Чтение онлайн

– Т- Т-тиграна?- едва ли не заикаясь, переспрашиваю.- Ты о ....

– Да, о твоём ненаглядном.- сурово поджав губы, подтверждает Дамир, глядя куда-то сквозь меня. Его взгляд затуманен горечью воспоминаний, и я верю ему. Отчего-то верю.- Ты ведь не знаешь, наверное, что сперва Аида встречалась с ним. А после, познакомившись со мной, ушла ко мне. Но и от меня ушла после, колобок, бл...дь.- беззлобно матерится он, скрывая за эти застарелую боль. На лице официанта, прошедшего с подносом к нашему столику, гаснет учтивая улыбка, стоит ему заметить напряжение, повисшее между нами. Парень быстро расставляет тарелки, и уходит, не произнося ни слова.

Я в растерянности. Подавляя в себе нарастающее желание переспросить, выяснить, услышать ещё раз- верно ли

я поняла. Аида раньше, до Дамира, встречалась с Тиграном?! Так вот, в чем причина их извечной обоюдной неприязни? Помнится, на каждом семейном торжестве или встрече, где они пересекались, оба мужчины сверлили друг друга неприязненными взглядами, отделываясь лишь коротким приветствием. И тут будто обухом по голове- все эти странные взгляды Тиграна в то время, когда я ещё была замужем за Дамиром. Его ни с того, ни с сего взявшаяся ненависть по отношению ко мне. То, как он всячески пытался задеть меня, обидеть! Он мстил! Мстил Дамиру через меня. Он не любил меня никогда! Теперь мне стало понятно, отчего у Тиграна ко мне, незнакомому, по сути, человеку, сразу возникла не только стойкая неприязнь, но и попытки смутить, домогательства как к женщине, издёвки. Он и сам на тот момент не знал, чего хочет. Просто считал, что должен " вернуть долг".

– Ты хоть ...был счастлив с ней?- вдруг решаюсь спросить то, что мучило не один год.
– Когда мы развелись?

Дамир пожимает плечами:

– Я знаю, что моя мать уже пыталась рассказать тебе всё. Возможно, ты зря её не выслушала. Она бы рассказала всю правду.
– он долго глядит на меня каким-то до странного пронзительным взглядом, будто заново открывает для себя.
– Нет, не был. Аида сломала жизнь себе, мне, Камилле. Она ...- он тяжело вздыхает - Никогда не хотела ребенка, но считала, что при деньгах моих и её родителей возможно скинуть ребенка на нянь и жить безбедно. Вот только денег у меня стало не так много, как она рассчитывала. А потом и её отца с братом взяла в оборот налоговая за границей- банкротство, долги, угроза тюрьмы. В-общем, Аида пыталась сделать медикаментозный аборт на достаточно большом сроке. И на последних месяцах устраивала такое, что пришлось поместить её в рехаб.

Я не знаю, как реагировать на эту информацию. Особенно когда вижу, что в глубине души Дамир очень любит свою дочь. И страдает от того, что не может ей помочь так, как хотел бы. А ещё, верно, винит и себя в произошедшем с ней.

– Аида даже в рехабе умудрялась найти....Ну, ты понимаешь, о чем я.
– желваки ходят на его скулах, отчётливо выдавая его душевное состояние.

– Но я ... слышала, что и ты тоже..- неуверенно начинаю, но Дамир лишь кивает, с полуслова понимая, о чем я.

– Да. Какое-то время я пытался стать для неё своим в доску, делал все, чего она пожелает. И тоже подсел ... Только я смог остановиться, а она- нет .- заметив на моем лице неприязнь, которую мне не удалось скрыть, он горько усмехается.- Да, я знаю, что я, мужчина, должен был быть сильнее. А оказался тряпкой, которая ... Я не должен был искать ни одобрения отца, ни её внимания. Я ...

– Не нужно.- смахнув слезы, останавливаю его. Обхватив его большие руки своими, гляжу прямо в глаза.- Знаешь, я рада, что мы вот так смогли встретиться, поговорить. Словно гештальт закрыли, мучивший долгие годы. Тогда...у нас так и не вышло этого. И ...я благодарна тебе за помощь. Эта информация - киваю я на папку и телефон, что лежит на ней,- Очень важна для меня. Спасибо. А сейчас...мне нужно идти. И ...Хватит нам с тобой жить прошлым. Оно давным-давно прошло. Теперь и у тебя, и у меня есть ради кого жить и бороться.- я знаю, как фальшиво и неискренне звучат мои слова, но они идут от самого сердца, а сама я с трудом сдерживаю слезы. Я бы осталась, но объем информации, полученной за встречу, буквально каменной глыбой придавил. Мне нужно побыть одной, обдумать, сжиться с тем, что услышала, свыкнуться. Решить, верю ли на самом деле или хотела бы верить.

