Калифорнийцы
Шрифт:
Фернандес вышел из салуна вслед за ним.
– Кто это такие, Диего? Что-то я их не знаю.
– И я тоже, но только это к беде, амиго, к большой беде. Я чувствую это. Уж этих-то на испуг не возьмешь. Кого угодно, но только не этих.
Звеня шпорами, Фернандес вернулся обратно в салон. Он подошел к самому дальнему столику, за которым расположились Зеке Вустон и Томас.
– Об этом уже болтают на каждом углу, - сказал он.
– Сеньора везде расплачивается золотом. Она устраивает вечер с танцами. Она уже накупила целую кучу всего, заказала еще больше, и за все это заплатила золотом.
Вустон был вне себя. Он зло выругался, и в каждом его слове слышалась непередаваемая
– Золото! А мы были так близко!
– На эту гулянку, - продолжал Фернандес, - у них соберется вся округа. Вы ничего не сможете сделать с этим, сеньор.
– Я им еще покажу! Я им устрою! Клюнусь богом, Гарри, я...!
– он осекся на полуслове.
– А Крутой вернулся?
– Нет, сеньор. И Франциско тоже еще нет. Я думаю, они ищут золото, сеньор.
– Тогда будет лучше, если они поскорее вернутся вместе с ним! Видит бог, я нанимал этих остолопов не для того, чтобы они сбежали от меня как раз в тот самый момент, когда нужны здесь больше всего.
Фернандес развел руками.
– Возможно, они уже никогда не вернутся, сеньор. Может быть они уже мертвы... или сгинули.
– Сгинули?
– Вустон в недоумении уставился на него.
– Ты что имеешь в виду?
– Старца, - спокойно ответил Фернандес.
– Не всем из тех, кто отправляется вслед за ним в горы, бывает суждено возвратиться назад.
– Чепуха!
Фернандес пожал плечами.
– Возможно, сеньор, вы и правы. Странно, но только мне почему-то кажется, что их уже никогда не найдут... даже трупов... никто ничего не найдет.
ГЛАВА 15
Крутой Рассел выехал на свободный от камней участок между скалами и осадил коня, дожидаясь Франциско. Он уже начал подмечать, что несмотря на всю свою браваду и напускную решимость, компаньон его начинал все чаще и чаще отставать, отчего Расселу становилось не по себе.
Он неподвижно замер в седле, продолжая настороженно прислушиваться.
Тишина... Но почему кругом царит такое безмолвие? Что это за горы? Что за странное место?
Сидя в седле, он продолжал озираться по сторонам. Вокруг только горы, одни лишь каменистые склоны, поросшие кустарником или соснами. Были здесь и каньоны, и многочисленные ущелья, и все они, должно быть, вели куда-нибудь... но только куда?
Очень может быть, что и никуда. А просто к тому месту среди гор, где когда-то вода начала прокладывать себе путь сквозь камни. Он провел языком по пересохшим губам, и немного поразмыслив, взялся за флягу и отвинтил крышку. Сделав небольшой глоток, он старательно ополоснул рот, и лишь потом проглотил. Он продолжал пристально оглядывать склоны.
Золото должно быть где-то там, в горах. Потому что они направлялись вверх по склону, и именно оттуда отправились затем в обратный путь. Если бы только он смог найти залежи этого богатства... и тогда к черту Вустона и все его шайку. И уж тогда, прихватив с собой достаточно золотишка, он бы выбрался из этих чертовых гор, но только не стал бы возвращаться в город, а отправился бы прямиком на север. На первое время он мог бы осесть где-нибудь в окрестносятх Монтерея, и там сесть на корабль. А потом, некоторое время спустя, он бы снова вернулся сюда за золотом. И очень хотелось бы надеяться, что к тому времени Зеке Вустон уже сойдет со сцены.
А Франциско?
Он сплюнул на землю. К черту Франциско. Вероятнее всего, мексиканец постарается убить его сразу же, как они только найдут золото, но только он, Рассел, все равно успеет его опередить. А потом он в гордом одиночестве выберется отсюда.
До его слуха донессе глухой перестук конских копыт, и вскоре из-за скалы появился Франциско.
– Где ты был? Я уж думал, что ты того... зублудился.
Франциско
невозмутимо пожал плечами.– Мне показалось, что лошадь потеряла подкову. Но все вроде бы обошлось. Пришлось задержаться самую малость.
Не стоит спорить. Разумеется, Франциско лжет. Он намеренно старался держаться подальше позади, с тем чтобы любая возможная опасность, какая только могла постерегать их в пути, в случае чего обрушилась бы сначала на Рассела. Ну ладно, пусть так оно и будет.
– Следов так болььше и не было?
– поинтересовался Крутой.
– Они скорее всего отправились именно в эту сторону.
Франциско проехал мимо него, направляясь вперед, а затем вернулся ни с чем. После этого он взялся за более тщательный поиск.
По-прежнему ничего.
То первоначальное презрение, с которым он брался за эту затею, теперь начинало сменяться нешуточным раздражением. Ему до сих пор никак не удавалось отыскать следы.
Внезапно где-то наверху сорвался и полетел вниз камешек, со звонким стуком ударяясь о валуны и каменные выступы на склонах. Рассел мгновенно вскинул винтовку. Франциско глубокомысленно разглядывал его. Быстр он, однако... уж слишком проворен.
Но вот все стихло, и снова наступила тишина. Это было не просто безмолвие, а полное отсутствие каких бы то ни было звуков.
Рассел почувствовал, как у него по спине начинают стекать холодные струйки липкого пота. Вытерев шею большим носовым платком, он указал рукой на склон.
– Мне кажется, что они прошли по дальнему склону вот этой горы.
Франциско без особого энтузиазма посмотрел в указанном направлении. Темные сосновые чащи чередовались с крутыми каменистыми склонами. Далеко не самое подходящее место для верховых прогулок, а там дальше, вдоль вершины кряжа, простираются лишь сплошные каменные завалы - все, что осталось от когда-то разрушенных скал.
– Насколько я понимаю, следопыт из нас двоих здесь ты, - напомнил Рассел.
– Так что тебе и вести.
Франциско направил своего коня вперед, прокладывая путь между скалами. Они успели проехать уже добрую четверть мили, когда он внезапно воскликнул: "Есть!" - указывая при этом на землю перед собой.
После непродолжительных поисков, Расселу наконец удалось разглядеть находку - небольшую засечку, оставленную наружным краем лошадиной подковы. Это был след.
Он с большим сомнением поглядел вперед, но все же отправился дальше, следуя позади проводника. Если золото и в самом деле было здесь где-то неподалеку, то он был полон решимости завладеть им. Ему и прежде приходилось путешествовать по пустынным местам Запада, но только почему именно здесь его никак не оставляет в покое тяжелое, гнетущее чувство тревоги? Почему ему никак не удается отделаться от ощущения, будто бы за каждым его шагом пристально следят какие-то невидимые глаза?
Они въехали в лес, оказываясь по сенью огромных сосен и начали неспеша прокладывать себе путь между деревьев. Вокруг царила немая тишина и таинственный полумрак. Обычно нижние ветви сосен находятся достаточно высоко над землей, но здесь росли и молодые деревца с длинными, темно-зелеными, словно покрытыми сервым налетом, иголками. Тропа пошла под уклон, а затем снова начала карабкаться вверх по склону, петляя между скалами и уводя все дальше и дальше в лесную чащу.
Дважды они теряли след из виду, и дважды же вновь натыкались на него, что происходило скорее по чистейшей случайности, чем результатом находчивости и проницательности. Впереди слева от них в сплошной стене горного хребта виднелась огромная ниша, откуда открывался вход в ложбину между скалами. След как будто бы заканчивался здесь, и вот Франциско, в очередной раз оглядевшись вокруг, неожиданно окликнул его.