Чтение онлайн

Если князья Демидов и Хачатурян одновременно молча сжали кулаки и заскрежетали зубами, то вот остальные начали громко возмущаться таким далеко не джентельменским поведением проклятого колдуна.

– Господа, я могу продолжить? – невозмутимо поинтересовался Пафнутьев, дождался тишины и продолжил: – Спасибо! – и нажал на пульте кнопку. – Это мы с вами наблюдаем, как Алексей Александрович, предварительно приказав дежурному офицеру не поднимать тревогу, «покидает» гауптвахту… Это он бежит к женской казарме… Тут вы можете наблюдать почуявших неладное двух офицеров дворцовой полиции, в обязанности которых входит скрытая охр… страховать великого князя от всяких там неожиданностей… Вот

мы с вами наблюдаем фактическое нападение колдуна на Алексея Александровича… Вот он, контуженный, падает… А вот к нему на помощь приходят офицеры дворцовой полиции и убивают колдуна… Это дворцовые помогают пришедшему в себя Алексею Александровичу усесться, но он приказывает им бежать в казарму и проверять состояние девушек… На этом кадре по училищу наконец объявляют тревогу… Это Алексей Александрович звонит отцу, великому князю Александру Николаевичу, – Пафнутьев указал на цесаревича, – докладывает о произошедшем и просит прислать как можно больше бригад «скорой помощи». Потом Алексей Александрович звонит двум своим братьям, курсантам этого же училища, и просит помощи уже у них, после чего, контуженный, сам идет в женскую казарму, чтобы лично руководить оказанием первой помощи возможным пострадавшим девушкам.

В этот момент плазменная панель демонстрировала медленно поднимающуюся по ступенькам крыльца шатающуюся при каждом шаге фигуру в камуфляже. Дальше видеозапись пошла в ускоренном режиме, показав присутствующим выход курсантов из всех трех корпусов общежитий, появление военной полиции с машинами «скорой» и, собственно, автомобилей с сотрудниками Тайной канцелярии.

– Господа, – продолжил Пафнутьев, – прошу отметить, что именно Алексей Александрович приказал медикам везти всех пострадавших сразу в кремлевскую больницу, что и позволило оказать девушкам своевременную квалифицированную помощь.

– Еще бы! – громко хмыкнул Демидов. – Было бы странно, если он поступил по-другому!

Поддержки от остальных «пострадавших» князь, однако, не получил, на их лицах читалось лишь раздражение от подобного поведения Демидова, которое начинало их напрягать. По виду Пафнутьева нельзя было сказать даже этого:

– Труп колдуна был лично мною доставлен в морг Бутырки, его личность мы сейчас устанавливаем. Вот его фотографии, господа, если кто-то из вас его опознает, будем очень благодарны.

Пафнутьев начал раздавать фотокарточки с изображением лица мужчины с закрытыми глазами, который даже отдаленно не был похож на Тагильцева.

– Ну и рожа! – прокомментировал кто-то.

– Согласен, тут и без Ломброзо все понятно!

– Вот же тварь поганая! Лично бы по второму разу кончил!

Но никто, понятно, «колдуна» так и не опознал, а собравший фотографии Пафнутьев осведомился:

– Господа, может, вы его в Бутырке узнаете? Чем черт не шутит?

Молчание было ему ответом, даже Демидов не решился съязвить на эту тему.

– Что ж, господа, не смею настаивать. Государь, доклад закончил.

– Спасибо, Виталий Борисович! – поблагодарил его император и вновь оглядел присутствующих. – А теперь, господа, хочу от рода Романовых и от себя лично попросить у вас прощения за то, что мой внук стал невольным виновником неприятностей, доставленных вашим родичам! Да, я понимаю, что делать это пока рано, и прямо сейчас прощения не жду, но, уверяю вас, девушками занимались и занимаются лучшие специалисты, убежденные, что с пациентками все будет в порядке.

