Камень судьбы
Шрифт:
– ПКМ, – определил опытный Бойков. Прапорщик, единственный из экипажа, не потерял присутствия духа. – Пулемет Калашникова, калибр семь-шестьдесят два. В Чечне такие ценились.
Один из мотоциклистов, выбитый пулей из седла, покатился по пыльному асфальту. Оставшийся без хозяина байк занесло, и он, высекая искры, скользнул в сторону. Пулемет бил не переставая откуда-то с верхней трибуны стадиона.
Сбросив скорость, мотоциклисты разъехались в стороны, один из них махнул рукой. Верхняя трибуна украсилась огненными шарами разрывов, донесся раскатистый грохот.
– Из
Парк потряс мощный взрыв. Стадион заволокло пылью, с неба посыпались куски бетона, измочаленные доски, куски арматуры. Побросав мотоциклы, одетые в черное бойцы устремились к руинам трибун.
– Ни хрена себе! – тоненько вскрикнул Карачун. Он был сильно напуган.
– Поползли, – распорядился Щедрин и первым двинулся в сторону от аллеи, задевая локтями корни деревьев. Рядом пыхтел Бойков, позади сипло, со всхлипом, дышал сержант.
Земля вдруг затряслась, заходила ходуном, начала вспучиваться.
– Что за…
Щедрин не успел договорить – здоровенный клен, высившийся в нескольких метрах от капитана, зашевелил ветками, зашатался и сделал попытку упасть. Следом закачались и другие деревья, словно весь парк ожил.
– Ма-а-амо! Дывитесь, хлопцы, якый жах! – от испуга перешел на родной язык Карачун. Он сел, обнял автомат. По совершенно белому лицу сержанта блуждала безумная улыбка.
С деревьев полетели обломки веток, устремились к мотоциклистам в конце аллеи. Вокруг тех возникло бирюзовое свечение, ветки и листья начали гореть прямо в воздухе. Но многие прорвались через заслон, с чавкающим звуком принялись впиваться в тела.
Выжить после этой атаки удалось четверым. Что-то на бегу крича друг другу, они бросились к байкам, но наперерез им уже бежали из глубины парка несколько человек в камуфляже. Застрекотал автомат, несколько раз грохнул пистолет.
И вновь полыхнул огонь, громыхнул взрыв, хотя ничего похожего на гранатомет в поле зрения не было.
«Я, наверное, сошел с ума, – подумал Щедрин. Оглянувшись на дико хохочущего Карачуна, на Бойкова, наблюдавшего невероятную сцену боя с совершенно помертвевшим лицом, капитан поправился: – Мы, наверное, сошли с ума…»
Он вскочил и, уже не думая о том, что может быть замечен одной из враждующих сторон, забыв о служебном долге, со всех ног бросился бежать в густые заросли…
– Уважаемый, – голос оператора дрогнул. – Патрульная группа засекла отряд Брегнов…
– Где? – быстро спросил Дэфтер, поворачиваясь к экранам, занимавшим всю стену командного пункта.
– У Лефортовского парка. – Оператор высветил участок, дал увеличение. – Наши патрульные продолжают наблюдение.
– Брегнов много?
– Две пятерки бойцов и тройка разведчиков. Они прощупывают подходы к источнику на территории стадиона.
– Передай Федре – пусть перебросит туда свою боевую группу. С врагом не церемониться, в случае проявления агрессии – отвечать, но по возможности без магии. Ее пускать в ход только в самом крайнем случае.
– Слушаюсь. – Оператор разложил консоль связи и принялся вызывать штаб
Восточного района.Дэфтер, прикрыв глаза, следил за ним сквозь ресницы, понимая – вот оно, началось!
На командном пункте клана, развернутом за сегодняшний день прямо в усадьбе Стоящего у престола, было душновато. Из соображений безопасности пункт разместили на самом нижнем уровне. Работающая аппаратура связи и компьютеры грели воздух, а единственный кондиционер не справлялся. Дэфтер вытер платком выступивший на лице пот, глотнул воды из высокого стакана. Наступил самый главный, ключевой момент, от которого зависела реализация всего плана Стоящего у престола по захвату власти в клане.
Надо показать, что война вот-вот начнется, но не допустить ее начала. Стоит врагам понять, что Ксенфы не имеют возможности использовать магию, – и случится непоправимое.
Прошло пять минут. За это время оператор принял отчеты от патрулей из других районов, несколько раз связывался с начштаба «Восток» Федрой, но пока никакой новой информации из Лефортово не поступало.
Сидя на голодном пайке, Ксенфы были вынуждены экономить магическую энергию. Только в крайнем случае, в безвыходной ситуации, разрешалось пускать в ход боевые заклинания.
– Уважаемый, разведка Брегнов вошла в контакт с заслоном источника на стадионе! – тревожным голосом сообщил оператор.
Дэфтер пружинисто вскочил, прильнул к экрану.
– Подкрепление уже выступило?
– Они на подходе. – Молодой сатра быстро пробежался пальцами по рядам кнопок, выводя звук на внешние динамики.
– …Первый, я – Третий! – отрывисто произнес женский голос. – Заслон атакован!
– Это начштаба Федра, – шепнул оператор.
Дэфтер кивнул.
– Бой идет вовсю, это не разведка, это уже атака! Первый, у нас один раненый! Прошу разрешения лично принять участие в операции.
– Разрешаю, – несколько поспешно сказал в микрофон Дэфтер, думая, что его провокация сработала и у Брегнов, как и следовало ожидать, не выдержали нервы.
– Благодарю за доверие. На связи будет мой зам, Фемист.
Динамики смолкли. Оператор переключил звук на наушники, озабоченно застучал пальцами по клавишам, меняя каналы. Стоящий у престола представил, как зеленоволосая Федра садится в свою белую «Ламборджини», о которой не менее, чем о хозяйке, втихаря мечтает каждый молодой сатра, и мчится к месту боя.
Вновь потянулись минуты ожидания. Дэфтер вертел в пальцах сигару и все никак не решался закурить.
«Главное – чтобы все ограничилось стычками», – едва ли не молил он.
– Брегны атаковали еще один источник! – выкрикнул оператор. – К Лефортово они подтянули группу быстрого реагирования! Ситуация обостряется! Так, непредвиденный фактор. В районе конфликта замечен милицейский экипаж.
– Менты? А им чего там надо? – удивился Дэфтер.
– Мы, как известно, расшугали из парка отдыхающих, чтобы никто не пострадал, в случае чего. – Оператор поморщился, пальцем оттянул наушники – видимо, звук был слишком громким. – Но энергии на то, чтобы поставить выталкивающий контур, не имеется. Поэтому район в принципе доступен…