Чтение онлайн

Сердце забилось чуть чаще, а в ноздри ударил аромат особой сырости дикого мира. Мягкие лапки подушечками утопали во влажном мхе, а шерсть распушивал легкий пещерный ветер.

В этот момент триста тридцать два разумных существа чуть-чуть сжались и напряглись. Даже Сайрис, я готов в этом поклясться. И всего один, триста двадцать третий я, у которого с души свалился тяжелый камень.

Подземье было мне родным. Оно приветствовало меня, слово блудного сына, потерявшего себя в пучине. Здесь я чувствовал себя куда лучше, чем в полном непонятных правил, странных запахов и ненужного шума, городе.

Дополняло торжественность момента то, что покидали мы город

через навесные врата. Знамениты они были тем, что метров двести нам предстояло преодолеть по широкому мосту, нависшему над бездонной пропастью.

Этим выходом пользовались нечасто, но сейчас у других доступных нам врат находились орды монстров.

Послышался редкий шепот. Попавшие в Мельхиор иномирцы старались избегать таких путешествий, а немногие смельчаки редко возвращались живыми.

Первыми за крохотной группой вампира шли наемники Грейси и бандиты Фали. Мы же плелись где-то в хвосте рейда. У ворона, как всегда, был в том свой умысел — друг собирался вовсю пользоваться своим статусом «одиночки» и обойти все отряды от хвоста до передовых проходчиков. Прочие участники рейда ничего не могли требовать от одиночки. Могли бы наехать с позиции силы, но сто первый уровень демотивировал делать глупости.

Был бы я сейчас в двуногой форме, задал бы вопрос, не скажется ли такое наплевательское отношение к дисциплине и отсутствие общей стратегии на результатах всего рейда, но что-то мне подсказывает, он бы лишь загадочно расплылся в улыбке.

Ворон не был Лесатом, что в отрытую занимался точно тем же, приставая с разговорами чуть ли ни к каждому из всех двухсот с лишним разумных. Нет, ворон лишь изредка заводил беседу, да и то пространную, что-то о вкусном чае из диких трав или свежей дичи среди сталагмитов. Больше тихонько шёл чуть в стороне, внимательно вглядываясь в лица и души окружающих.

Темная эмпатия пустотника позволяла ему считывать чувства окружающих. Могу предположить, что большинство сейчас смотрит на мир или с надеждой, или с испугом. Возможно, целью наблюдений ворона являются как раз именно те, что будут испытывать иные чувства.

А может, я всё же такой не один и кто-то так же восторгается диким Подземьем?

От выполнения поставленной задачи меня постоянно отвлекал мир вокруг. Я слышу капли падающей и разбивающиеся об острые сталагмиты, воды. Я чувству легкий ветер с нотками сырости. И я уже вижу перед собой конец моста, за которым простирается первая раскинувшаяся за южными пределами Доминиона локация.

Каменный лес.

По ту сторону моста нас встретили белеющие кости и черепа. Стоит признать, в этот момент меня впервые кольнуло нечто вроде смутного беспокойства. Будь это чем-то вроде жутковатого украшения или предупреждения, я бы понял. Но черепа не были нанизаны на колья, и валялись они не равномерным слоем, как если бы шел кровопролитный бой. Они били сложены неровными хаотичными кучками, перемешанные друг с другом. Подобным образом сваливают кости хищники в своем логове.

Искусственное освещение моста сменилось зеленовато-белёсыми грибницами, вокруг которых кружили редкие светлячки-маноеды. Здесь их было намного меньше, чем в городе. Но от того они еще сильней выделялись на фоне подступавшей мглы. Они питались разными чувствами, осколками мыслей и магии, а потому предпочитали тихие места, но обязательно по соседству с населёнными потенциальной пищей. Впрочем, библиотеку Харо они тоже облюбовали, так что и в виде текста им достаточно для поддержания жизни.

— Зацени-ка, Лин, этого типа, — вывел меня из задумчивости Сайрис, указывая на одиночку в окружении питомцев. — Как тебе потенциальный котейка?