Уже готового что-то сказать Демидова остановил Хачатурян, придержав одиозного князя рукой:

– Государь, ты прав, для нас всех важно одно, чтоб с девочками ничего не случилось, остальное – ерунда. – Он повернулся, ища поддержки среди остальных, и

получил ее в виде одобрительных кивков. – Обстоятельства произошедшего ясны, тем более такие, виновник мертв, а значит, и справедливость восстановлена. Какие могут быть извинения с твоей стороны? У меня остались только два вопроса: когда мы сможем убедиться, что наши девочки в норме, и как здоровье Алексея Александровича, не бросившего… своих будущих подданных в беде?

– Спасибо за заботу, Гамлет! – Хачатурян получил благодарный взгляд от императора. – Отвечу по порядку. Девочки должны проснуться после обеда, их посмотрят… соответствующие специалисты, после чего вас к ним допустят. Предупреждаю сразу, несколько дней девочкам придется провести здесь до полного восстановления, а уж потом их выпишут. – Пронесся одобрительный гул. – Если хотите, могу переговорить с начальником училища об увольнительных, сдача сессии тоже не будет проблемой.

– Спасибо, государь! – выразил общее мнение Хачатурян. – Там будет видно. Что с Алексеем Александровичем?

– Как говорил ранее Виталий Борисович, внук был контужен. Но, к счастью, легко, и сейчас тоже проходит реабилитацию под надзором тех же самых специалистов. – Император неуловимо изменился. – А теперь, господа, я вынужден вас покинуть, дела не ждут. Вы же сейчас, как вас и предупреждал уважаемый Сергей Владимирович, подпишите Виталию Борисовичу соответствующие бумажки о неразглашении. Очень надеюсь, что за пределы этой комнаты наш разговор не выйдет, а родичам, в том числе и пострадавшим девочкам, можете сказать, что в расположении училища клятая романовская Тайная канцелярия проводила не совсем удачные… учения. Надеюсь, был услышан. Честь имею!

Когда подписи на бумагах были собраны, цесаревич, великий князь Владимир Николаевич и Пафнутьев удалились, оставшиеся немного расслабились и даже позволили себе воспользоваться баром и услугами появившихся официантов.

– Сережа, ты в эту фильму поверил? – Хачатурян прикрыл рот одной рукой, второй же отсалютовал Демидову бокалом с коньяком.

– Нет. – Тот повторил жест собеседника. – У меня специалисты есть, еще не такой блокбастер смонтировать могут. А ты поверил?

– Тоже нет. Уж больно ситуация мутная. А в то, что великий князь действительно бросился наших внучек спасать, веришь?

– В это верю, Гамлет. Была у меня возможность убедиться в его полной… полном безрассудстве. Этот Романов и не на такое способен.

Хачатурян покивал головой:

– Да, мне Тамарка тоже что-то об этих чертах характера своего нового приятеля с восторгом рассказывала. Сережа, я тебя вот о чем хотел попросить… Просто у тебя возможностей на порядок больше…

– Говори уже, не тяни кота за яйца.

– Ты бы людишкам своим из безопасности приказал, да и сам жалом поводил… Сам же понимаешь, где одно покушение на великого князя, там и другое… А Женька с Тамаркой сейчас с ним постоянно рядом… Тем более ты внучку замуж хочешь за Алексея выдать. – Хачатурян поднял руки в защитном жесте под острым взглядом Демидова. – Сережа, я тоже не буду на попе ровно сидеть.

– Принято, Гамлет, – кивнул тот. – Жалом, как ты выразился, повожу. Будем на связи.

– Коля, а если покушение повторится?

Великий князь Александр Александрович не садился и расхаживал по императорскому кабинету.

– Ты же не отвергаешь такую возможность?

– Не отвергаю, – император переглянулся с братом и сыновьями. – И мы делаем все, чтобы этого не произошло.

– Свежо предание, да верится с трудом… – хмыкнул Александр и, в свою очередь, посмотрел на Петра Александровича, ища у того поддержки.