Чтение онлайн

— Не утруждайтесь. Я расположусь в комнате со своей Искрой.

Эм… что?!

— Нет! — вырвалось у меня раньше, чем я успела остановить свой протест против императорского беспредела. Ну а как еще это назвать? Сначала он меня выгоняет, потом выясняется, что у него роман с Анастой, потом, что из меня вытащат искру…

Или он внезапно передумал? С чего бы?

Выяснять его планы прилюдно был не лучший вариант: Беркинсон и так смотрел на меня, открыв рот, очевидно, ждал, что меня за такое поразят мощью императорского гнева на месте. Я,

Но драгоценный супруг лишь хмыкнул.

— Все в порядке, Беркинсон, распорядитесь по поводу ужина. Перед этим мы с вами переговорим. — После чего дракон взглянул на меня. — Альви.

Мне не оставалось ничего иного, как положить ладонь на сгиб его локтя. Я и так наговорила на десяток казней, судя по обманчиво-спокойному выражению его лица, еще и на ты перешла. Когда разозлилась. Не то чтобы это было неправильно в моем понимании, но, когда пытаешься выжить в другом мире со своими законами… и драконами, лучше вести себя осторожнее. Эх, Аглая-Аглая, ничему тебя жизнь не учит!

К счастью, император был настолько… император, что мое «нет», по всей видимости, всерьез не принял. Мы выдвинулись в сторону покоев, и, чем ближе мы к ним становились, тем отчетливее в голове мерцала неоновая вывеска: «Опасность. Осторожно, опасность!»

Конечно, опасность! С чего бы моему супругу хотеть остановиться со мной в одной комнате? Уж точно не шарады до утра разгадывать. Кстати…

— Надолго ты в Лавуаль? — поинтересовалась я как нельзя более равнодушно. Уж если начала тыкать, надо продолжать. Может, я его затыкаю, и он улетит обратно?

— Зависит от того, как быстро я решу все вопросы.

— А какие у тебя здесь вопросы?

За что получила очередной императорский взгляд: холодный и жесткий.

— Я подумала, что ты прилетел извлечь искру, — пожала плечами я. — Нет ничего удивительного в том, что меня это волнует.

Взгляд стал еще более тяжелым.

— Я же говорил, что не желаю тебе смерти.

— А чего желаешь? — вырвалось у меня.

Привычка говорить прямо и решать все вопросы на месте в данном случае сыграла против меня. У императора стал такой взгляд… драконий, зрачки вытянулись в вертикаль.

— Чего я желаю, Альви, ты узнаешь за закрытыми дверями.

Ой. Вот зачем я это вообще спросила?!

Тем более что ощущение его близости действовало на меня с каждым шагом все больше и больше. Во время первой (и последней) встречи во дворце я не успела прочувствовать это в полной мере, меня лишь зацепило по касательной, сейчас же искра внутри явно радовалась прибытию источника, из которого в меня подселилась. Кожу словно покалывало иголочками, рука под моей ладонью, словно выточенная из камня, казалась сейчас просто раскаленной. Как будто это наше касание зажигало огонь, грозящий спалить весь замок в гигантском костре.

Вообще-то я теперь знала, откуда у этого ноги растут: не зря столько читала про Искр. Они созданы для того, чтобы рожать драконят, а подселенное внутри пламя будет всегда стремиться к слиянию с тем, кто его подарил, поэтому естественная реакция моего тела была… ну, скажем так, совсем не той, которую мне хотелось бы чувствовать. Даже удивительно, что у Альви и этого дракона ничего не получилось, с такой-то химией! Как мне кажется, от такого драконята

Или дело в том, что он раз в месяц к ней заходил?

Как бы там ни было, я с ним драконят делать не собиралась, я с ним вообще ничего делать не собиралась, поэтому каждый новый шаг приближал меня к катастрофе. Катастрофе, которая вот-вот произойдет: до покоев уже оставалось пять метров… четыре… три… два… один…

— Я бы хотела отдельные покои, — произнесла я. — Доктор сообщил, что если я хочу, чтобы процедура извлечения искры прошла с наименьшими потерями, мне нельзя волноваться… ай!

Император вдруг перехватил меня за запястье, распахнул дверь и так резко втолкнул в комнату, что я успела ощутить порыв теплого воздуха на щеках. Здесь и впрямь было натоплено, но сейчас уютное тепло было совсем не таким, как раньше. Потому что меня припаяло к стене императором. В смысле, его ладонью, без труда удерживающей Альвины запястья над головой. Он возвышался надо мной, как гора, в ледяной синеве глаз горело драконье пламя.

— Мне нравится тебя волновать, Альви, — вкрадчиво произнес он.

Память как-то не вовремя подкинула первую брачную ночь, когда император сделал нужное дело, встал и ушел, а потом Альви рыдала в ванной. И сколько их было, таких ночей… Никаких нежностей, никакой ласки, чисто процесс… Вся влюбленность Альви должна была раствориться сразу же, но, видимо, сработала искра, она снова и снова надеялась, и ждала, и верила, что когда будет зачат ребенок, все изменится. Нет, беру свои слова по поводу драконят назад! В таких условиях даже тараканы зарождаться не станут, не говоря уже о красивых крылатых созданиях!

— Нравится видеть тебя такой, — неожиданно хрипло произнес он и провел ладонью по моей щеке. Шее. Спустился к ключицам…

Он об скалу, что ли, долбанулся, когда летел?! Никогда так не нежничал с Альви, это вот сейчас вообще что?

— Я… мне…

Дурацкая искра все не так поняла. И загорелась. Но, в отличие от ситуации с адмиралом, она покатилась не в лоб императору, а по моему телу, волнами тепла. Я с ужасом осознала, что конкретно этому телу совершенно не хочется сопротивляться, а еще, что этому конкретному императору совершенно точно это известно!

Потому что на ключицах он не остановился, скользнул пальцами ниже, к кружеву лифа.

Ну уж нет! Я не Альви, и не позволю с собой так обращаться! Может, это тело и превратилось в ходячую искру, но я-то существо разумное! И, в отличие от Альви, никогда не была в него влюблена!

Я вонзила в императора холодный взгляд, пусть знает, что не только ему льда в глаза отсыпали! И спокойно, тем самым голосом, которым тормозила излишне зарвавшихся в общении статусных клиентов, которые считали, что мы работаем не по договору оказания услуг, а по договору пожизненного рабства, произнесла:

— Убери руки.

В глазах дракона полыхнуло нечто, что мне однажды уже доводилось видеть, в тот самый день, когда он меня экстренно отослал. Правда, в тот день, оно не было таким диким, звериным, первобытным. Меня окатило волной магии, сшибающей все мои барьеры, а после меня резко развернули лицом к стене, задирая платье.

Как раз в тот самый момент в дверь отчаянно заколотили, а спустя мгновение в комнату влетела Ханна. Которая приложила ладони к щекам и выдохнула:

— Ох… ох, простите…