Каникулы строгого режима
Шрифт:
– Ну, тогда всё нормально, - заключила Сакура, внезапно обняв Учиху за шею и притянув к себе. Как случилось так, что ей стал нравиться этот человек всего-то за сутки? Как случилось так, что она готова уже лежать с ним в кровати и обниматься? Как случилось так, что?.. он поцеловал её… нежно, осторожно, почти что не используя своего горячего умелого языка. А Сакуре так хотелось… но она наслаждалась и этим поцелуем. Этим поцелуем, которые дарили ей такие манящие и красивые губы, от которых так притягательно пахло ментолом… ей сейчас было наплевать на всё. Главное, что сейчас он рядом с ней.
Главное, что впереди у них целый месяц…
========== Глава 7 ==========
– Хината, я сегодня так устал… - пожаловался Узумаки у себя в вожатской, упав на кровать и раскинув руки в стороны, закрыв глаза. Девушка лишь смотрела на него из-под полуопущенных ресниц, краснея. Вот такой вот беззащитный Узумаки, который устал и валялся теперь перед ней на своей кровати, вызывал у неё смесь какой-то подозрительной жалости и чего-то ещё… то ли нравился
– Наруто… - начала девушка, тяжело вздохнув. Тот только кивнул, показав, что он будет её слушать. Хината так и смотрела на его беззаботную красивую улыбку. Он сейчас улыбался так… нежно? Да, наверно так. Она никогда не видела такой улыбки. И ей, несомненно, нравилась такая улыбка, потому Хината тоже улыбнулась. Узумаки вдруг вскочил, притянув девушку к себе, и при этом упал обратно вместе с ней на кровать, крепко прижимая к своему горячему стройному телу. Хината выдохнула. Так, нужно понять, что тут происходит… и пока она пыталась это понять, то тут же густо покраснела, едва ли упёрлась маленькими ладошками в его грудь. Узумаки усмехнулся. – Что ты… ты делаешь?..
Наруто пожал плечами на такие слова:
– Хочу обнимашек.
Хината улыбнулась – это было мило сказано из уст Узумаки, да ещё и таким жалобным голосом, как будто его никогда в жизни никто не обнимал, хотя Хината в этом дико сомневалась… значит, он хочет обнимашек? Хорошо, Узумаки их получит, если так хочет. А потому девушка обняла его в ответ, положив голову на грудь и улыбнувшись. Щёки были слишком красные для того, чтобы смотреть прямо в голубые глаза Наруто. И ей было хорошо с ним… и так комфортно, как с этим блондином с ярко-ярко-голубыми глазами, она себя никогда не чувствовала. Особенно когда его ладони стали гладить её узкую спинку и убирать волосы в сторону, чтобы они не мешались. Так осторожно, так аккуратно, при этом изредка накручивая на указательный палец какую-то прядь длинных иссиня-чёрных волос, словно наслаждаясь их мягкостью и шелковистостью. Хината снова улыбнулась, не удержавшись. И в душе был странный трепет к этому человеку… и такого трепета она раньше никогда не чувствовала. Он вдруг со всей своей нежностью поцеловал её в макушку, ощущая сладкий запах волос. Хината не могла понять, как так быстро, за какие-то пару дней, она могла полюбить этого человека? Это казалось странным… Хината вдруг резко вскинула голову, посмотрев на Наруто своими бледными глазами и тут же прикрыв ресницы, густо покраснев. Он подался к ней… и вот уже тут же резко перевалил её на спину, нависая сверху и улыбаясь. Сейчас Хинате было страшно… было страшно потому, что она в какой-то мере его боялась… а что, разве его не бояться? Он нависает над ней сверху, а она лежит под ним такая беззащитная, что он прямо сейчас может решиться взять её… и это было тоже странным. Хината шумно сглотнула, посмотрев в эти ярко-голубые глаза. И ей хватило одного взгляда в них, чтобы понять, что у него самые чистые намерения и ничем пошлым он заниматься тут с ней не будет. «И слава богу», - подумала про себя девушка, облегчённо выдохнув и на секунду закрыв глаза. Едва ли она это сделала, как вдруг ощутила тепло его губ на своих… он что, собирается её поцеловать?! «Только бы не потерять сознание, только бы не потерять сознание…» - думала про себя девушка, но всё же приоткрыла бледные губы.
