Измайловский парк
Шрифт:
– Молодец, пацан, – Ждан похлопал по плечу Саньку, который бился с тварью наравне со всеми.
Мальчик глянул на Ждана, словно не видел его. У него на лице снова появилось отсутствующее выражение. Но разбираться времени не было. В брешь, пробитую жуком, начали вползать новые твари. Гигантская змея просунула пару метров своего чешуйчатого тела и, встав в боевую стойку, развернула алый капюшон. Канчар, залившись истеричным лаем, выскочил вперед. Он не кинулся на мутанта, а лаял и ловко прыгал влево-вправо, словно выбирал удобную позицию для нападения, оставаясь на безопасном расстоянии. Алая кобра попыталась достать его броском
Но гон не кончался. Арьергардом несметного полчища мутантов выступали пресмыкающиеся, не такие подвижные по сравнению с теми, у кого были ноги и крылья. Непонятно почему выбрав пролом в стене местом для прохода, в здание полезли многоголовые змеи. Словно ядовитый газ заполнил помещение – у людей затуманилось зрение, затормозились мысли, а мышцы свело судорогой. Один за другим упали на пол Остронег и его друзья. Только Санька продолжал стоять, сопротивляясь новой напасти.
– Аспиды, – прохрипел Остронег, теряя сознание. – Они…
Что они, мальчик так и не узнал. Не реагируя на гипноз аспидов, он поднял меч и принялся уничтожать тварей. Он бил сплеча, как закаленный в боях рубака. Твари, почуяв неладное, позвали своих на подмогу, и пролом в стене полностью забило шевелящимися, как щупальца осьминога, отвратительными телами. Но это только подзадорило Саньку; он рубил аспидов, как колбасу на оливье.
И вдруг все кончилось. Как будто по приказу извне, затих грохот тысяч ног, копыт, хожней и чем там еще передвигались по земле мутанты. Небо очистилось, и солнечный свет нырнул в разрушенный дом. Санька замер, держа над головой меч, с которого стекала белесая кровь аспидов. Потом, опустив оружие, подошел к лежащему без движения Остронегу. Мальчик внимательно смотрел на него, словно обдумывая что-то. Медленно занес меч и опустил его на шею товарища.
От смерти Остронега спасло чудо. Одинец, пришедший в себя раньше остальных, успел выставить свое оружие. Лезвие скользнуло по плоскости меча Одинца и остановилось на гарде.
– Санька, ты что?! – изумленно воскликнул Одинец. – Аспидова морока не выдержал?
Мальчик уставился на Одинца округлившимися от ужаса глазами, не выпуская оружия, а потом побледнел и рухнул на пол без сознания.
Пришел в себя Санька через полчаса, сидя на полу, спиной прислонившись к столбу, подпирающему провисший потолок. Он попытался встать, но крепкая веревка надежно связывала его руки и ноги.
– О! Очухался! – раздался веселый голос Остронега. – Ты чё, пацан, крышей поехал? Или так от боя ошалел?
– А что случилось? – Мальчик изумленно крутил головой, не понимая, где он и почему связан.
– Сам-то что помнишь? – Одинец подошел к нему и посадил, прислонив спиной к дереву.
Посреди небольшой полянки закипал на костре котелок. Старшие товарищи Саньки были заняты едой.
– Жрать охота, – сказал мальчик.
– А ты все-таки скажи: помнишь, что было? – не отставал Одинец.
– Мальф пошел, а мы остались, – стал вспоминать Санька. – Потом гремело.
Какие-то змеи перед глазами…– Так, делаем вывод, – вмешался Остронег, решив не развивать непростую тему. – У тебя был голодный обморок. И ты куролесить начал после него. Видать, какая-то тварь над тобой контроль взять хотела. Тут в округе такого добра хватает. Вот мы против аспидов не смогли выстоять. Так что сейчас приказ – сладкий чай и чтобы поел хорошенько. Понял?
– Понял, – кивнул Санька. – А развяжете?
– А ты себя будешь хорошо вести?
– А я плохо себя вел? – упавшим голосом отозвался мальчик.
– Нет, все нормально, – успокоил его Остронег. – Только пока ты с нами без оружия пойдешь. До полного прояснения твоего разума.
– Ой, подумаешь, – обиделся Санька. – Только спасибо скажу, а то тяжелый он, и вообще, я не умею им драться.
– Это точно, – протянул Ждан.
– Так развяжете? – Санька протянул руки. – А то как-то…
– Точно шалить не будешь? – строго спросил Остронег.
– А я шалил? Да что вы все мутите, правду не говорите? – Санька чуть не сорвался в плач. – Что я такого сделал?
Остронег вместо ответа достал нож и полоснул по веревке. Санька не видел, как за спиной у него Ждан и Оселя положили ладони на рукояти мечей. А Канчар, который все это время сидел и наблюдал за происходящим, подошел к Саньке и лизнул его в лицо, видимо, приободряя.
– О! – мальчик стал разминать руки, затекшие от веревки. – А можно тушенки?
После недолго привала они опять двинулись в путь, следуя за неутомимым псом. Но теперь Санька как бы случайно шел в середине группы, под негласным надзором старших. Впрочем, он не страдал. Совершенно позабыв все, что случилось, мальчик был, как всегда, весел и время от времени заводил свою бесконечную болтовню.
– Я вот что думаю. Вот Мальф, он с псом говорил, и было понятно, где шпион и как его догнать. А как же мы сейчас?
– Саня, вот зачем ты это сейчас спросил? – обиделся Оселя. – Я что, сам не могу со своим Канчаром разобраться?
– Нет, ну мне просто интересно, – не отставал Санька. – А вдруг мы идем быстрее, чем надо?
– Мальф псу все объяснил, и он идет с той скоростью, какая нужна, – ответил за Оселю Ждан. – А ты лучше мне расскажи: ты же к Мальфу на дороге вывалился неизвестно откуда. И что, ничего не помнишь?
– Ну как, – протянул мальчик, – помню, конечно. Сестер своих помню.
– А как их звали?
– А ты что, в женихи собрался? – Санька поморщился. – Что тебе до них? Им богатые женихи нужны. Тебя не возьмут.
– Экий ты скорый. Просто для интересу спросил.
– Вот как буду знакомить, скажу, – отрезал Санька.
– Строгий. А по отчеству тебя как звать? Тоже не скажешь?
– По отчеству? – тут Санька явно смутился. – Никто меня не звал по отчеству.
– Отца-то как звали? Что-то ты бестолковый сегодня совсем.
– Отца звали… Квамк.
– Имя какое-то ненашенское, – удивился Ждан. – Он из иноверцев?
– Да я его плохо помню. Ну, звали так, и все. Я вообще его батей всегда звал.
– Да, Александр Квамкович – это от души, – Ждан спрятал улыбку. – Он, видать, из сербских людей. У них такие имена бывают. Я так думаю.
– Вы бы болтать перестали. – Идущий впереди Остронег оглянулся. – Лучше на дорогу смотрите. Мы же с этими нео в засаде опять столкнемся. Кто их знает, что у них на уме.