К черту мамонтов!
Шрифт:
Это продолжалось довольно долго.
Наташа потянулась к его губам, но Герман увернулся. Эти любовные игры выбили Наташу из привычной колеи. Ей стало холодно. Лежать обнаженной в гостиной на кожаном диване казалось нелепо. Она встала и потянула Германа в спальню, которую накануне он ей показывал.
Около кровати Герман резким движение скинул покрывало. Повалил Наталью на кровать и придавил сверху всем телом. Он так и остался в одежде. Пряжка ремня чувствительно врезалась в обнаженную кожу Наташиного живота, она ощущала все пуговицы на его рубашке.
Герман начал ласкать ее
Грубость ее остудила: «Опять всё пошло не так. С виду деликатный, а в постели грубиян. Не собираюсь терпеть такое!»
И она зло крикнула:
— Мене так не нравится. Лучше разденься.
— Ты же любишь погрубее, — с недоумением ответил Герман.
— С чего ты взял?
— Так написано в твоей медкарте. В открытом доступе твоего профиля.
— Фигня! Я же удалила эту запись! Точно помню.
Наташа на миг задумалась, а потом вспомнив, раздраженно произнесла:
— Чёрт! Это молодой врач, с которым я разок встретилась пару лет назад. Точно! Неудачно так встретилась. Он прикололся. Мерзавец! Не иначе.
— Ты не сторонница жесткого секса?
— Нет! Чёрт! Нет!
— И не кусаешься?
Наташа не ответила, а только фыркнула и, отвернувшись, нашарила простыню, кутаясь в нее с головой.
Герман осторожно погладил ее по бедру. Наташа раздраженно дернула ногой.
За ее спиной послышалась возня. Обернувшись, Наташа высунула голову и увидела, что Герман начал расстегивать рубашку.
— Я тоже не сторонник БДСМ. Не бойся. Я ласковый, — тихо сказал он и наклонившись обнял Наташу.
— Разве? — она дернула плечами, пытаясь сбросить его руки.
Он зашептал ей в ухо, игнорируя простыню:
— Ну-ну, не веришь? Доказать?
Не дожидаясь ответа, Герман поцеловал ее в губы через ткань и продолжал бы дальше, но Наташа не выдержала и стащила простыню с лица. Герман провел пальцем по ее щеке, и поцеловал в уголок губ.
Она ответила.
Герман пытался расстегивать пуговицы, не отрываясь от поцелуя.
Наташа помогала, наощупь расстегивая пуговицу за пуговицей, пока они не кончились. Он сдвинул ее руки к ремню брюк и погладил Наташу по голове. Герман ласково перебирал ее волосы, пока она возись со штанами. Скоро мужчина был раздет.
Он шумно дышал, и от его горячего дыхания у Наташи кружилась голова.
В следующие мгновения Герман показал, что кое-что умеет в постели. Он был горяч и умел. Прошло немало времени, прежде чем он выпустил пар и повалился на спину, тяжело дыша. Наталья не без удовольствия провела время, но сбросить напряжение у нее не получилось.
Она намекнула на продолжение. Он не понял. Герман размеренно сопел.
Спал?!
Наташа начала злиться.
Она отвернулась, прислушиваясь к плеску волн за бортом, рассматривая в большом иллюминаторе далекие зарницы и мигающие звезды в черном небе.
Она давно не ожидала от первого раза чудес. Впрочем, и от последующих. Просто ей не нравились мужчины-эгоисты, забивающие на женские потребности.
Невнимательные неумелые макаки!
Но, как назло, именно такие и попадались ей.
«Что
я тут делаю? — со злостью подумала она. — Опять напрасные усилия и глупые мечты?»— Зря я с тобой пошла! — не удержалась от упрека Наташа и выпрыгнула с кровати.
Она добежала до кают-компании, пыталась открыть дверь, чтобы выбраться на палубу, но дверь не открывалась. Она заметила удивленного Германа в дверях спальни и заметалась по яхте. Герман, сделав обманный маневр, поймал ее, зажав между шкафами.
Он крепко сжал ее голову руками и поцеловал, грубо и настойчиво вращая языком. Наташе захотелось укусить в ответ. Кусаться сначала не получалось, а через мгновенье и не захотелось. Он целовал ее не страстно, как она мечтала, а настойчиво, как будто извиняясь. Возможно, чтобы не слышать от нее обидные слова.
Наташе понравилось. Она обмякла в его руках.
Герман оторвался от поцелуя и примирительно сказал:
— Догадываюсь, в чём дело. Хочешь продолжения? Я сделаю всё, что ты скажешь. Как ты хочешь?
— Сейчас я хочу спать, — зло воскликнула Наташа, — как хочу спасть? В одиночестве!
Она люто ненавидела вопрос «Как ты хочешь?», не знала, что на него отвечать.
Наташа вырвалась из объятий, схватила с дивана свою одежду и быстро забежала в спальню. Но дверь закрыть не успела. Герман вломился и одним движением повалил ее на кровать.
Он покрывал страстными поцелуями ее лицо. Брыкания Наташи грубо сдерживал, прижимая к кровати всем телом.
Он вел себя как-то иначе, чем до этого. Казалось, в Германе проснулся другой человек, который точно знает, что делает и зачем. Теперь все его ласки доставляли Наташе удовольствие. Она перестала сопротивляться, перестала злиться. Жалость к себе растаяла. Наташу охватило сильное возбуждение, и она ответила на поцелуй.
Неожиданно Герман отстранил ее, свесившись вниз, и вынул из-под кровати коробку. Нашел в ней запаянный черный пакет. Вскрыв его, вложил в руки Наташи два навороченных ободка наушников с гарнитурой, похожих на облегченные шлемы виртуальной реальности. Он включил их, и Наташа, увидев на экранчике значок даркнета, недовольно хмыкнула.
— Суперчувственность. Синхронизация от 0 до 10,— прочитала она вслух и поёжилась.
— Опробуем это, — спокойно предложило н.
— Зачем? — она удивилась и выронила тяжелые вещицы из рук.
— Временами чудеса техники могут доставлять удовольствие. Это не опасно, — он многообещающе улыбнулся.
Взял из коробки пульт-кольцо и, надевая на палец, спросил:
— Боишься?
— Терпеть не могу такие приспособы! Это неестественно, — негодующе воскликнула она и привстала, готовясь уйти.
На ободке замигал зеленый индикатор. Герман одел гарнитуру на голову и с нежностью сказал:
— Мы только попробуем. Дай технике шанс. Я в любой момент остановлюсь. Ты только скажи.
Взгляд Германа затуманился, и он посмотрел на Наташу широко открытыми глазами. Лицо его расслабилось и казалось счастливым. Такого она не ожидала. Наташа, не отрывая от него взгляда, позволила Герману поправить ее волосы и одеть на нее вторую гарнитуру.
— Загрузить программу «Экстра А», — произнес Герман в воздух.