Я бросил оценивающий взгляд. Пожалуй, соглашусь, действительно подозрительный тип. Хотя тридцать шестой уровень — как-то совсем уж мелковато для посланника.

Зато экипировка была на высоте. Я не поверил своим глазам, когда

увидел на нём изящную кольчугу лисьей работы из мифрила с адамантовым напылением и вставками. Если легкий белесый метал я уже видел, то адамант узрел впервые. Черный, совсем как эбонит, но если тот уходил в теплые тона, то адамант казался холодным, самим своим видом отторгая опасность.

И сам зверинец, конечно. Огромная летучая мышь, суровый пещерный мишка, два напоминавших смесь волка с кротом фирха, ездовой ящер с внушительной пастью и какое-то непонятное светящееся создание — нечто среднее между светлячком-маноедом, и феей.

Ответить другу в звериной форме я не мог. Простым «да» или «нет» тут не отделаешься. Звери и экипировка действительно внушали уважение, но низкий уровень и отсутствие сторонников среди разумных тоже нельзя сбрасывать со счетов.

Подземье очень не любит большие группы. Не только из-за привлекавшего монстров шума — сами пространства не всегда позволяли двигаться толпой в более чем двести душ. Чем дальше мы углублялись в Каменный лес, тем больше рейд дробился на отдельные группы. Пещерные тропы здесь были многочисленны, и если бы не точное следование картам, да навигационные артефакты, можно было бы легко заблудиться.

К востоку от нас находился центральный тракт, большая дорога, местами расширенная и доработанная камнетёсами. Но увы, именно там сейчас ошивалась группа микотиинов. Об этих существах я был наслышан и понимал, почему и этот путь нам сейчас отрезан. Создния это были не очень агрессивные, и представляли собой огромные метров трех в высоту и не менее полутора метров в диаметре ходячие грибы, очень метко отправлявшие в любые живые цели потоки яда или ядовитых туманов.

Передвигались они настолько медленно, что пришлось бы отложить путь минимум на неделю, реши мы дожидаться свободного тракта. А там никто не даст гарантию, что следом за ними не придет охотиться какая-то иная тварь. Это и стало основной причиной нашего выхода со стороны навесного моста.

Не успела миновать и половина первого дня, как начались первые жалобы и просьбы о привале, после чего мы шли еще с пол цикла в поисках подходящего места для лагеря. Я счёл это за леность и малодушие, но всё оказалось не так просто — вампир отдал приказ укрепиться и приготовиться к обороне. Интересное решение, но по-своему здравое — это мы малой группой обходились простенькими сигнальными ловушками, просто чтобы пробудиться и встретить опасность с оружием. В случае нападения врага мы сразу же бросались в бой. Меня обучила этому Айрэ, а Сайрис, как и любой пустотник, сам поутру мог быть пострашнее многих монстров.

Здесь же едва ли многие смогут мгновенно подготовиться к сражению.

По итогу мы заночевали на широкой развилке. С трёх в сторону уходили толстыми ответвлениями тоннелей и с одной стороны — и ущельем с неглубоким природным колодцем было с другой. Хорошее место для обороны, а заодно и доступ к свежей питьевой воде.

Вампир расположился по центру лагеря, соорудив себе нечто вроде навеса. У проходов расположилась бойкая девица-полуэльф, отряд наёмников Грейси и группа Джафсара. По-хорошему, к одному из ходов стоило бы отправиться Крысу — в его группе помимо высокоуровневых мирных жителей, была и вполне боеспособная группа головорезов.

Сайрис, как и следовало от него ожидать, выбрал самое уединённое место. За небольшим уступом у выхода к ущелью было небольшое углубление, которое облюбовала колония бессветных грибов на тоненькой хрупкой ножке.

Друг безжалостно расчистил себе место, вынул из инвентаря раскладное воронье ложе и принялся его расставлять. Нет, этот человек никогда не станет пренебрегать комфортом. Даже в походе.

Нырнув следом за ним, я носом раздвинул оставшиеся грибные заросли, прижался к земле и сменил форму.