Пахнуло апельсином… да, он действительно собирался её целовать… и от него так сладко пахло этим апельсином, что Хината не сдержалась – внезапно обвила тонкими руками его шею, приоткрыв глаза. Кажется, Наруто совсем не против – улыбнулся, но при этом ничего не сказал, осторожно и легко поцеловав её в губы. Наверное, он и сам боялся того, что она сейчас вырубится, потому и сделал это так осторожно и со всей своей нежностью. А Хинате казалось, что он и не умеет по-другому, особенно в отношениях с ней. Она чуть улыбнулась, а затем последовал снова короткий поцелуй в губы девушки. И этот запах апельсина, который от него исходил… он повсюду. Едва ли Хината закрыла глаза, так тут же подумала о том, как этот сочный апельсин, который лежит на столе, разрезают пополам, и из него вытекает такой сладкий-сладкий сок, что невозможно удержаться, чтобы этот апельсин съесть и слизать тот самый сок… вот примерно так же пахло и от Узумаки. Девушка усмехнулась, вдруг осторожно проведя тонким пальцем по его скулам, впервые заметив на них бледные веснушки. И едва ли она их увидела, то тут же, буквально сразу, полюбила эти веснушки…
– Что это за полоски? – поинтересовалась она, чуть склонив голову набок. Узумаки уже видел, что она не собирается терять сознание, а потому осторожно взял её за руку, отстранив от себя, и поднёс к губам, поцеловав буквально самые кончики её тонких пальцев.
– Это татуировка, - объяснил он, усмехнувшись, - сделал в пятнадцать лет на день рождения.
– Понятно, - протянула Хината, улыбаясь, - эти полоски… такие милые.
Узумаки вдруг умилённо улыбнулся, чуть покраснев, а затем снова поцеловал её пальцы, тут же отпустив
руку:– Ты тоже очень милая.
Хината снова покраснела от такого комплимента в её адрес. Неужели Наруто… действительно… считает её милой? Это не укладывалось в голове… и, наверное, никогда там не уложится. Он снова склонился к ней, поцеловав девушку в губы уже не так легко, как раньше, – чуть более пошло, применив язык, который осторожно прошёлся по нёбу девушки, задел кончик её языка и прошёлся по ряду ровных зубов. А затем он закончил поцелуй, оторвавшись от девушки и сразу же положив голову на её хрупкое плечо, всё так же краснея.
– Я устал, Хината… - пожаловался он, тяжело вздохнув.
И ей ничего не оставалось, кроме как обнять его одной рукой, а другой гладить его светлые растрёпанные волосы, осторожно зарываясь в них кончиками пальцев. Судя по всему, Наруто быстро уснул, поскольку Хината тут же услышала сопение. Тихое такое, размеренное… и едва ли она хотела вылезти из-под него, чтобы лечь спать самой и укрыть его одеялом, как он вдруг прижал девушку к себе, при этом не просыпаясь. Улыбнувшись и покраснев, Хината вновь продолжила гладить его волосы, постепенно переходя к широким плечам, спине, задевая кончиками пальцев прямую, выпирающую линию позвоночника. Она склонила голову набок, принявшись рассматривать его умиротворённое лицо, которое сейчас было даже каким-то спокойным и серьёзным. А такое лицо у Узумаки она никогда не видела. И сейчас он казался ей гораздо более красивым чем в тот момент, когда смеялся без перерыва. Усмехнувшись, она откинула с его лба светлую чёлку, проведя кончиками пальцев по скуле, снова заметив эти самые веснушки, осторожно кончиком тонкого указательного пальца провела по нижней губе, а Узумаки лишь крепче прижал её к себе, чуть улыбнувшись уголками красивых губ. И Хината могла бы долго так рассматривать его загорелое лицо… и она вдруг заметила, что у него длинные ресницы, просто они светлые и этого не видно. Кончики их чуть подрагивали, а это значило, что Наруто крепко спал и его теперь ничто не способно разбудить. Она поцеловала его в макушку, тоже откинув голову на подушки и уснув, обняв его. И такие объятья говорили, что она явно не намерена его отпускать…
Во всяком случае, до утра.
