Китай: страницы прошлого
Шрифт:
«Буддизм, — замечает немецкий китаевед В. Грубо и книге „Духовная культура Китая“, — идет в своей заповеди любви к ближнему даже гораздо дальше христианства, применяя ее не только по отношению к людям, но и ко всему царству живых существ. Эта нравственная заповедь является в буддизме естественным следствием учения о переселении душ, по которому каждый человек в наказание за дурные поступки в земной жизни возрождается в будущей жизни в образе животного».
Если люди хотят избавиться от страданий и обрести вечную жизнь, то они должны исполнять следующие заповеди.
Заповедь 1.Не убивай. Не убивать не только людей,
Заповедь 2.Не воруй. Не только не надо воровать или грабить других, но нужно всеми силами помогать каждому воспользоваться в полной мере плодами своих трудов. Человек, познавший истинный путь, воздержится от того, чтобы красть что бы то ни было, не будет содействовать и другим в этом, не будет помогать тем, кто занимается воровством или грабежом.
Заповедь 3.Берегись смотреть на женщин. Если ты видишь женщину, то смотри на нее так, как будто ты не видишь в ней женщины. Если ты должен говорить с женщиной, то говори с чистым сердцем и чистыми помыслами. Если женщина стара, смотри на нее как на мать; если она молода — как на сестру, а если совсем молода, то как на дочь.
Заповедь 4.Не говори неправды. Говорить надо только правду, с полной искренностью, не с целью повредить или обидеть кого-нибудь, а мудро, любовно. Нет такого преступления, в котором не участвовала бы, как главная часть его, ложь. Ложь — это желание извлечь какую-нибудь выгоду или причинить обиду. Зависть, лесть, сплетни — все это разные формы лжи.
Заповедь 5.Не пей хмельного. Самое драгоценное в человеке — разум. Его всячески надо беречь, сохранять в чистоте. Всякие хмельные напитки затемняют разум, делают разумного человека безумным. А когда разум затемнен, человек лишается возможности отличить правду от лжи, сбивается с истинного пути и способен совершить всякую ошибку, всякое преступление.
Буддизм прославляет полную невозмутимость человека, смирение, презрение к жизни, непротивление злу. Безропотное отношение к жизненным невзгодам и к физическим страданиям является, по убеждению буддистов, проявлением высших моральных качеств человека. Одна из легенд рассказывает об отшельнике Арме, которому отсекли поочередно руки и ноги. Отшельник не возмутился, не сопротивлялся, а лишь кротко повторял: «Я упражняюсь в терпении».
Постепенно в буддизме сформировались две секты: Махаяна («Большая колесница») и Хинаяна («Малая колесница»).
Основные догматы секты Махаяна, получившей широкое распространение в Китае, — сострадание к близким и стремление к самоусовершенствованию. Путь к нирване, по верованиям секты Махаяна, лежит через бесконечный ряд перевоплощений. Страдания и муки за ближних в одном мире дают верующим в другом мире священную силу перевоплощения в существа, наделенные еще большей нравственной и духовной силой.
Секта Хинаяна не проявляет интереса к будущему и прошедшему: весь мир, как земной, так и небесный, она рассматривает в настоящем
времени. Идеалом этой секты является превращение человека в будду. Секта Хинаяна не признает перевоплощений: жизнь алоханей вечна, смерть отсутствует, т. е. нет будущего, нет прошедшего, а настоящее бесконечно.На базе Махаяны в Тибете и Монголии возник ламаизм (или тибетский буддизм), ставший религией маньчжурских императоров и высших сановников. Тибетское слово «лама» означает «высший». Этим словом именовались буддийские монахи в Тибете и Монголии.
Вся система будд, бодисатв, святых и священных стражей в равной мере относится как к буддизму, так и к ламаизму; их философские воззрения на мир идентичны. Различие же между ламаизмом и буддизмом не в содержании, а в форме: буддизм на первое место ставит концептуальную сторону религии; в ламаизме первое место отводится ритуальному, обрядному учению. Для ламаизма характерен культ хубилганов («перевоплотившихся» в людей будд и бодисатв) и лам.
Ритуалы и обряды ламаизма необычайно сложны и разнообразны: они служат ламам средством постижения «мудрых истин Шакьямуни», которые необходимо знать, чтобы, следуя по пути беспрерывного самоусовершенствования, через тысячи перевоплощений достигнуть «блаженного небытия» — нирваны.
Будды и бодисатвы, как существа божественные, не могут общаться с людьми. Исключение составляет далай-лама, который почитается в Тибете как земное воплощение бодисатвы. В VII в. н. э. буддизм из Индии и Китая проник в Тибет, где он утвердился в форме ламаизма.
Буддийское духовенство в Тибете разработало учение о «живых богах»: бодисатвы спускаются на землю и устанавливают «тесную связь» между божественной и земной сферами. Учение о воплощении богов в людей тесно переплетается с верованиями о перевоплощении людей вообще. В соответствии с этим высокие духовные лица буддийской церкви являются земным воплощением божеств или святых. После смерти такого духовного лица его душа воплощается в плоть вновь родившегося человека.
Человек, достигший нирваны, становился буддой; человек, приближавшийся к нирване, — бодисатвой. Движимые состраданием к живым существам, будды и бодисатвы время от времени сходили на землю, чтобы помочь людям отрешиться от всего мирского и приблизиться к нирване. Это достигалось путем воплощения будд и бодисатв в том или ином человеке. Приняв облик человека, божества не торопились покинуть грешную землю.
Самое высокое духовное лицо в Тибете — далай-лама («великий лама»). Он почитается как земное воплощение бодисатвы; второе место занимает панчен-лама — высший авторитет в чисто религиозных вопросах.
Когда умирает далай-лама, его дух якобы вселяется в плоть родившегося младенца. Высшие ламы начинают искать младенца, в плоть которого вселился дух умершего. До совершеннолетия далай-ламы Тибетом управляли регенты — представители высшего духовенства. Они использовали далай-ламу в своих корыстных целях. Если же он оказывался неугодным, его умерщвляли. Так, например, в 1855 г. 11-й далай-лама был умерщвлен в 18-летнем возрасте, а в 1875 г. 12-й далай-лама — в 20-летнем.
Буддизм проник в Китай в начале нашей эры и на первых порах был встречен враждебно, поскольку он считался чужеземной религией с совершенно незнакомыми тогда китайцам представлениями о жизни и смерти.
Основными противниками буддизма выступали конфуцианцы, которые не хотели признавать никого, кроме Конфуция, и никаких догм, кроме провозглашенных им и его учениками. Они отвергли буддизм, как отвергалось в Китае вообще все иностранное, а значит, варварское и не культурное.