Чтение онлайн

Дальше я уже не слушала, полностью погрузившись в содержимое параграфа. Спасибо работе, которая научила воспринимать информацию при любом уровне шума. Зато Уиллу было худо: его так и корежило от небывалых мысленных усилий. Ничего, ему даже полезно: приобщится к современным тенденциям мелодрам, сформирует новые извилины в мозгу, будет не так сложно понимать, о чем люди разговаривают.

Но долго злорадствовать было недосуг, поэтому я углубилась в правила создания высшей нечисти. Была одна задумка для итогового экзамена, но для нее пока не хватало знаний.

Минут через десять, когда мисс Пэриш уже

увлеченно читала сцену, как Мустафа признается в любви к Розе, а Алиша их подслушивает, мне под руку упала свернутая бумажка. На криво оторванном клочке было написано: “Кто такой, Филч его дери, Мустафа?”. А через две минуты еще одна: “Ну же, Тейт, ты точно в теме!”.

Вот это было оскорблением похлеще, чем открытка в руках мертвого ректора, поэтому я мстительно улыбнулась и начертила на листе большую схему, рассказывающую, кто кому родня, кого любит, ненавидит и от кого беременный. И, могу сказать, пересечения вышли весьма забавные. Часть из них я вообще придумала на ходу, но получилось даже интереснее, чем у автора “Любовных страстей”.

Уилльям оценил. Развернул бумажку и беззвучно шевелил губами, перечитывая схему, затем обхватил голову руками, вырвал из середины тетради двойной лист и начал что-то писать.

Спустя еще полчаса мне на парту прилетело новое послание. На этот раз оно развернулось в открытку-сердечко, украшенную орнаментом из маленьких весел и подписью: “Я не знал, как тебя отблагодарить, поэтому держи мое сердце”. А в середине: “Только не ешь его! Не то чтобы я верю в эти глупые слухи, но я еще так молод…”.

Очередная сплетня про Харпер Тейт: якобы я ем сердца всех парней, с которыми встречаюсь. Поэтому их, в смысле парней, никто и не видел. А Макграту все равно не страшно: его-то сердце давно высохло и истлело.

В ответ я любовно изрисовала целый лист гильотинами, висельницами, железными сапогами и прочими прелестными вещами, свернула будущую открытку пополам и подписала со стрелочкой: “Знаешь, как я тебя люблю? Вот как!”.

Получив послание, Уилл прижал руку к сердцу и покачал головой, намекая, как ему больно видеть столько жестокости. После тоже достал учебник и углубился в чтение, попытался точнее. Моего избирательного слуха у него не было, а мисс Пэриш как раз дошла до особо эмоционального эпизода и теперь подвывала в попытках передать, как же она переживает за Розу.

“Тейт, что читаешь?” - прилетело мне.

“Ритуал призыва костяного дракона. Но толковых схем там нет, приходится все собирать по кускам, так что не отвлекай!”

“Просто возьми ту, что идет для трехглавого пса и подкорректируй. Вот набросок” - внезапно ответил он.

Я хотела послать какую-нибудь колкость, в духе того, что мог бы сам использовать на экзамене, а не делиться, потом осеклась. Уилл - слабак среди магов, его резерва не хватит и на простенькую нежить. Зато теоретик он, оказывается, неплохой. А я-то думала, что он все списывает у Клариссы.

“Или даже так, будет еще проще, можно даже создать амулет и заранее напитать его энергией, чтобы не тратить резерв на экзамене” - подкинул он следующую схему.

Но если Уилл такой умник, то не мог ли он взломать и защиту саркофага ректора Макграта, чтобы впихнуть ему в руку открытку? А что, шуточка вышла вполне в духе Уильяма Гаррисона.

Но

пока он не подавал никаких признаков своей причастности. Вытащил из рюкзака очки, - а их появление было внезапнее появления Мустафы, - напялил на нос и начертил ещё две схемы, которые тоже отправил в полет ко мне.

"И вообще, костяные драконы - отстойный выбор для чернокнижника. Используй ос тлена. Они мелкие, верткие, расходуют не так много магии, зато неплохо удержат экзаменационного монстра, пока ты не выпьешь его энергию или не заточишь в круг."

Ишь, какой умный! Мне бы такая схема ни за что не далась.

"А сам-то что использовать будешь?" - написала я.

"Голема."

"Давай тогда заранее напитаю энергией амулет для его оживления? В благодарность за твои схемы. Только никому!"

"Обижаешь! А ты не такой агрессивный чудень, как кажется со стороны. Внутри знаменитой Харпер Тейт живет адекватная девчонка. Да, ты же девушка, Тейт! И даже ничего такая: пропорциональная и симметричная.”

Угу, почти как футбольный мяч. Он бы еще упомянул, что у меня два сходных по размеру глаза, которые расположены на одной линии и веки над ними подвижны - и вышел бы комплимент года! Все же один раз футболист - навеки футболист, а ведь я на минуту посчитала его умным парнем. Может, весь его интеллект пошел на составление магических схем? Бывают же и такие нарушения развития.

Мисс Пэриш тем временем вдохновенно зачитала сцену, в которой Роза подходит к Али, чтобы показать родимое пятно в форме дракона, но тот отталкивает ее, потому что слишком устал от долгих поисков и разочарований. После же вахтер вытерла глаза вышитым платком, помахала на себя веером и отложила книгу. В своих мечтах мисс Пэриш, наверное, уже надавала оплеух недогадливому Али, поцеловалась с красавчиком-Саидом, по-дружески обняла Мустафу, но в реальной жизни также близкая к идеальной форме, то есть футбольному мячу, как пропорциями, так и расцветкой платья в крупный горох, женщина осталась сидеть за учительским столом с волшебной палочкой в руке.

А это вселяло определенные надежды. Ведь был таинственный некто, подаривший мисс Пэриш коробку с книгами, он мог ждать ее на свидание, вздыхать под окнами, обрывать лепестки у роз ради создания романтической атмосферы...

Все это настолько живо представилось в моей голове, что заклинание сотворилось само собой. Совсем простенькое и легонькое внушение, которое даже охранные чары академии не заметят. Я беззвучно прошептала слова на языке перводетей, сотворила нужные знаки и указала на мисс Пэриш, запуская заклинание. В конце концов, что плохого в том, чтобы почувствовать нечто романтическое в Любоведень?

Уилл заметил мои действия и покачал головой, но не сдал.

– Итак, солнышки, - мисс Пэриш наклонилась над столом, вывалив на него необъятную грудь, - прошло меньше положенных для вашего наказания трех часов, но, думаю, в Любоведень вы заслуживаете небольшую поблажку. Поэтому давайте вы тихонечко уйдете отсюда и постараетесь не попасться на глаза декану Лоусон.

– Мы будем тише тех мраморных дам с вазонами на голове, что украшают коридор, - заверил ее Уилл, после чего прокашлялся, чтобы убрать хрипотцу из голоса.