Таким образом прошла уже целая неделя (резко как я, да? :D), и теперь все вожатые более-менее общались между друг другом и с детьми. Учиха с Сакурой так и вообще где-то пропадали постоянно со своими, кажется, они вообще целыми днями ходили на речку. Правда, теперь они не брали с собой ни Наруто, ни Хинату. А у этих, впрочем, тоже было всё хорошо. После того как Узумаки стал ложиться спать с Хинатой, девушке стало гораздо спокойнее и уютнее. Правда, она и сама не знала причины этого комфорта… но это было приятно. Приятно было ощущать, что такой парень, как Узумаки, лежит рядом с ней… точнее, на ней. Не подумайте ничего пошлого, Узумаки, как ребёнок, любил прижимать к себе Хинату перед сном, словно мягкую игрушку, так, благодаря таким объятьям, девушка всегда оказывалась под ним утром, и ей становилось немного тяжело. Правда, в последнее время она привыкла к этому. Так, у Шикамару с Темари тоже более-мене наладились отношения. Хотя в последнее время Темари снова выгоняла его из вожатской, но снова пускала. И в этом был её плюс – она всегда пускала Нару обратно в вожатскую, и его это устраивало. Тен-Тен с Неджи так и вообще потеряли всякий страх. То есть, Цунаде, похоже, действительно решила поиграть в «Дом 2: построй свою любовь», и она знала, кого она связывает вместе. Теперь Тен-Тен учила Хьюгу правильно лазать по деревьям, чтобы не соскользнуть с ветки. И у него, кстати сказать, хорошо получалось, если не считать последнего падения. Но зато вышло так, что Тен-Тен обрабатывала ему синяки, а это сблизило их ещё больше.
И вот в очередной раз Учиха с Сакурой раздали вкусняшки детям. Точнее, он снова раздал их один, потому что Сакура снова устала после похода на речку и теперь лежала у себя на кровати в вожатской. Дети только заныли, когда увидели, что Саске снова пришёл один. При этом, видимо, решили задарить его подарками, чтобы он передал всё это Сакуре. И вот теперь Учиха распихал по карманам печеньки, конфетки, небольшую маленькую игрушку вроде брелка, детские духи, ещё всякое остальное барахло, фантики от конфеток, кожуру от мандарина… лишь бы дети на него не обижались. И вот он снова пошёл в свою вожатскую, ворча про себя о том, как это он, интересно, и тележку с собой специально для всего этого барахла не захватил. Едва ли он ступил ногой в вожатскую, то тут же обнаружил, что Сакура сидит на кровати, поправляя свою подушку. Он нахмурился, пройдя в домик и прикрыв за собой дверь, принявшись разгребать по пути всё из своих карманов. Сакура только смотрела с вытаращенными глазами, как по полу поскакал маленький резиновый мячик, какая-то жижа в баночке, которую дети называют лизуном, попрыгунчик, кисть для рисования, печенье, конфеты, фантики, шоколадки и… презерватив в упаковке? Нахмурившись, Сакура встала с кровати, подобрав с пола презерватив.
– Вечно они всё пихают мне в карманы, задрали уже… - проворчал Учиха, тяжело вздохнув и скрестив руки на груди. «XXL?!» - пронеслось в голове у Сакуры, и она вытаращила глаза, посмотрев на Учиху. Интересно, это ему тоже дети дали?!
– Учиха? – осторожно позвала она. Тот обернулся, внезапно нахмурившись и сунув руки в задние карманы, не обнаружив там того, что там точно должно лежать. И это «точно там должно лежать» теперь было в руках у Сакуры. Он усмехнулся, протянув к ней руку и чуть покраснев: