Кайград. Острова
Шрифт:
* * *
Свежий восточный ветер возвестил начало нового дня. Корабль пробуждался не спеша, словно громадный левиафан. Из Младшей казармы, бегом взбежав по лестнице, гурьбой вывалились дети, мигом распределившись по палубе. Кто-то полез вверх по мачте, другие вязали узлы, а посреди всей этой кипучей деятельности, словно великий царь из древних времён, расхаживал старик Буди. Спустя полчаса из Старшей казармы, находившейся этажом выше, один за другим начали вылезать Собиратели, отправляя дежуривших в ночь на заслуженный отдых и матеря что есть силы молодых сорванцов, снующих вокруг. Хлопнула дверь каюты, и вот уже слышатся тяжёлые шаги Капитана. Суровым
Это был его корабль. «Незавидный». Обитые древесиной с самых диковинных островов борта сияли, отражая Свет каждого члена команды. Широкие коридоры, уводившие на несколько уровней вниз, склады с оружием и провиантом. Кухня, работавшая под чутким руководством Молчуна. Старик Буди со своим соплежуйским отрядом. Даже Юго, вечно отстранённый от происходящего, дополнял эту картину до совершенства. Капитану никогда не приносил удовольствие грабёж. Всё, о чём он мечтал, – это бороздить моря со своей командой, но в этом мире ничто не давалось просто так. В голове старого воина всё чаще мелькали мысли о том, что вся эта кровь на их руках, этот чудовищный груз был ему больше не по плечу… Вновь оглядев палубу, Капитан увидел Юго, вышедшего подышать воздухом.
В глубине души Капитан понимал, что секрет его успеха не только в приносящем удачу названии. Ни у одного из кораблей, конкурировавших с «Незавидным» в близлежащих, да и не только, морях, не было на борту таких блестящих мозгов. Если на судне более всего ценилась полезность, то Юго был настоящим сокровищем. Капитан никогда не забудет ни дикого кракена, умерщвлённого одним отравленным шипом, ни лихорадки, охватившей половину его ребят, и отчаянной борьбы с ней, из которой Юго вышел победителем. Да, учёный был бесценен. Не все разделяли убеждённость Капитана, он знал это. Новым толчком к недовольству всё больше становился однорукий мальчишка, нарушавший и без того хрупкий баланс сил на корабле.
Правда, Капитану было плевать на баланс сил. Его немолодое сердце растило чувство светлое и сильное. Он смотрел на молодую и ловкую Тэю, и душа радовалась. Она была его единственным слабым местом, которое он был готов защищать, чего бы ему это ни стоило.
* * *
На душе у Лика давно не было так легко. С самого утра Булла забрал к себе Клеон для какого-то дела, и впереди был целый день без эмоциональных вспышек и конфликтов. Лик уже давно понял, в чём состояли сила и слабость Булла: эту деятельную натуру невозможно было подчинить себе или как-то побороть. Силой духа Булл не уступал Лику, и единственное, что он мог сделать, – это пытаться хоть немного направить энергию своего товарища в нужное русло. Однако одно неаккуратное слово – и напряжение между ними можно было пощупать рукой.
«И почему она смеётся над его тупыми шутками?» – некоторые вещи Лику были по-прежнему неясны, сколько он ни вгрызался в них, сколько ни анализировал.
– А ты сегодня какой-то расслабленный!
Огромная фигура на его пути отвлекла его от размышлений. За последние полгода Сим разросся так, что некоторые Собиратели даже не решались его обматерить как следует. Лик не спеша окинул взором закрывавшую ему проход тушу, после чего произнёс:
– Ты тоже особо не напрягаешься по виду – весь вон жирком заплыл!
Сим довольно расхохотался, хлопнув Лика по плечу. Жестокая битва во время шторма должна была сделать их непримиримыми врагами. Однако Сим понимал, что лишь благодаря своему сопернику и тому странному снадобью, содержавшемуся на кончике клыка, он смог осознать и принять себя и своё прошлое, за что он был навечно благодарен Лику. Примирившись с ним, а после с Буллом и Тэей, Сим стал гораздо добродушнее.
В нём больше не было обиды и злости на весь окружавший его мир. Тем не менее чувствовалось, что каждого, кто поднимет руку на его друзей, он будет готов порвать на куски.– Что, сегодня наш великий гений наполнил тебе голову новой порцией дерьма? – Квадратное лицо Сима, обрамлённое развевающимися русыми прядями, выражало лёгкую насмешку.
– Только пару ложечек. Сегодня был лёгкий день.
– И какой толк всё время думать? Особенно здесь? – Сим смачно отрыгнул.
– Ты когда успел набить пузо?
– Молчун оставил мне немного с вчера.
– Хм, ну раз ты сытый, работы сегодня будет поменьше.
Помимо временного отсутствия Булла, второй хорошей новостью для Лика стало его назначение на кухню к Молчуну. Дни, проведённые за готовкой, были его любимыми. В конце концов, кулинария была прекрасным способом самовыражения.
Подойдя к одному из люков, Лик без малейшего напряжения спустился вниз по канату и попал сразу на кухню. Молчун встретил его своей широченной улыбкой, тут же разразившись потоком радостных восклицаний:
– Вот и мой любимый мальчишка! Сколько лет, сколько зим! Дорогой, усаживайся быстрее! Без тебя вся работа стоит!
Так уж вышло, что главной особенностью Молчуна стала его склонность болтать без умолку, сопровождая процесс готовки шутками, пословицами, мудрыми афоризмами и глубокомысленными монологами. Правда, всё это меркло рядом с его безграничными достоинствами. Когда во время одного из голодных периодов кто-то чудом выловил морского беса, Молчун приготовил из него настолько сытное блюдо, что команде удалось продержаться пару недель, прежде чем «Незавидный» набрёл на первый остров.
Лик привычным движением обвязал вокруг талии фартук и взял в свою единственную руку огромный разделочный нож. На всём корабле, пожалуй, только Молчун да ещё Юго могли обращаться с этим инструментом с подобным мастерством.
– Эй, давай там, не халтурь! – Молчун даже не смотрел на него, зная, что Лик исправно выполняет свои обязанности. Однако так уж было заведено на этом корабле, что старшие покрикивают на младших, и каждый следует этой традиции с превеликим удовольствием. Лику понадобилось совсем немного времени, чтобы войти в рабочий ритм. Не так-то просто было нарезать мясо одной рукой, так что Лик никогда и ни на что не отвлекался. Поэтому, когда Молчун внезапно остановил Лика и заставил прислушаться, мальчишка согласился с большой неохотой.
– Слышишь, Лик? Бо со смотровой увидел Оружейников – вот и орёт.
Прикинув, с какого расстояния можно было увидеть корабль с верха мачты, Лик понял, что у него есть около получаса, а потому он уже более не отвлекался на болтовню Молчуна. Одной из главных черт, которые ему привил Юго, сам того не замечая, было мучительное, практически непреодолимое любопытство.
* * *
Лик много слышал об Оружейниках, но ещё ни разу с ними не пересекался, а между тем весь «Незавидный» мигом ожил в преддверии встречи со своими жуткими партнёрами. Никто из Собирателей не хотел ударить в грязь лицом. Одетые при полном параде, с самыми суровыми выражениями лиц, Капитан и его бойцы выстроились вдоль левого борта.
«Горбун» по своему размеру был ещё меньше, чем «Незавидный», но тайная работа, кипевшая там, не давала покоя никому, кто имел дело с Оружейниками. Именно в глубине этой невзрачной на вид конструкции эти сумасшедшие научились каким-то образом использовать Свет из людей для добычи и ковки металла. Мрачные лица Оружейников внушали страх даже самым кровожадным из Собирателей. Пожалуй, это было главным действующим фактором, не позволяющим ни одной шайке головорезов рискнуть и взять «Горбун» на абордаж, чтобы посмотреть, что же там внутри. Кроме того, выгоды от сотрудничества с ними было явно больше. Собиратели получали самые разнообразные виды оружия в обмен на всё тот же Свет. Безусловно, эксперименты Оружейников дали этому миру многое, но цена, которую они платили, была слишком высока. Даже Юго понимал это. А потому, легкий зуд любопытства, мучавший его, никогда не выходил из-под контроля. Он смотрел на бледные лица Оружейников и понимал, что его судьба пусть и суровая, но гораздо менее мрачная.