Чтение онлайн

— Ну, как тебе нравится мое заведение? — спросила Криста, мягко и нежно сжимая руку Сорака.

Сорак почувствовал настороженность и опасения всех членов своего племени, кроме Кивары, которая была так увлечена энергией, царившей в зале и атмосферой всеобшей страсти, что еле сдерживалась. В какие игры играют здесь? возбужденно спросила она. Я хочу попробовать. Я хочу попробовать их все!

Терпение , молча посоветовал ей Сорак. Потом он сказал вслух, — Я никогда не видел ничего, похожего на это.

— Здесь есть намного больше того, что ты видишь, — сказала Кивара тоном, обещавшим невероятные открытия. — Разреши мне показать тебе все.

Она сняла свой плащ

и отдала слуге. Под ним была одежда, которую, при всем желании, трудно было назвать скромной. На ней была пара низких, черных сапожек, сделанных из блестящей кожи з'тала. Ее длиныые ноги были обнажены вплоть до короткой, черной, обтягивающей юбки, сделанной из такой же кожи с косым разрезом, так что она доходила до середины бедра с одной стороны, и оставляла другую ногу совершенно голой почти до талии. Узкая черная повязка поддерживала ее роскошную грудь снизу, оставляя весь верх полностью открытым. Талию обвивал пояс из золотых монет, соединеных между собой звеньями серебрянной проволоки, несколько ожерелий и амулетов украшали ее шею, а золотые браслеты — руки и ноги. Отдав плащ слуге, она резко взглянула на Сорака, ожидая увидеть реакцию эльфлинга на такое великолепие. Увы, проблеск разочарования и недовольства пробежал по ее прекрасному лицу, когда Сорак никак не отреагировал на нее, а ведь обычно мужчины мгновенно реагировали на ее прекрасное тело. Слуга подождал несколько мгновений, но когда увидел, что Сорак не собирается снимать свой плащ, поклонился и отошел.

Тем не менее Криста сполна насладилась своим эффектным появлением в игровом зале. Рядом с ней шел экзотично выглядевший иноземец со взрослым тигоном у ноги. Когда они медленно спустились по каменным ступеням, многие из игроков оторвались от стола и уставились на них, но многие другие были так увлечены игрой, что ничего не заметили. Когда они пошли между столиками, игроки поспешно освобождали им дорогу, и немало из них вскрикнули и уронили свои стаканы при виде Тигры. Криста наслаждалась каждой минутой, пока она вела Сорака к бару.

— Можно предложить тебе выпить? — спросила она, постучав пальцем по стойке. Эльфийка по ту сторону стойки тут же метнулась к ним.

— Спасибо, — сказал Сорак.

— Алора, принеси нам два бокала лучшего острого меда.

— Да, миледи.

Мгновением позже она поставила два высоких керамических бокала на стойку перед ними. Криста взяла один из них, а другой протянула Сораку. — За новые впечатления, — сказала она с улыбкой, подняла свой бокал и слегка коснулась им бокала Сорака. Когда она выпила, Сорак поднес свой бокал к губам, вдохнул, проверяя запах, потом попробовал. Тут его лицо перекосилось и он поставил бокал обратно на стойку бара. Криста вздрогнула от удивления. — Тебе это не нравится?

— Я предпочитаю воду.

— Воду, — повторила Криста, как если бы она не была уверена, что правильно расслышала. Она вздохнула. — Мой друг предпочитает воду, Алора.

— Да, миледи. — Она забрала бокал и на его место поставила другой, наполненный чистой родниковой водой. Сорак взял его и сделал глубокий глоток, опустошив его больше, чем наполовину.

— Ну как, тебе это понравилось больше? — насмешливо спросила Криста.

— Она не такая свежая, как вода из горного ручья, но лучше, чем этот остренький сироп, — серьезно ответил Сорак.

— Острый мед — самое редкое и самое дорогое вино, а ты назвал его остреньком сиропом, — покачала головой Криста. — Ты другой, совсем другой, должна я тебе сказать.

— Прости, — сказал Сорак. — Я не хотел тебя обидеть.

— О, ты не обидел меня, — сказала Криста. — Просто напросто я никогда не встречала никого, похожего на тебя.

— Не думаю, — медленно сказал Сорак, — что в мире есть человек, похожий на меня.

— Скорее всего ты прав, — заметила Криста. — Я никогда раньше не слышала о такой веши, как эльфлинг. Расскажи мне о твоих родителях.

