Клубок страстей
Шрифт:
— И тебе годы тоже не повредили. Хорошо выглядишь. — Даже еще привлекательнее, чем раньше. — Зачем ты здесь, Лючино? И чем я могу тебе помочь?
— Вот уж не думал, что мы когда-нибудь увидимся, — после некоторой паузы произнес гость. — Уверяю тебя, я предпочел бы здесь не появляться. Но жизнь, как говорится, заставила.
— Не слишком жаждал встретиться со мной? Боюсь, должна ответить тебе тем же, — спокойно отозвалась Белла. — Я как раз собиралась закрывать магазин, так что, если…
Мария убьет ее за попытку вытолкать покупателя за дверь,
— Да, конечно, закрывай магазин. А еще лучше, давай мне ключи, я все тут запру, а ты пока спрячь в сейф дневную выручку. Нам лучше поговорить наедине.
— Чтобы ты узнал все о процедуре закрытия? Ладно, не напрягайся, я пошутила. Так, значит, хочешь поговорить наедине? Если не забыл, мы с тобой не такие уж близкие друзья.
Он оглядел ее с ног до головы и чуть ли не с угрозой произнес:
— Я ничего не забыл. — Он перевел взгляд на стойки с одеждой: — Я управляю магазином всего в нескольких кварталах отсюда.
— Так это ты? — Белла не сумела скрыть своего изумления.
Две недели назад она прочла в газете, что открылся магазин «Бриллианты Монтичелли», но как-то не обратила на это особого внимания.
— Я почему-то думала, что это филиал сиднейского магазина и что управляющий кто-то из местных.
Я надеялась, что никогда больше тебя не увижу. Я не хочу тебя видеть!
Все эти пять лет каждый раз, когда сестры чего-то боялись или просто переживали, она вспоминала Лючино. Потому что он, как и их родители, бросил ребенка.
Что ей делать, как себя вести, если он останется в Мельбурне и ей придется с ним постоянно сталкиваться? Словно в насмешку над ее стараниями сохранить невозмутимость, ключ выпал из пальцев и звякнул по стеклянному прилавку. Ну вот, руки дрожат. Теперь он догадается, что она волнуется.
— Наладишь здесь дело и потом кому-нибудь передашь управление?
Для нее это был бы самый лучший вариант!
— «Бриллианты Монтичелли» — мой магазин. Я здесь един во всех лицах: и владелец, и дизайнер, и управляющий, и продавец, и мастеровой. Сам делаю все, что нужно. Так что я здесь останусь надолго.
О боже, зачем ей такая головная боль?
— Хорошо, подожди немного, я скоро освобожусь, — предупредила Белла, пряча мешок с наличностью в небольшой сейф под прилавком.
Лючино принялся рассматривать манекены в отделе «Наряды от Беллы».
У нее екнуло сердце. Интересно, что он скажет?
Минуты через две он наконец произнес:
— Мне нравится! У тебя несомненный талант. По крайней мере, есть шанс, что твой дизайн частично исправит то, что ты натворила.
Что!? Она замерла, потом резко выпрямилась.
— Что я натворила?
— Ушла из моделей. — Черты лица его еще больше ожесточились. — И теперь заставляешь хозяйку магазина вкладывать большие суммы в рискованный бизнес без всякой гарантии успеха.
Белла вовсе не собиралась оправдываться. Тем более что она толком не
поняла, о чем говорит Лючино.— На стол и кров для меня и сестер можно заработать не только демонстрацией одежды… — Она помолчала немного. — А что ты имеешь в виду? Кого я заставлю вкладывать деньги и, главное, какое тебе до этого дело?
Белла подписала пятилетний контракт, по которому согласилась отдавать свои разработки исключительно в «Марию», но при условии, что хозяйка оплатит ее работу на год вперед. Разумное соглашение, поскольку в успехе Белла не сомневалась.
— Самое прямое. Мария Рокко — моя родная тетя, — Лючино внимательно наблюдал за выражением ее лица.
Опять Белла лишь с трудом сохранила невозмутимость. Да, ее хозяйка Мария родом из Милана, но старая женщина прожила в Австралии почти всю жизнь.
— Но она ведь Мария Рокко, а не Монтичелли, и, по ее словам, семьи у нее нет.
Белла уже заметила некоторое сходство между Лючино и Марией, но кто бы мог догадаться?
— Тетя давно ушла из семьи, уехала из Милана и поменяла фамилию, но, разумеется, она не одинока. Ты, видимо, считала, что у одинокой женщины легче выманить деньги и ее некому защитить.
— Да как тебе не стыдно такое говорить! Ты ведь ничего не знаешь о нашем договоре! — Она замолчала.
Зачем посвящать его в детали своего бизнеса? Но он явно что-то знал.
Люк поднял руку и коснулся рубашки, как будто в нагрудном кармане у него было спрятано что-то важное. На кармане действительно выделялись еле заметные контуры. Фотография?
Губы Люка опять сомкнулись в жесткую линию.
— Я сказал менеджеру, что хотел бы встретиться с Марией. Он слышал, что она подписала с кем-то договор, и назвал твое имя. Тогда я и заинтересовался подробностями.
— Это вмешательство в личную жизнь Марии. И мою!
Ну, это Лючино нисколько не волновало. И он ответил с явной угрозой:
— Очень даже своевременное вмешательство. Есть у меня такое право или нет, в данном случае не важно, но я не желаю, чтобы из-за тебя Мария разорилась. Ты хитростью или угрозами вынудила ее купить твои платья по астрономической цене на год вперед без малейшей гарантии, что кто-нибудь хоть одно из них купит. И она не сможет вернуть деньги, если ничего не будет продано. Пятилетний контракт — это слишком большой срок, причем весь риск ложится на Марию, а ты со всеми деньгами, что она тебе отдала, плывешь по течению и в ус не дуешь. Хорошо устроилась, моя дорогая.
Белла нахмурилась. Из-за этого контракта она вкалывала, как раб на галерах. И это было абсолютно честное соглашение, ведь Мария хорошо понимала, что добиться успеха ей по силам лишь с помощью Беллы.
— На самом деле это взаимовыгодный договор. И без меня у твоей тети не появилось бы таких радужных перспектив. Прибыль обязательно будет, надо только немного потерпеть.
— Рассказывай! Это самый настоящий грабеж под видом договора о сотрудничестве. Ты своровала чужие деньги.
— Да как ты смеешь обвинять меня в воровстве?!