Как женить слона
Шрифт:
– Но и есть тоже такое ты же не будешь? – поражалась свекровь, для которой сыром мог быть только брусок густого желтого цвета в мелкую дырочку.
– Я – не буду, а вот гостям скормлю. Людмила моя съест.
– Для Людки – такие деньги? – окончательно разочаровалась свекровь. Она бы ходила в магазин сама, но «в ее состоянии» нельзя было носить тяжести, к тому же я заезжала в магазин после работы, на машине. Это было удобно, с этим она не спорила. Алевтина Ильинична должна была выполнять свое секретное задание.
Забавно, что наша Варя ничего не замечала. Ни шушуканья за ее спиной,
Очень скоро начало выясняться, насколько продуктивной оказалась Гришина идея подселить в дом родственника-шпиона. Бабушка приходила к нам с докладом, когда Вари не было дома. Утром – редко, мы все убегали примерно в одно и то же время. По выходным Варя спит чуть не до обеда, но ты никогда не можешь быть уверен точно, что она не слушает тебя. Поэтому мы объявляли экстренные совещания, когда она задерживалась в школе на дополнительных занятиях или торчала у Машки Гуляевой.
– Хорошая девочка, – сделала первый вывод бабушка, пробыв у нас неделю. – Только сильно переживает.
– Интересно, за что именно она переживает и как вы это поняли, если она никуда не смотрит, кроме своего телефона? – возмутилась я.
– Это вы так думаете, а я вижу, как она на вас двоих смотрит, когда вы ругаетесь, – бросила нам свекровь. Мы вздрогнули и посмотрели друг на друга. Как мы можем ругаться, если почти не разговариваем?
– Мы никогда не ссоримся.
– Да? Ты так считаешь, сынок? Ну так со стороны это выглядит по-другому. А ты, Ирочка, стала какая-то взрывная. Постоянно цепляешься.
– Я вообще не понимаю, при чем тут это, – я всплеснула руками. Еще через неделю бабушка подтвердила, что девочка влюблена. И что Варя бегала на свидание. Это было бы невозможно узнать, если бы не бабушка, так как нас с Гришей в дневное время нет.
– Она прибежала из школы как ошпаренная, – поделилась с нами Алевтина Ильинична на внеочередном собрании шпионской группы. – Портфель бросила посреди коридора, я об него даже споткнулась.
– Она всегда так делает, – пожала плечами я.
– Нет, не всегда. С тех пор как я приехала, она его всегда в комнату относит, разбирает и готовит учебники на следующий день, – сообщила свекровь с гордостью и возмутительно назидательным тоном. Подумаешь, достижение. Все равно в итоге Варька рюкзак бросила.
– И что потом? – потормошил мать Григорий. – Ты сказала, что у тебя есть неопровержимые доказательства!
– Да! – пришла в себя бабушка и продолжила докладывать «по-боевому»: – Она поговорила с ним по телефону!
– И что это доказывает? – хмыкнула я.
– Она сказала, что не перестает о нем думать! – Алевтина Ильинична выложила на стол козырь. – Так и сказала. И что у него самые красивые глаза.
– Да что ты говоришь! – подскочил Григорий. – Выколю я их ему, вот ведь свинья рыжая, а?
– Прекрати! – рявкнула я. – И так дочь нам вообще ничего не рассказывает. Ты еще с ним подерись!
– Мне что, на ужин его пригласить, как ты советовала, моя дорогая? – в сердцах крикнул он. – Давай примем этого черта в нашем доме, пусть делают, что хотят!
– А почему бы и нет? – неожиданно вступилась за мою идею
свекровь.– Что? – опешил Григорий. Кухня в этот момент и вправду напоминала штаб, где велось обсуждение военного положения. Вести ли нападение или уходить в глухую оборону? Брать ли пленных? Стрелять ли в спину или применять тяжелые виды вооружения? Гражданским просьба держаться подальше, иначе мы ни за что не отвечаем.
– Ну что они при мне смогут сделать-то? – спросила свекровь. – А я им еще стучать буду и чай приносить каждые пять минут. Зато я хотя бы смогу понаблюдать.
– Не нравится мне все это, – буркнул Гриша и смял в сердцах газету со вчерашней программкой.
– Она красилась целый час. Глаза замазала чем-то черным, что прямо как ведьма стала. Я видела, хотя она и пыталась выйти, не поворачиваясь. И губы намазала.
– Она давно уже красится, – отметила я чисто так, для справедливости.
– Да, но не так. Она перемерила весь свой шкаф. А потом все это на место развешивала.
– Ну, хорошо, у нее было свидание, – смирился Гриша. – Кошмар. Дожили.
– Да уж, – кивнула я, согласившись с тем, что дожили. Хотя почему кошмар. Первая любовь, поцелуи, волнение. Смех и разговоры по душам, часами без остановки. И много-много счастья, не то что у нас теперь. Я вздохнула и посмотрела на сухого, даже сурового Гришу.
– Что ж, пригласи его, – согласился муж. – Если уж на то пошло, врага нужно знать в лицо. Но если он чего…
– Конечно, если что, ты его пристрелишь, а как же! – засмеялась я. – Но для начала нужно на него взглянуть.
– Хорошо, – кивнул он хмуро. – Но ты, мам, продолжай наблюдение.
– Конечно! – радостно кивнула свекровь.
Но так получилось, что последующий ценный кусок информации о личной жизни моей дочери получила не свекровь, а я. Причем совершенно неожиданно. После этого все пошло иначе. Этот кусочек информации перечеркнул саму идею знакомства, ужина и неловкого взаимного пожимания рук с рыжим чертом из класса.
Все изменилось.
Обычно я сплю хорошо. Даже слишком. Иногда, в определенные моменты нашей личной жизни Гриша предпочел бы, чтобы я была немного более бодрствующей. В эту ночь муж спал крепко, как и Алевтина Ильинична. Я знаю это, потому что в ту ночь я проснулась и сильно захотела пить. Оладушки сказались или фирменная селедочка в масле, которую мне подсунули на ужин. В общем, я встала, чтобы попить. И пошла на кухню.
В кухне было бы тихо, если бы не размеренные и ритмичные звуки бабушкиного храпа. Вдох-выдох, вдох-выдох. Хрррп!
Я осторожно, чтобы не разбудить свекровь, достала из шкафчика стаканчик и ушла в ванную комнату, чтобы там налить себе воды из-под крана. Опять же, исключительно из заботы о крепком здоровом сне ближнего своего. Все-таки пожилая женщина. Я набрала воды и уже почти начала ее пить, когда вдруг услышала это…
Я не могла разобрать сначала, что это было. Подумала, что свекровь стала храпеть как-то по-новому. Вот так – «хи-пи-пи-хи-пи-а-а-а». И только после нескольких минут методичного анализа аудиопотока я вдруг подпрыгнула чуть не до потолка, разлила воду и матюгнулась. «Хи-пи-пи-пи» на секунду остановились, но затем продолжились снова.