Чтение онлайн

Грубую кожу, тонкий палец, покалывание, необходимость прильнуть.

— Побежишь, я буду преследовать. Спрячешься, я одержу победу. — он целомудренно целует меня в уголок рта. — Время сделать свой ход, милая.

Эльза

Прошлое

Я

Температура замерзания шокирует мою теплую кожу.

Я хмурюсь, глядя на него снизу вверх.

— Почему ты не сказал, что тебе холодно?

— Все нормально.

— Это не нормально. Папа говорит, что детям нельзя мерзнуть, иначе они заболеют. Я не хочу, чтобы ты заболел.

Его губы растягиваются в легкой улыбке. Так редко можно увидеть, как он улыбается. Я даже отдал ему свои Maltesers, а он все равно не улыбался бы так широко, как я.

Он пристально наблюдает за мной, как это делает дядя Агнус, когда у меня что-то на лице.

Я вытираю уголок рта, но там ничего нет.

— Почему ты так на меня смотришь?

— Если ты сдержишь свое обещание, я не заболею.

Я ухмыляюсь и кладу голову ему на плечо. Оно теплое, хотя все остальное нет.

— Я сдержу! Честное слово.

Настоящее

Узел туго сжимается вокруг моего сердца, как петля, наполненная проводами и минами.

Сев в постели, я вытираю случайно скатившуюся по щеке слезу. Я даже не знаю, почему плачу.

Мне не снился кошмар, но из-за скованности в груди это почти кажется кошмаром.

Что-то дикое бьется под кожей, что-то страшное, но также... волнующее.

Я подтягиваю колени к груди и смотрю на свои руки в тусклом свете ночника. Понятия не имею, зачем это делаю. Не похоже, что я могу воплотить ощущение его руки в своей.

Или тепло его плеча, когда я положила на него голову.

Или какое легкое было наше взаимодействие.

Мы как две части одной головоломки, он и я.

Он был красивым даже тогда — с его мальчишескими чертами лица и взъерошенными волосами.

Он вырос и стал смертоносным.

Слова, которыми мы обменялись, крутятся у меня в голове. Мы дали обещание. Почему я этого не помню?

Ты единственная, кто никогда не выполняет своих обещаний.

Конечно, обещание, данное семилетним и восьмилетним ребенком, не может быть настолько важным.

Сейчас три часа ночи, и я, вероятно, не смогу заснуть в ближайшее время. Я подключаю наушники и нажимаю кнопку воспроизведения на своем Айподе. Paradise — Coldplay наполняет мои уши, когда я достаю телефон и просматриваю Инстаграм.

С тех пор как Эйден и Сильвер поговорили со мной в пятницу, я вернулась к преследованию его странички.

Что?

Я больше не могу контролировать свои желания. Я смогла сделать это только благодаря своей решимости и потому, что думала, что я девушка на стороне.

Теперь, когда все эти причины

Он наркотик, Эйден. Я просто неудачница при выводе средств.

Это не здоровая вещь, но мне все равно.

Я скучаю по нему. Насколько я знаю, от этого нет лекарства, поэтому я просто листаю его Инстаграм.

Он выложил последнюю фотографию около получаса назад. Это черно-белый снимок поверхности его бассейна. Без подписи.

Так как уже поздно, у него, должно быть, проблемы со сном.

Интересно, он тоже думает о тех днях в подвале? Может, он тоже проснулся из-за воспоминаний из прошлого.

Глубокое желание приходит ко мне из ниоткуда. На вкус оно кислое, но в то же время восхитительное.

Чем дольше я смотрю на его лицо на снимке, на его темные волосы и мутные глаза, на его заразительную улыбку и дьявола внутри, тем сильнее у меня возникает искушение протянуть к нему руку.

Я могу поставить лайк и дать знать, что я в сети. Что я не сплю и думаю о нем и нашем поганом прошлом.

Песня переключается на Things We Lost in The Fire — Bastille.

Я выхожу из его Инстаграма, прежде чем сделаю что-то, о чем пожалею завтра утром. Мне не следует принимать решения так поздно.

Я лежу в постели и смотрю на неоново-синие цифры на тумбочке, но не могу полностью убрать телефон.

Агнус подарил каждому из нас один и тот же будильник с синими цифрами вместо красных. Он сказал, что это лучше для расслабления.

Он всегда занят тем, что делает нашу жизнь лучше до мельчайших деталей. Нокс упомянул, что он заботился о них, компании и моем отце в течение последних десяти лет.

Преданность, которую он питает к отцу, по меньшей мере достойна восхищения.

Нокс говорит, что единственная вина Агнуса в том, что он слишком тихий.

Я не согласна. Это такое редкое качество. Агнус не говорит, пока с ним не заговорят, и его ответы всегда короткие и прямолинейные.

Мой телефон вибрирует. Я подпрыгиваю.

Мои губы приоткрываются, а пальцы ног поджимаются при виде имени на экране.

Эйден: Спишь?

Черт.

Он владеет телепатическими способностями или что-то в этом роде? Я спешу обратно в Инстаграм и проверяю, не поставила ли я лайк по ошибке.

Ничего. Слава Богу.

Эйден: Нет, ты не спишь.

Я отмечаю сообщения как прочитанные, но не отвечаю.

Эйден: Хм. Мне нравится, когда ты упрямишься, милая. Это заставляет меня стать твёрдым, думая о том, как выбить из тебя это неповиновение.

Память моих мышц включается в работу.

Я возвращаюсь в то время, когда Эйден обхватил рукой мое горло и вонзился в меня, как сумасшедший, нуждающийся в своем здравомыслии. Словно он не мог проникнуть достаточно глубоко или трахнуть достаточно сильно.