Кизиловый мост
Шрифт:
– А если мы уложимся?
– сказал бульдозерист, весело взглянув на меня.
Я внимательно посмотрела ему в лицо. Шутит он или серьезно?
– Вы не смотрите так, Сария-ханум, - обратился ко мне Солтан.
– Это вполне реально: и это дело провернуть, и мост сдать в срок.
– Точно!
– подтвердил Керемхан.
– Не знаю...
– замялась я.
– Если потребовать еще рабочих...
– Зачем?
– Гариб улыбнулся и махнул рукой.
– Сами сделаем.їїїїї
Они и правда были в этом уверены. А что, вдруг поверила и я, ведь сделаем: и скалы обломаем, и мост вовремя построим!
–
– Солтан. Й ободряющеї посмотрел наї меня.
– Всеї будет вїї ажуре. Мы, как сюда приехали, сразу решили, что этот мостик сработаем аккуратно, и только силами нашей бригады! Правда, ребята?
– Точно!
– отозвался Керемхан.
– Ведь тут ясно, как получилось, - продолжал объяснять мне Солтан, - в управлении смотрят - мостик маленький, вроде несложный, а что выше по течению делается, им и невдомек. А тут вон какой коридорчик получается.
– Он показал вниз на речку, стремительно несущуюся в узком проходе между скал.
– Мы, здешние, знаем, что творится, когда в горах дожди идут. Все затопит! А расчистим старое русло, укрепим берег - и все будет нормально, любой сель культурненько по течет под мост. Вот как, товарищ техник.
– Этої понятно.
– Яї вздохнула, - Ної как сюдаї затащить песок, цемент?
– Втащим, - сказал Солтан.
– Надо будет - и бульдозер втащим. Давайте, ребята, за дело!
"Здорово у него получается!
– с завистью думал! я.
– Никаких техникумов не кончал, а все ему ясно, все себе представляет! Словно он хозяин всего этого: дороги, будущего моста, хозяин этих лесистых гор..."
Мы благополучно приземлились, собрали инструменты и снова полезли наверх. Карабкаться по крутой, почти отвесной скале, когда за спиной привязаны ломы, молотки и заступы, - это почти цирковой номер. Я, во всяком случае, обязательно свалилась бы, если бы не Гариб, - он все время меня поддерживал.
Когда я заявила, что буду выполнять ту же работу, что и они, ребята дружно запротестовали. Однако я не собиралась сдаваться. Солтан огорченно вздохнул и стал прикидывать на руке ломы, стараясь выбрать для меня полегче, но, видимо, они все были хороши. Солтан покачал головой и с виноватым видом протянул мне лом - тяжелая стальная палка тотчас же вырвалась у меня из рук. "Ничего себе для начала!" Я поднял лом и взглянула на товарищей. Солтан, казалось, был смущен, Керемхан весело улыбался, бульдозерист хранил невозмутимое молчание.
– Мозоли натрете, сестричка.
– Солтан с сожалением посмотрел на мои руки.
– Вон у вас ручки какие беленькие, мягкие. Огрубеют, будут жесткие!..
– Ничего, меня это не очень огорчит.
– Зато начальник не обрадуется, - подмигнул ребятам Керемхан.
Солтан захохотал, Гариб сдержанно улыбнулся.
_ Вы только не обижайтесь на нас, Сария-ханум, - попросил Солтан, - мы ведь по-простому.
– Что вы! И не подумаю!
Некоторое время я довольно бодро размахивала своим ломом, но очень скоро поняла, что надолго меня не хватит. Когда я почувствовала, что сейчас брошу лом, Солтан вдруг крикнул:
– Перекур!
– Не рано ли?
– спросил Керемхан, вытирая потный лоб тыльной стороной руки.
– Так мы много не наработаем!
Вместо ответа Солтан чуть заметно кивнул в мою сторону. Я, пошатываясь,
отошла и бросилась на траву."Перекуры" устраивались каждые полчаса, правда небольшие, на несколько минут. Сначала Гариб, единственный курящий среди нас, честно дымил каждый перерыв, но потом запротестовал:
– Да не могу я так часто, меня уже мутит!
Ничего не оставалось, как делать вид, что не понимаю нехитрую уловку товарищей. Иначе бы мне не выдержать.
Наконец наступило время обеда.
– Как, Сария-ханум, закусите с нами чем бог послал?
– А что же он вам послал?
– Свежим пендиром (П е н д и р - сыр из овечьего) угостить можем.
– Соблазнительно, да ведь мое дело женское - обед надо мужу готовить. В другой раз, хорошо?
Никакого обеда я, конечно, не готовила. Пришла в палатку, завела будильник, чтобы разбудил меня через час, и свалилась на свою койку. Успела только подумать с ужасом: "Неужели мы вчетвером должны это сделать?!"- и сейчас же заснула.
В два часа мы собрались у нашей скалы.
– Как, Сария-ханум, управились с обедом? Если не успели, бригада может отпустить вас на полчасика.
– Что вы, все в порядке, - быстро ответила я, вспомнив, что даже не набрала воды, для чая.
"А как это здорово - бригада! Наша бригада, наша работа!.." - с удовольствием подумала я.
Углубить и расширить русло реки, протекающей среди скал, на протяжении пятнадцати метров - нелегкая задача для четверых. Работали все на совесть. Я старалась не отставать от товарищей. Спина и руки ныли, ладони были в кровавых мозолях. Это верно, Адиль будет огорчен, ему так нравились мои руки.
– Ну-ка покажите, что у вас, - попросила я ребят. Они, улыбаясь, разжали ладони. Я потрогала твердую, крепкую ладонь Солтана.
– Неужели вы совсем не стерли кожу? Посмотрите, что у меня делается.
– Ничего!
– Солтан ласково кивнул мне.
– Привыкнете! Видите мою ладонь что верблюжья коленка! И у вас такая же будет.
– Не хочу, чтоб у меня была верблюжья коленка, - жалобно протянула я.
Послышался шум подъехавшей машины.
– Наверно, Адиль!
– воскликнула я и, раздвинув ветки, взглянула вниз. Он! Адиль!
– громко закричала я.
Муж недоуменно оглядывался, не понимая, откуда услышал мой голос. Наконец он заметил меня.
– Что ты там делаешь?
– Мы здесь работаем, Адиль! Лезь к нам! Вот с той стороны, там легче.
– Ничего не понимаю - зачем вы туда забрались?
– А ты влезь - и увидишь.
Мне не терпелось показать Адилю нашу работу, словно приятный сюрприз. Он будет доволен, что бригада его Сарии проявила инициативу.
Адиль пожал плечами, поколебался минуту, потом начал взбираться по склону.
Подойдя к нам, он, не здороваясь, внимательно оглядел развороченный край скалы, инструменты, нас самих, грязных и потных, и спросил недоуменно:
– Что это вы делаете?
– Во-первых, здравствуйте, товарищ начальник, - несколько смутившись, попыталась я пошутить.-А во-вторых, мы делаем нужное дело - углубляем и расширяем русло, чтобы в случае селя наш мост не снесло.
– Но ничего подобного в проекте нет.
– Вот именно. А мы исправляем ошибку проектировщиков,- гордо сказала я, оглянувшись на товарищей.