Казино смерти
Шрифт:
А может, Дэнни уже умер, и подсознательно я не хочу встречаться с ним, не хочу видеть его изувеченный труп.
По моей просьбе в 4. 04, согласно часам на здании «Банка Америки», чиф Портер свернул к тротуару и высадил меня с северной стороны Мемориального парка. Улицы вокруг этого парка образовывали центральную городскую площадь.
— Похоже, в этом расследовании я ничем помочь не могу, — объяснил я.
И в прошлом у меня возникали подозрения, что в тех случаях, когда дело касалось особо близких мне людей, с которыми меня многое связывало, мои сверхъестественные способности служили
Дэнни Джессап был мне близок, как брат. Я его любил.
Предполагая, что причина появления у меня паранормальных талантов — не простая генетическая мутация, а что-то более серьезное, возможно, и причина сбоев в их эффективности не столь проста. Это ограничение, быть может, вызвано тем, чтобы предотвратить активное исследование моих талантов с дальнейшим их использованием себе на пользу. Но, скорее всего, невозможность воспользоваться своим даром всякий раз, когда этого хочется, служит одному: не дать мне возгордиться.
Если смирение и есть урок, то я выучил его хорошо. Не раз и не два осознание ограниченности моих способностей держало меня в кровати до второй половины дня, а то и до сумерек, не позволяло подняться, словно лежал я, прикованный цепями к тяжеленным свинцовым блокам.
— Ты не хочешь, чтобы я отвез тебя домой? — спросил чиф Портер, когда я открыл дверцу.
— Нет, благодарю вас, сэр. Я бодр, сна ни в одном глазу, и голоден. Так что хочу быть первым у двери «Гриля».
— Они откроются только в шесть утра.
Я вылез из кабины, наклонился, посмотрел на него.
— Я посижу в парке и покормлю голубей.
— У нас нет голубей.
— Тогда я покормлю птеродактилей.
— Ты собираешься посидеть в парке и подумать.
— Нет, сэр, обещаю вам, что думать не буду.
Я захлопнул дверцу. Патрульная машина отъехала от тротуара.
Как только чиф скрылся из виду, я вошел в парк, сел на скамью и тут же нарушил данное обещание.
Глава 8
Вокруг городской площади расположены кованые фонарные столбы. Они выкрашены в черный цвет, на каждом три лампы в круглых плафонах.
В центре Мемориального парка высится памятник, бронзовая скульптурная группа из трех солдат времен Второй мировой войны. Обычно подсвеченный, в эту ночь памятник кутался в темноту. Должно быть, кто-то разбил прожектора.
В последнее время маленькая, но решительно настроенная группа горожан требовала, чтобы памятник убрали, на том основании, что он поставлен военным. Они хотели, чтобы в Мемориальном парке увековечили человека мира.
В качестве кандидата упоминались и Махатма Ганди, и Вудро Вильсон, и даже Ясир Арафат.
Кто-то предложил, чтобы памятник Махатмы Ганди сделали по образу и подобию Бена Кингсли, который сыграл великого человека в кино. Тогда, возможно, актера удалось бы уговорить открыть памятник.
Такие разговоры заставили мою близкую подругу и хозяйку «Гриля» внести контрпредложение: в качестве модели для памятника Ганди взять Бреда Питта
в надежде, что он сможет прибыть на церемонию открытия памятника, что стало бы, по меркам Пико-Мундо, знаменательным событием.На том же городском собрании Оззи Бун предложил запечатлеть в памятнике его самого. «Мужчин моих габаритов никогда не посылают на войну, и если бы все были такими же толстыми, как я, армий просто бы не существовало».
Кто-то воспринял его слова как насмешку, но другим идея очень даже понравилась.
Возможно, когда-нибудь скульптурную группу заменит очень толстый Ганди с лицом Джонни Деппа, но на текущий момент в Мемориальном парке стоят бронзовые солдаты. В эту вот ночь они стояли в темноте.
На центральных улицах нашего города растут старые палисандровые деревья, которые по весне покрываются пурпурными цветами, а вот в Мемориальном парке они уступают место финиковым пальмам. Под одной из них я и сел на скамью, лицом к улице. Ближайший фонарь находился достаточно далеко, крона пальмы укрывала меня от набирающего красноту лунного света.
И пусть я сидел в темноте, Элвис меня нашел.
Материализовался, уже садясь на скамью рядом со мной.
Все другие знакомые мне бродячие мертвые появляются в той самой одежде, в какой умерли. И только Элвис может похвастаться разнообразием гардероба, меняет наряды, как ему вздумается.
Возможно, он решил продемонстрировать свою солидарность с теми, кто хотел сохранить бронзовых солдат. Или подумал, что классно выглядит в хаки. Тут он, кстати, не ошибся.
Лишь немногие люди представляли такой интерес для широкой публики, что их жизнь теперь известна даже не по дням, а чуть ли не по часам. Элвис — один из них.
Поскольку в жизни Элвиса нет никаких тайн, мы можем с уверенностью заявлять, что живым он никогда не бывал в Пико-Мундо. Не проезжал мимо на поезде, не встречался с местной девушкой, вообще не имел никаких связей с нашим городом.
Почему его призрак решил поселиться в этом выжженном солнцем уголке пустыни Мохаве, а не в своем поместье «Грейсленд», где он умер, я не знаю. Я его спрашивал, но обет молчания, принятый мертвецами, похоже, единственный, который он не мог нарушить.
Случается, обычно вечером, когда мы сидим в моей гостиной и слушаем его лучшие песни, а в последнее время такое бывает часто, я пытаюсь втянуть его в разговор. Предлагаю воспользоваться языком знаков: большой палец вверх — да, большой палец вниз — нет…
Он только смотрит на меня из-под тяжелых век, глаза у него даже более синие, чем в фильмах, и держит свои секреты при себе. Еще он улыбается, подмигивает. Может игриво ущипнуть за руку или похлопать по колену.
Он — веселый призрак.
Сейчас, усевшись на скамью, он поднял брови и покачал головой, как бы говоря, что не устает удивляться моей способности попадать в передряги.
Прежде я думал, что он не хочет покидать этот мир по одной простой причине: здесь люди относились к нему очень хорошо, любили душой и сердцем. Даже практически перестав выступать на сцене и пристрастившись к медицинским препаратам, которые отпускались только по рецептам, умер он в зените славы, и было ему только сорок два года.