Чтение онлайн

– Он сразу, как придёт, моется. От него пахнет. Денег не плати, пока все двадцать сеансов не проделает. Грудь женская, говорит, как коровье вымя…

– Ладно, всё! – рыкнула Екатерина и отключилась. – У тебя самой вымя.

За калиткой стоял, нет, не костолом. Ниже и моложе Екатерины, щуплый. Удивляло, что в глазах его отсутствовал взгляд. Хотя он улыбчиво щурился, но чёрные щёлки не источали эмоций.

– Добрый день, Екатерина Сергеевна! – сказал он проникновенно, будто мечтал о встрече и был влюблён.

– Роман? – отступила Екатерина,

смутившись. – Сначала ополоснёшься?

– Обязательно.

Она повела его в тренажёрный зал на нулевом этаже. Не в джакузи же пускать. Хватит с него душевой кабинки.

– Чуть не опоздал, – говорил он по пути. – Читал. Я, когда читаю, могу забыть про всё. Правда, бывает, что также забываю, о чём читал.

– Зачем тогда время тратить? – густо нахмурилась Екатерина.

– Нравится.

– Так-то я тоже начитанная натура, – вежливо поддержала она разговор. – Книги помогают отвлечься от нашего мира, в котором деньги, деньги, деньги…

Оставив Романа в душе, Екатерина вышла на улицу и снова набрала подругу:

– Слушай, а ты мне не дурачка прислала?

– Да, – прямо ответила Света. – Он контуженный. Его поэтому жена бросила. Кстати, забыла сказать! Вином его не пои. Он становится болтливым, не унять.

После душа Екатерина провела его в свою комнату. Хотя он был помыт, но всё равно резко пах чем-то враждебным. Екатерина втягивала носом и вспоминала этот запах. С тех пор, как она обосновалась в трёхэтажном доме с бильярдом и кинозалом, подобные враждебные запахи её не преследовали.

– Где будем? – спросила она.

– На полу, – ответил он.

Екатерина приготовила свежую простыню, взмахнула ею, чтобы постелить на пол, и снова уловила струйку запаха. Вспомнила! Пахло псом. Псиной.

Раздевшись до трусиков и покрываясь мурашками страха, Екатерина легла на живот. Роман щёлкнул колпачком пузырька, и его влажные, в масле, руки легли ей на спину.

После недолгого нежного разогрева он вдруг принялся рвать на Екатерине кожу.

– Ой! Полегче там! – возмутилась Екатерина.

– Хорошее тело! – без жалости приговаривал Роман. – Вам тридцать? Самый вкус! Но раньше вы были полнее, потому что много кожи. Килограмм десять сбросили?

– Девять, – поражаясь боли, выговорила Екатерина. – Что ещё видишь?

– Делали аборт и не один.

– Кто сказал?

– Вижу. Раньше друзья, когда собирались загулять с какой-нибудь, просили меня издалека посмотреть на неё на пляже, и я никогда не ошибался. Всё равно у вас хорошее тело. Таз аховый. Спинка ровная. Мышцы эластичные. Прелесть!

Он переключился на позвоночник, и Екатерина закричала.

– Терпите! – усмехнулся он. – Здесь запущено, гибкость страдает. Но исправим.

– Хватит! – взмолилась Екатерина. – Я слышу, как хрустит!

– Это сейчас больно, а к двадцатому сеансу станете, извините, кончать.

Хруст и крики длились час. Пот с лица Романа сыпал на её раскалённую спину.

Счастьем Екатерине казались секунды, когда Роман отрывался, чтобы полить на

руки масла.

В заключение сеанса он принялся избивать её ладонями, отчего Екатерина взвыла до слёз и укусила себя за кулак до крови.

– Всё! – победно произнёс он.

Екатерина встала, пошатываясь.

– Ещё! – сказала она и упала в кресло.

– Что?

– Ножки.

Ползая по полу, он массировал ей ступни, а она сквозь дрёму шептала:

– Божественно…

Спустя вечность он спросил её:

– Что теперь?

Она открыла совсем пьяные глаза и тихо-тихо сказала:

– Там.

Он быстро понял, стянул с неё трусики и приник лицом.

Спустя несколько вечностей Екатерина оттолкнула его голову.

– Больше не могу! А то умру.

На третий этаж она поднималась, держась за стены. Там из бара взяла шампанское.

– Вам нельзя! – сурово высказал Роман. – После сеанса нельзя!

– Тогда пей ты. Заслужил! – вручила она ему бутылку и бокал, а сама легла на софу.

– Ты мастер. Сильный. Умелый, – бормотала она несвязно. – У меня ведь никаких удовольствий. Думаешь, я хорошо живу? Да что ты! Фитнесс, тупые подруги и муж гей, у которого платьев больше, чем у меня. Детей, наверное, так и не заведём… – она смолкла и внимательно глянула на Романа.

От жажды он выпил всю бутылку и игрался пустым бокалом.

– Ты давно для Светы работаешь? – спросила Екатерина.

– Полгода, – охотно ответил он. – Добрая женщина, только платит мало. Очень мало.

– Не переживай. Я не как эта старуха, не жадная. А что ты ей массажируешь?

– Она любит, когда голову. И любит жёсткий секс. Слишком жёсткий. Плети, кровь чтобы.

– Иди! – оборвала его Екатерина. – Завтра также к четырём!

Выпроводив Рому, она металась по дому, плюясь и крича:

– Ну и стерва! Шпиона ко мне подослала! Выведать обо мне решила!

Несколько раз она хваталась за телефон, но в итоге разбила его о стену.

– Ладно, Светик! Я у тебя его перекуплю!

Душ её ещё больше разозлил. Ей захотелось большего и сегодня.

Она взяла другую трубку, благо телефоны имелись едва не в каждой комнате. Где-то в книге вызовов должен был быть Павлик. Екатерина знала, что её муж, перед тем, как начать с кем-либо денежное дело, сначала звонит Павлику и спрашивает одно и то же: «Надо пробить человечка», – вслед за чем ему становится известно, чем человечек питается и во сколько встаёт ночью в туалет.

Ага, нашла.

– Павлик?

– Да, я.

– Это супруга Мики.

– Да, Катюша, что случилось?

– Мне человечка пробить.

– Называй.

– Роман Сотнев.

– Местный?

– Да.

– Что хотим? Связи, источники дохода, компрометирующие данные?

– Да мне где живёт и больше ничего.

– А, ну тогда пять минут. Подождёшь?

Павлик обманул. Адрес он назвал через две минуты.

– Что с ним сделать? – весело поинтересовался Павлик. – Свозить на зелёную? Дадим лопату, чтоб сам себе копал.