень просто расслабился. В конце концов, что вы от него хотите – он тоже мужчина, вот и повёлся на глянцевую рожу мадемуазель Люсти.
– Считаешь, обратный фокус не покатит?
– Скорей всего. Знаете, почему для корриды отбирают исключительно быков, но никогда – коров? Бык настолько впадает в ярость, что фактически слепнет, и дуриком прёт на красную тряпку. Корова свои чувства контролирует куда лучше и прекрасно видит, где истинная цель, а где – ложная. Потому их и не выводят на арену.
– Ещё бы: кому из матадоров охота задницей на рога садиться?
Дружный смех.
– То-то Жанночка на уроке надутая сидела.
– Когда такая конкурентка появилась, уже не удастся почивать на лаврах. А то привыкла быть в центре мужского внимания.
– Посмотрим, смогут ли наши ребятки чего-нибудь добиться. Думаю, в пятой конечности у них останется немного мозгов, не забудут печальный опыт Билли.
– Неплохо она его, однако, приложила. Никто случайно не заметил, каким образом? Может, просто пнула в живот?
– Нет, явно магией. Выражение лица его видели? Как будто
с прогнившим трупом поцеловался.– Или по ошибке сожрал вместо маслины пиявку. Интересно, какое заклятие использовалось? Вдруг пригодится – отбрить дюже нахального кавалера.
– Скорей всего, Ударом Кулака. Формула в учебниках приведена, ничего сложного в ней нет.
– На Джоне и опробуем. Раз боли не чувствует, можно не стесняться.
– Заодно и поглядим, что мальчики станут вытворять с Джейн.
Глава 10
А всё-таки она славная. Симпатичная и весёлая. Если не станет выделять любимчиков и топить остальных – цены ей не будет. Не то, что мрачный инквизитор Саграно, от которого доброго слова не услышишь, и лишний раз подойти побоишься, даже с вопросом по изучаемому предмету.
Примерно так рассуждал Эрик, возвращаясь в благодушном настроении к себе после обеда, когда у самых дверей комнаты его нагнал Билли.
– Эй! Погоди! Дело есть!
– Да неужели? – с чувством ленивого презрения отозвался наш герой. – Разве у тебя может появиться ко мне какое-то дело?
Однако янки был настроен дружелюбно, или, по крайней мере, старался казаться таковым.
– Нет, правда! Я серьёзно говорю! Пожалуйста, хотя бы выслушай нас, а дальше сам решишь, как поступить.
Стало понятно, что Билли получил задание любой ценой уговорить встретиться с «шефом». Первым порывом души стало послать их всех куда подальше, однако, чуть поразмыслив, Эрик решил действовать хитрее. Неплохо бы разузнать, что именно могло понадобиться от него, а заодно и разведать вражеские планы.
– Ну, и что за дело такое? – придав голосу выражение небрежности и совершенной незаинтересованности, спросил Эрик.
Билли, почувствовав приближение успеха своей миссии, засуетился:
– Не здесь. Нас могут услышать. Следуй за мной. Тут недалеко.
Конечной целью их пути являлась сосновая рощица с торца замка, не просматриваемая из окон нижних этажей, разве что с ближайших башен – но едва ли Великие развлекаются наблюдениями за студенческими прогулками. Дабы избежать нежелательных встреч, Билли повёл Эрика кратчайшим путём – через подсобное помещение напротив уборной, где хранились тряпки, веники, оцинкованные вёдра, щётки, швабры, пачки порошка и прочие причиндалы ночных уборщиков. В нём, как выяснилось, располагалась неприметная дверь, с внешней стороны замаскированная под кирпичную кладку. Пошарив в бездонных карманах, Билли извлёк ржавый ключ, открывший её.
Дэнил уже дожидался их, в нетерпении расхаживая взад-вперёд. Чуть в отдалении мелькнула фигура Майкла, судя по всему, поставленного на стрём. Билли, выполнив порученное, тоже отошёл в сторону, но – противоположную от кореша, чтобы никто посторонний не смог помешать «дипломатическим переговорам».
Игнорируя протянутую руку, Эрик сразу взял быка за рога:
– На встречу я согласился; так и быть, послушаю твои речи, но не думаю, что какой-либо прок выйдет. Пустая трата времени.
– Ты зла на нас не держи. Так получилось. Погорячился я тогда, уж извини, – примирительным тоном отозвался собеседник. – Давай выкинем тот досадный эпизод из головы, тем более наказание за него мы с лихвой отработали. Как у вас, русских, говорится: кто прошлое помянёт, тому глаз вон.