Кис -победитель драконов
Шрифт:
– Снорки очень юркая, - вмешалась в разговор Джесика.
– Белки прыгают по деревьям, - ответила Снорки.
– Это куда опасней, чем идти по земле.
– Это почему же?
– удивилась Джесика.
– Потому, что дракон летает над лесом. И ему лучше видно то, что происходит на ветвях, чем у корней деревьев
– Тогда нам остается попросить уважаемого Свифта прорыть туннель, по которому можно было бы добраться к жилищу волшебника под землей, - предложил Карел.
– На рытье такого туннеля понадобится не менее года, - возразил Скок, немного знакомый с технологией рытья нор.
–
– - Котис, а не мог бы ты сходить к волшебнику?
– сказал Карел.
– В качестве нашего посла.
Кису, любившему пышные титулы, пришлась по душе предложение стать послом пупсисов. Но он ревниво отнесся к возможности того, что другой может стать победителем дракона. И, к тому же, волшебник ему уже заранее был не симпатичен.
– Кис, миленький, - попросила Джесика и погладила кота, - что тебе стоит? Кроме тебя никто не сможет выполнить этого поручения. А ты у нас ловкий, быстрый, смелый, умный. И к тому же зеленый - тебя невозможно рассмотреть на фоне листвы. Ни один дракон тебя не увидит. Договоришься с волшебником о следующей встрече, а еще лучше пригласи его в деревню. И всё.
– И мы ведь вовсе не заставляем тебя отказаться от планов победить дракона, - добавила Снорки. И тоже погладила Киса.
– Ну, я не знаю...
– начал Кис.
Но Джесика и Снорки в один голос стали щебетать:
– Кис, хорошенький, скажи "да".
– Да, - наконец выдавил из себя Кис.
– Но я остаюсь при своём особом мнении. А к волшебнику пойду только затем, чтобы доставить вам удовольствие.
– Мне всегда - фить!
– было интересно, - обратился наблюдавший за этой сценой суслик и Карелу, - как это девчонкам удается в спорах с нами настоять на своём. Ведь этому коту - фить!
– страсть, как не хочется идти к волшебнику. А ведь пойдет!
15.
Кис мчался по знакомой дороге к дому волшебника. В небе не было ни облачка, ласково светило солнце. Но сегодня это вовсе не радовало кота: погода была лётной, и значит ничто не мешало дракону вылететь на охоту. Маркиз де Нявсифан не боялся встречи с драконом. Недаром слыл он храбрецом из храбрецов. Но Кис считал, что даже самый смелый воин должен соблюдать разумную осторожность. Поэтому он с тревогой поглядывал на небо.
"Драконам вовсе не по вкусу коты, - успокаивал сам себя Кис-храбрец.
– Зачем купать котов, если на свете столько вкусных вещей"?!
"А вдруг этот вредный дракон как раз питается одними котами?
– вступила в пререкания вторая половина кота. Осторожная.
– А я, будто специально, еще весь обмазался голубичным вареньем. Чтобы дракону вкуснее было".
От этих мыслей лапы Киса заработали еще быстрее. Он уже не бежал, а летел по тропинке. В душе же продолжали свой спор две половинки Котиса де Нявсифана:
"Ни один дракон", - говорила первая половина Киса...
"... кроме того, что поселился на Драконьей горе", - подхватывала вторая половина.
"... не ест котов", - продолжала первая.
"... заранее не намазав их горчицей", - печально сказала вторая.
"Ага!" - обрадовалась первая половина души Киса, решив, что она поймала вторую половину на
слове.– "Значит, наш дракон все же не ест котов?!"
"Не ест смазанными горчицей. Он их глотает без приправ. Или, в крайнем случае, мажет вареньем. Голубичным".
Увлеченный этой беседой с самим собой, Кис не заметил, что добежал к дому волшебника.
Стена, сложенная из толстых дубовых бревен, выросла перед Кисом так внезапно, что он даже не успел затормозить.
"Бум!" - разнеслось далеко по лесу...
Кис сидел на земле и чесал лапой огромную шишку на голове, когда дверь избы со скрипом открылась. В дверном проёме появилась фигура, одетая в остроконечную шляпу и в черный халат с вышитыми по нему звездами.
– Кто здесь?
– испуганно, что так не похоже на магов, спросил волшебник.
– Я, - ответил Кис, в голове которого поселился целый рой пчел, а поэтому все мысли перепутались, а в ушах гудело.
– Ой, - удивился и испугался волшебник, услышав, что с ним заговорил какой-то куст. А за куст он принял нашего зеленого кота.
Кису показалось, что волшебник с ним поздоровался, и он вежливо ответил:
– Вам тоже доброго здоровья.
Это было уже чересчур даже для волшебника. Он поспешил спрятаться в доме и запереть за собой дверь на все засовы и замки.
– Ну, вот. Хотел вчера наколдовать, чтобы у моего дома выросла яблоня, а получился говорящий куст. С ума сойти можно! Говорили же мне, что при накладывании заклинаний надо всегда соблюдать технику безопасности и не отвлекаться. А то можно наколдовать черт знает что!
Волшебник принялся листать книгу заклинаний, чтобы найти совет, каким образом исправить свой профессиональный брак.
– Андыгадар - Баргумадыр - Зишвеля...
– начал читать свое заклинание волшебник.
Кис, по-прежнему сидевший у дома волшебника, почувствовал, как его поднимает над землей, как над его головой зашелестели листья и налились соком яблоки. От испуга Котис хотел закричать, но не смог вымолвить ни слова. Только что-то нечленораздельно мычал. Возможно, на него подействовала та часть заклинания, которая, по мнению мага, должна была заставить замолчать слишком говорливый куст.
Заскрипела дверь, на пороге вновь появился волшебник и довольный залюбовался своей работой:
– Теперь получилось то, что надо:|замечательная яблоня. И никаких говорящих кустов!
– Му-ууу!
– в отчаянии застонал Кис, барахтаясь в ветвях и по-прежнему не способный говорить.
– Что же это такое?!
– всплеснул руками в расстройстве чувств волшебник.
– Мычащая яблоня! Опять какую-то оплошность допустил при колдовстве.
Волшебник водрузил на нос очки, чтобы получке рассмотреть чудо-дерево. Только теперь маг увидел среди ветвей Киса.
– Зеленый мычащий кот, - констатировал волшебник увиденное и совсем опечалился.
– Хорошо, хоть не рогатый. Надо было мне посмотреть по гороскопу, может сегодня вовсе не стоит заниматься колдовством. Пойду, найду заклинание, чтобы рассеять этот гибрид кота, куста и коровы... Пока никто не увидел, что я тут наколдовал.
Кис понял, что его с помощью заклинания могут стереть со страниц сказки, и у него вновь появился голос.
– Я посол - лицо неприкосновенное!
– закричал кот, спрыгивая на землю.