Измерение инкогнито
Шрифт:
— Что? — недоуменно спросил старик.
— Ты что, не чувствуешь, чары морфея? — приподнял густые брови эмир.
Альхор Борджи остановился рядом с ним и прислушался к своим чувствам.
— Со стыдом должен признать вашу правоту, о величайший — воскликнул он — теперь и я различаю общий контур, но какая сила, какой необычный рисунок! Когда я учился в школе магов, мы и за волшбу то это почти что не почитали — дальше он бормотал скороговоркой и пожимал плечами, будто убеждая самого себя — Контролировать ее могут только самые сильные и обладающие мощнейшим самоконтролем даже во время сна маги. Но она не страшна… Изучая древние летописи магии, нам рассказывали, что за всю историю было
Однако это все, что я могу припомнить… Но чтобы такая сила… Поэтому, о великий, я не сразу ее распознал!
Эмир с превосходством посмотрел на старика.
— Вот потому-то Хурдантом правлю я, а не ты.
Старый маг согнулся в поклоне, признавая превосходство эмира в этом вопросе.
К черту секретность, подумал эмир, ситуация выходит из под контроля, в любом случае все-таки придется задействовать магию. Он прикрыл на секунду глаза, сложив ладони вместе, затем приложив их к губам стал выдувать между ними что-то похожее на мыльный пузырь. Когда этот пузырь стал довольно большим — метра три в диаметре — эмир широко развел руки в стороны и вошел в образовавшуюся сферу.
— О великий, где же вы взяли столько энергии, здесь ведь нет ни каких линий? Воздух, вода — все закрыто.
Альхор Борджи с изумлением рассматривал странный рисунок защитного поля. Определенно, в нем присутствовали блоки и схемы весьма редко используемых заклинаний подгорного племени гномов.
— Все, да не все. Вам бы не мешало, уважаемый Альхор Борджи, уделять больше внимания магии земли. У всех свои секреты — загадочно проговорил эмир, не желая даже старому соратнику до конца открывать все свои тайны. — У тебя, я не сомневаюсь, тоже что ни будь всегда при себе имеется. Давай, не скупись, я открою тебе проход. Заходи — сказал эмир открывая одну из стенок.
Альхор Борджи проскользнул в дыру, которая с мокрым хлюпом тут же заросла за его спиной.
Магическая сфера эмира являлась универсальной защитой от внезапного нападения. Во многом она походила на ту, в которой сидел Альхор Борджи, когда в него из автомата палил Али. Были и коренные отличия, но разбираться в них сейчас не было времени.
Эмир и семенящий за ним старик осторожно приближались к камере узника. Теперь запах волшбы стал намного сильнее, тугой поток магии вырывался через стены, дверь камеры, а более всего — хлестал в щели под тяжелой дубовой дверью, обитой толстым листовым железом.
Магия, хранящая дверь от взлома, переплелась с сонными чарами в тугой непонятный комок, и кому ведомо, что случится, если снять их без соблюдения определенных правил? Поможет ли защитный купол? Кто знает…
Эмир просунул руки сквозь защиту и потрогал засов. Так и есть — не поднимается. Ну что ж — пришлось подождать еще некоторое время, чтобы распутать этот клубок.
Засов откинулся неожиданно легко… Тяжелая створа с ошеломляющей силой отворилась, отлетев к стене, словно и не весила многие десятки килограмм — будто была и вовсе из бумаги. Чудовищная инерция напрочь разворотила косяк. С громким треском, с виду надежная дверь, врезалась в каменную кладку и повисла на одной петле.
Не будь маги под защитой сферы, их смяло бы словно мух, но даже и так они отлетели к противоположной
стене, повалившись с ног.Тугой поток воды, с силой горного потока, хлынул из камеры и, словно бумажный кораблик, поволок сферу дальше по коридору.
Неожиданность и испуг сыграли злую шутку со старым магом — визирь всего на миг потерял концентрацию, но его вместилище маны лопнуло, словно переполненный бурдюк, проткнутый кинжалом. В результате этого Альхор Борджи влил в сферу столь большую силу, что от излишнего напряжения она потеряла свою эластичность. Твердостью сейчас она могла бы посоперничать с алмазом и даже зазвенела в ультразвуковом диапазоне. В данный момент ее не пробила бы даже стрела мингов-великанов, пронзающая навылет гранитные крепостные стены.
— П-п-падарингаланат!!! Ах ты, старый дурень, ослабь напряжение и закрепись!!! — взревел эмир.
На концах его пальцев засверкали голубые, прозрачные копья. Высоко поднимая руки, эмир раз за разом с силой опускал их, вонзая магические дротики в пол. Но помогали они слабо — их все быстрее и быстрее тащило дальше — в темные, холодные туннели.
С трудом опомнившись, Альхор Борджи сумел немного ослабить неконтролируемый отток энергии, перенаправив тоненький его ручеек в другое русло.
В отличии от эмира, излюбленным оружием которого были различные энергоформы, старик предпочитал, на его взгляд, более надежную магию истинной материализации. Собравшись с силами, он сотворил два бронзовых крюка-якоря, которыми и выстрелил в обе стены сразу. От крючьев к его хилым рукам протянулись толстые металлические цепи.
Первая же попытка оказалась удачной — разбрызгивая грубое крошево, зазубренные наконечники глухо тюкнули по каменной кладке и надежно в ней увязли. Наконец-то эмир и его визирь смогли остановить свое бесконтрольное движение.
Тем временем поток, не ослабевая, с гулким ревом, бил через дверь камеры, грозя в кротчайшие сроки заполнить весь нижний ярус подземелий.
— Альхо-ор!!! Помоги мне запечатать камеру — кричал эмир, пытаясь перекрыть рев потока.
— Что? Ни чего не слышу — сорвавшись на фальцет, орал старый маг.
Эмир прикоснулся указательным пальцем к сфере, отсекая все внешние звуки, стало слышно их затравленное дыхание.
— Прочтем обратное заклинание, запечатаем проход.
— Не получается, я уже пробовал!!! — продолжал визжать Альхор Борджи.
— Успокойся, успокойся, Альхор. Все в порядке. Тогда попытаемся перерубить канал. Ну же, давай вместе!
Но в это самое время поток, вдруг сам собою, стал иссякать, а в открытую дверь… высунулось безобразное, буро-зеленое щупальце, толщиною примерно с полметра. Затем еще одно и еще… Более мелкие щупальца — «всего лишь» с ногу взрослого человека — вцепились со всех сторон в косяк и что есть мочи пропихивали склизкую тушу через узкий для нее пролет двери. Между щупалец протиснулся глаз монстра, сплошь покрытый сеточкой лопнувших кровеносных сосудов, в нем горела столь дикая злоба, что маги содрогнулись в мистическом ужасе.
Эмир и Альхор Борджи застыли соляными столбами, не в силах предпринять хотя бы что ни будь, тем временем чудовищная многоножка (казалось, вся она состоит из одних только ног-щупалец) наконец-таки протиснулась через дверь и довольно проворно поползла в их сторону.
Кожу существа, величиной со средний амбар, словно у мерзкой жабы, сплошь покрывали исходящие слизью пупырышки. Да и цветом монстр изрядно смахивал на земноводное. Расправив извивающиеся щупальца, оно заполнило почти весь коридор. Достигнув их сферы, два ее самых длинных и толстых отростка загнулись к верху, обнажая черные, блестящие крючья, а затем разом опустились на их сферу, обрушив чудовищной силы удар.