Чтение онлайн

Дедушка оторвался от лунки и с ног до головы оглядел меня.

— Пока я буду собираться, — сказал он, — ты беги к берегу, а потом назад. Ну, бегом марш!

Я кивнул и побежал. Замёрзшие ноги с трудом слушались меня. Ботинки по льду скользили. Я шлёпнулся, но быстро встал и побежал дальше.

А тем временем дома у бабушки происходило вот что. Через неделю после описанных событий бабушка мне во всех подробностях поведала о том злополучном дне.

К положенному часу, когда внук (то есть я) должен был приехать из школы, бабушка приготовила обед. Но внука не

было. Бабушка удивилась, но не встревожилась. Со внуком ничего случиться не может. Бабушка накинула ещё пятнадцать минут на то, что троллейбус неожиданно поломался и внук пересел на другой. Когда пролетела и эта четверть часа, бабушка снова не встревожилась, а решила, что выключили ток, и все троллейбусы встали, и внук пошёл пешком.

Бабушка поставила на плиту разогревать обед. Но внук не появился и тогда, когда, по расчётам бабушки, истекло добавочное время.

Бабушка уже не удивлялась, а растерялась. Она не знала, что и подумать.

Бабушка подошла к окну и выглянула на улицу. По улице преспокойно плыли троллейбусы, останавливались, выпускали и впускали людей и вновь мчались дальше.

Вот тут уже бабушка встревожилась по-настоящему. Значит, её внук опаздывает на обед не потому, что троллейбусы не ходят…

Как бывает в такие минуты, резко зазвонил телефон. Бабушка торопливо подняла трубку. Сейчас она узнает всё.

— Здравствуйте, — послышалось в трубке. — С вами говорит Клавдия Васильевна. Как себя чувствует Сева?

— А что с ним случилось? — вот тут уже бабушка испугалась.

— Я не знаю, — настала очередь учительницы удивляться. — Но Севы сегодня не было в школе, и я решила, что он болен…

То, о чём сообщила учительница, было настолько невероятным, что бабушка переспросила:

— Кого не было в школе?

— Вашего Севы, — сказала Клавдия Васильевна. — А вы этого не знали?

— Не знала, — пробормотала бабушка. — Я сейчас позвоню ему домой и всё выясню…

— Передайте Севе, чтобы он поскорее поправлялся, — сказала Клавдия Васильевна.

Бабушка поблагодарила учительницу и тут же набрала номер телефона нашей квартиры. Телефон, само собой, молчал. Тогда бабушка позвонила маме на работу и узнала, что я утром как обычно (то есть когда родители только просыпались) отправился в школу.

— Но его там не было! — воскликнула бабушка. — Мне только что звонила Клавдия Васильевна.

Мама на секунду замолкла, а потом с досадой сказала:

— Всё-таки успел…

— Что успел? — не поняла бабушка. — Кто успел?

— Гриша, — ответила мама. — Я уверена была, что он плохо влияет на Севу, но не могла предположить, что дело зашло так далеко и они уже начали пропускать уроки.

Мама сказала, что сейчас поедет домой, разыщет меня у Гриши, а бабушке велела спокойно сидеть и ждать от неё звонка.

Но бабушка спокойно сидеть не умела. Она обзвонила всех моих учителей и, конечно, ничего не узнала.

Тогда бабушка заметалась по квартире. Как ей не хватало дедушки — было бы на ком разрядить накопившееся напряжение. Но дедушка, словно угадал, взял да уехал на рыбалку. Бабушке ни на мгновение не приходило в голову, что я мог

отправиться вместе с дедушкой.

Наконец позвонила мама. Она нашла Гришу и допросила его с пристрастием.

— Он клянётся, что уже целую вечность не видел "вашего вундеркинда", — сказала мама. — Я думаю, что он говорит правду, — он действительно не знает, где Сева.

— Так где же он? — закричала бабушка.

— Будем обзванивать больницы, — мама не теряла присутствия духа.

И мама с бабушкой по очереди стали звонить в больницы, пытаясь узнать, не попал ли к ним очень симпатичный мальчик по имени Сева, а по фамилии Соколов. Но во всех больницах отвечали, что сегодня попадали к ним, к сожалению, очень симпатичные мальчики, но среди них не было, к счастью, Севы Соколова.

Оставалось последнее — милиция. Бабушка позвонила туда и рассказала всё.

Но бравые милиционеры не успели сесть в патрульные машины, чтобы мчаться на поиски Севы Соколова, потому что он (то есть я) вместе с дедушкой вошёл в дом.

Бабушка обняла, расцеловала меня, а потом зашумела:

— Меня не удивляет, что он (красноречивый жест в сторону дедушки) может совершить глупость, но чтобы ты, такой взрослый, такой самостоятельный, мог не пойти в школу, а поехать на рыбалку, такое у меня в голове не укладывается…

— У мальчика ноги замёрзли, — перебил дедушка. — Надо их растереть, а не болтать…

Бабушка величественно повернулась к дедушке:

— Если он заболеет, я не знаю, что с тобой сделаю.

Тут как раз появилась моя мама, которой успела позвонить бабушка, и они вдвоём раздели и разули меня, уложили в кровать, стали растирать ноги, давать горячее питьё…

Я испугался за дедушку, которому бабушка так сильно пригрозила, и решил — во что бы то ни стало не заболеть. Я старался изо всех сил. Я глотал все таблетки, какие мне давали. Я пил самое невкусное питьё, какое мне предлагали. Я, стиснув зубы, терпел, пока бабушка по очереди с мамой натирали мне свиным жиром пятки, чуть не сдирая с них кожу…

Но ничего не вышло. К вечеру у меня подскочила температура, и я заболел.

Через три дня, когда температура спала и я немного ожил, ко мне подошёл дедушка. Мне страшно хотелось узнать, а что же с ним сделала бабушка.

— Попало тебе за меня? — сочувственно спросил я.

— Переживём, — подмигнул он мне. — Другой раз валенки обуешь, и будет всё в порядке…

Я рассмеялся. Ах, лучше моего дедушки нет никого на свете.

— Тяжёлый случай, — протянул Гриша, когда я ему поведал обо всём, что вы знаете из предыдущих глав, если вы их, конечно, прочитали.

Так говорят врачи, когда становится ясно, что они уже помочь больному не в силах, и остаётся теперь надежда на самого больного.

Гриша узнал от моей мамы, что я простудился, и пришёл меня навестить. Я страшно ему обрадовался.

Гриша вытащил из сумки баночку, завёрнутую в газету.

— Малиновое варенье — лучшее средство от простуды, — авторитетно заявил он.