Дамир кивает мне, я чувствую, как слегка подрагивают его крупные ладони под моими. Когда-то

я отдала бы всё на свете, чтобы муж реагировал вот так на мою близость, чтобы просто позволил ей случиться, чтобы хотел быть рядом, слушать, слышать. Теперь же...Мы скорее - старые приятели, заклятые друзья, объединенные общим горем и растерянностью.

То и дело шмыгаю носом, он заботливо протягивает мне салфетку. Я понимаю, что действительно отпустила прошлое, не рассматриваю его как мужчину, когда без стеснения высмаркиваюсь, благо, вокруг уже ни души. Мы в кафе одни.

– Если тебе нужна помощь, я могу помочь. Я знаю, что Тигран тебя так просто не отпустит. Вернее, - исправляется Дамир, глядя мне в глаза, - Не отдаст тебе сына.

Так странно - раньше, особенно в первое время после развода, я миллионы раз прокручивала подобный сценарий в голове, упиваясь чувствами, которые он рождал во мне. Тёмная радость на грани эйфории, удовлетворение. Стоило представить, как Дамир, раздавленный горем, извиняется, признаваясь, что после меня его жизнь покатилась под откос - и я могла найти хоть какое-то утешение. Но сейчас сетования и попытки наладить общение со стороны бывшей свекрови, неожиданная откровенность Дамира, не только не приносили удовлетворения - они заставляли понять, насколько всё это сложно. Просто быть человеком. Искать свою судьбу, любовь, жизнь. Раньше, в детстве, нам всем казалось, что быть взрослым - это легко и просто. Влюбился, женился- живёшь счастливо. Вот только, повзрослев, каждый понял, что жизнь - это или ежедневный компромисс с самим собой, или поиски, вечные поиски себя в этом мире и того, кто сможет составить это твое почти эфемерное счастье.

– Не сможет. За сына я буду бороться.
– уверенно вскидываю подбородок.

Дамир с мгновение глядит на меня с оттенком восхищения во взгляде. А затем тихо произносит:" Если бы у Камиллы была такая мать". И тут же застывает, осознавая, что сказал. Ведь у нас действительно могли бы быть дети, я старалась бы стать им самой лучшей матерью. Но он всё перечеркнул, разрушил наше будущее. Дамир и сам это понимает, поэтому осекается, виновато глядя на меня.

– Останься, пожалуйста?- вдруг просит он, с щемящей нежностью глядя мне в глаза. Я не могу отказать ему. Мы ещё немного говорим, в основном, о детях. Я рассказываю о Ратмире, он - о Камилле. О её успехах и переживаниях, о том, что она взрослеет, и всё тяжелее переносит свою инвалидность.

После мы молча обедаем, каждый отчего-то не желая уходить, но и не спеша поддерживать угасшую беседу. Наверно, перевариваем услышанное, проживаем былые обиды. Немногим позже я решаюсь спросить насчёт фото и видео, в глазах Дамира такое искреннее возмущение, что я понимаю - это не он. Но когда бывший муж при мне звонит своему отцу, по громкой связи, то я узнаю, кто вообще занимался удалением материалов. Конечно же, Тигран. Старые связи в полиции, авторитет. Вот клубочек и виться перестал, приведя к виновнику.

– Он просто хочет тебя сломать. Оставить без всего, испуганную, готовую на все его требования.- поджимает губы Дамир- Это я говорю не из мести ему или от обиды. Ты и сама знаешь, это просто его методы.

32

– Ты где была?- сверлит меня недовольным взглядом Тигран. Я тушуюсь, сразу не находясь с ответом- такое недовольство и расспросы от него слышу впервые. Поэтому и с ответом не сразу нахожусь, бросая стандартное:

– На встрече. С клиентами.

Тигран буравит темными глазами, будто к месту пригвоздить пытается. Он не верит, не доверяет.

– Ты ведь сказала, что Алена на себя всех заказчиков взяла?- будто вскользь интересуется, но, судя по его напряжённой позе, Тиграну что-то известно. Вот только я не знаю, насколько много он знает. Поэтому приходится изворачиваться и дальше, чтобы ненароком не выдать всей правды.

– Она ведь тоже не двужильная.- хмыкаю, пытаясь выглядеть уверенней.- Устала, выходных пару попросила. Она ведь и рекламой, и мероприятиями, и помещением занимается теперь. Нельзя всё на нее скидывать.