— Я их не помню. Когда я был совсем ребенком, меня выбросили в пустыню и оставили умирать. Я не помню ничего, что было до этого.

— И тем не менее ты выжил, — сказала Криста. — Как?

— Каким-то образом я сумел добраться до подножия

Поющих Гор, — сказал Сорак. — Там меня нашел Тигра. Тогда он был еще маленьким котенком. Он отбился от прайда, так что мы оба были выброшены, в некотором смысле. Может быть поэтому он так привязался ко мне. Мы были оба одни и брошены умирать в пустыне.

— И он защитил тебя, — сказала Криста. — Но детеныш тигона не может сделать слишком много для умирающего малыша. Как же ты сумел остаться в живых?

— Меня нашла пирена, которая вылечила меня и заботилась обо мне, пока я не вырос, — сказал Сорак.

— Пирена! — охнула Криста. — Я никогда не видела никого, кто бы встречался с приносящими мир друидами, а уж тем более с тем, кого они вырастили.

Сорак, осторожно, сказала Страж. Эта женщина много спрашивает, но ничего не предлагает взамен.

— Ты еще ничего не рассказала мне о себе, — сказал Сорак, внимая предостережению.

— О, я уверена, моя история и близко так не интересна, как твоя, — ответила она.

— Тем не менее я бы хотел услышать ее, — сказал Сорак. — Как получилось, что юная и прекрасная женщина-полуэльф стала владелицей такого места?

Криста улыбнулась. — Хочешь, я покажу тебе?

— Покажешь мне?

— Помимо всего прочего, — сказала она, — ты же не пришел в игорный дом для разговоров, а?

Она взяла его за руку и повела к одному из столов. Сорак заметил, что люди мгновенно расступались перед ними. Он также обратил внимание на нескольких здоровенных вооруженных охраников, рассеяных по залу, которые внимательно наблюдали за столами. А самые близкие к ним уставились на Кристу.

Стол, к которому они подошли, имел матовую поверхность, сделанную из полированного дерева. Плоскость стола была покрыта черной и гладкой кожей з'тала. Около стола стоял руководитель игры с деревянной лопаткой, которая заканчивалась круглой ложкой. Когда игроки кидали кости на стол, он объявлял счет, а потом своей лопаткой возвращал кости игрокам. Сорак увидел, что все кости были разные. Одна была треугольная, сделанная в виде пирамиды с плоским основанием. На каждой из ее четырех треугольных граней были нарисованы три числа с таким расчетом, что только одно было наверху, когда пирамида падала. Еще одна кость была в виде куба, на каждой грани которого было по числу, а две остальные напоминали брильянты, одна с восьмью гранями, вторая с десятью. Еще две кости были почти круглые, хотя и имели плоские грани. У одной из них было двенадцать граней, у другой двадцать.

— Я никогда не играл раньше в такую игру, — сказал он Кристе.

— В самом деле? — удивленно спросила она.

— Я вообще первый раз в игорном доме, — сказал Сорак.

— Хорошо, тогда я обучу тебя, — улыбнулась Криста. — Эта игра называется Гамбит Сокола, по имени барда, придумавшего ее. Ты уже заметил, я думаю, что все кости различны. Числа на гранях определяют ставку. Каждая партия состоит из шести кругов. На первом используется только треугольная кость. Она имеет четыре стороны, поэтому ставка — четыре керамические монеты, они идут в банк. На втором круге бросают тругольную и квадратную кости вместе. У квадратной шесть граней, вместе с четырьмя треугольной получается десять, ставка десять керамических монет, или одна серебрянная. На третьем круге добавляем восьмигранную кость и бросаем все три вместе, так что ставка — восемнадцать керамических монет, или одна серебрянная и восемь керамических. На четвертом круге добавляем десятигранную, и бросаем все четыре. Ставка этого круга — двадцать восемь керамических монет, или две серебряные и восемь керамических. Пятый круг добавляет двенадцатигранную кость, бросаем все пять. Ставка увеличивается до сорока керамических, или четырех серебряных. И наконец последний, шестой круг добавляет двадцатигранную, снова бросаем все вместе, ставка — шесть серебряных монет. Каждый раз, когда бросаем, считаем очки, в конце делаем сумму, и победитель забирает банк. Если проигравшие хотят отыграться, они должны рискнуть такой-же суммой на следующий раз, или пропустить круг, сказать «пас», и ждать, когда начнется следующий.