Чтение онлайн

Выставив черепа по кругу, Крентос принялся ставить на них огарки толстых свечей, зажег их. По комнате тотчас разнесся приторный сладковатый запах. Он оказался настолько сильным, что я поспешил закрыть нос куском плаща – иначе могло стошнить. Остальные, кстати, решили поступить так же. Только довольно усмехавшемуся колдуну все было нипочем.

Когда загорелся последний огонек, некромант достал из складок одежды эликсир, за которым посылали меня. Откупорив тугую пробку, он вывернул склянку – пенящаяся красная жидкость выплеснулась на многострадальную голову сектанта. Пожелтевшая кожа тотчас

начала лопаться, а по комнате разнесся такой смрад, что я не удивился бы, если б кто-то все-таки не выдержал этого. Даже гном, чертыхаясь себе под нос, отошел к краю лестничной площадки, где когда-то были перила.

– Лорд Хелинг, попрошу руну! – позвал Крентос. В руках он держал принесенный мною из Королевской библиотеки томик, открыл его почти в самом конце.

Паладин аккуратно обошел рисунок, дабы не зацепить нечаянно контуры звезды, протянул маленькую шкатулку. Из нее некромант достал серый камень и положил на пол возле головы мертвеца, которая успела превратиться в бурую пенящуюся лужицу. В ней еще плавали комки волос с обрывками кожи – мерзость.

Вырвав из книги одну страницу, некромант еще немного полистал ее и, недовольно цыкнув, вернул лорду:

– Больше ничего толкового здесь нет.

– Что дальше? – и глазом не моргнув в ответ на действия некроманта, спросил рыцарь.

– Остался последний штрих. – В руке колдуна снова появился мел, и он, сверяясь с куском бумаги (назвать это страницей язык не поворачивался), принялся выводить в ряд какие-то символы.

Внезапно откуда-то со стороны раздался легкий шорох. Мы с Юлфеном тут же повернулись на звук, но это, оказывается, появился эльф. Причем был он всего в паре шагов от нас. Небось, если б захотел, то и вплотную подобрался, а мы бы и дальше клювами щелкали.

– В доме все спокойно? – поинтересовался у него Юлфен.

– Более чем, – сверкнул глазами Аолнасс.

– Итак, господа, подходите ближе! Не стесняйтесь! Представление начинается! – театральным голосом объявил колдун. – Только очень близко все-таки лучше не подходить – почти все духи имеют очень дурной характер!

Все тотчас оказались рядом с подготовленной к ритуалу «композицией», однако ближе чем на пять шагов подходить никто не рискнул.

– Лорд Хелинг, вы все-таки подойдите поближе, вам ведь с ним разговаривать.

Паладин не заставил себя долго ждать, стал там, где ему показал Крентос.

Некромант присел перед рисунком и начертил еще один символ, что-то прошептал. Внезапно все свечи погасли, погрузив комнату в темноту.

– Приди! У тебя здесь – еще одно дело! – еле слышно прозвучал голос колдуна.

Свечи вновь загорелись, однако вместе с ними в глазницах черепов загорелись красные огоньки, злющие такие. Контуры звезды задрожали, в один миг засияли ослепительной бирюзой. Каша, в которую превратилась голова черного мага, забурлила, образовав миниатюрную воронку. Из ее середины в потолок ударил зеленый луч, на миг ослепив всех, а когда луч исчез и вернулось зрение, над центром звезды в воздухе завис дух. Как и в день своей смерти, он был в просторных темных одеждах. Безразличный взгляд прикрытых глаз уставился прямо перед собой.

– Вашу руку, – попросил некромант рыцаря, в руке у него

появился ножик с кривым коротким лезвием.

Лорд Хелинг закатал немного рукав на правой руке, протянул ее некроманту. Тот сделал аккуратный надрез, надавил – из раны тотчас брызнул фонтан алой крови, щедро оросив церемониальный нож.

Медленным движением Крентос поднес нож к руне гномов и воткнул его в центр округлого камня.

Дух тотчас отреагировал, выгнулся дугой, протяжно завыл. А когда его отпустило, обратился к паладину.

– Лорд Хелинг, вы можете задать мне три вопроса, – прозвучал сухой безразличный голос.

– Для кого готовилась оболочка?

– Мы должны были подготовить сосуд для Деомаса – высшего демона. Некоторые из моих братьев называют его Хозяин.

– Почему именно она? – Паладин задавал вопросы быстро, без заминок. Явно заранее придумал, что будет спрашивать.

– Ее душа и тело связаны очень сильными узами. Таких, как она, встречаются единицы. Она смогла бы выдержать сущность Хозяина.

– Кто отдавал тебе приказы? – задал последний вопрос рыцарь.

Ответ оказался более чем неожиданным. Рука духа медленно поднялась, и указательный палец указал на Грехема:

– Он!

Паладин повернулся в сторону Юлфена, кивнул.

Зашелестел вылетевший из ножен меч, однако предатель оказался готовым к этому. Отскочив назад, Грехем уже держал в руках поднятое оружие.

– Глупцы! – На искаженном от злости лице заиграла злорадная усмешка. – Дело сделано! Девчонку вам уже не спасти!

Юлфен хотел было кинуться на врага, но гном его опередил – коротко свистнув, метательный топорик вонзился прямо промеж глаз рыцаря. Бросок оказался настолько сильным, что Грехема отбросило на спину.

– Думаю, сейчас не стоит терять времени на ненужные поединки! – Рунас обратился непосредственно к Юлфену, и тот согласно кивнул.

– Там! – Эльф кивнул в сторону самого дальнего окна, однако сделать никто ничего не успел. Мы увидели только юркнувшую в окно тень.

– Демон ушел! – мрачно изрек некромант.

– Анаэль! Нет! – спохватился я и первым побежал к выходу.

Сейчас мне было совсем не до демонов и прочих порождений Бездны…

Огромный факел, в который превратился наш дом, показался еще за несколько улиц. Вокруг двора собралась немалая толпа зевак, народ шумел, обсуждал и показывал пальцами. Несколько магов воды сосредоточенно тушили пожар. Языки пламени выглядывали из выбитых окон, крыша полыхала тоже, и, если бы не маги, огонь уже давно взялся бы за деревья вокруг здания.

Стоило нашему отряду появиться на улице, как народ тут же расступился. Лорда Хелинга тотчас узнали. Паладин бросился к зданию, на воротах ему преградил путь человек в синей накидке и с посохом в руках.

Рыцарь несколько минут разговаривал с чародеем, и с каждым словом мага лицо его становилось все мрачнее. Вернувшись к нам, он не успел и слова сказать, как из толпы выбрался какой-то оборванец. Лицо его было почерневшее, волосы взъерошенные, одежда изодранная и обгоревшая.

– Мой господин! – бросился он к лорду Хелингу.