Избушка
Шрифт:
— Каша с салом должна получиться хорошей. Кстати, а давно вы в лесу?
Гном мотнул головой, отгоняя наваждение созданное запахом близкой еды. Ничего — ничего, не такой уж он и голодный, подумаешь всего два дня без еды.
— Три дня. — Глухо проговорил он, отведя взгляд от сала. — Я почти сразу потерял свой рюкзак, только топор и фляга с водой остались. Ну, ещё полковриги хлеба и кусок сыра за пазухой.
— Угу. Вот так просто, потеряли, а следом и сами потерялись? До того момента ничего такого не делали? — Намекающе спрашиваю у гнома.
Тот насупился,
Оттуда немедленно пошёл вкусный аромат. — Или может, сказали?
— Предлагаю новый вариант для возможного ответа, когда завершаю возню с кашей. Только вот руки теперь жирные, нужно помыть.
— Было… — Неохотно буркнул гном.
— Вы это… Подождите минутку, я сейчас. — И не давая ничего сказать, быстро направляюсь в сторону ручья. Ну не нравятся мне жирные руки, не нравятся.
К моему возвращению каша успевает свариться, а гном решился ответить на вопрос. Нехорошо заставлять рассказывать голодного.
Гном, несмотря на большущее желание поесть, терпеливо ждал моего возвращения. Хотя подозреваю, что есть он хотел вчера вечером, а сегодня хочет жрать.
— О! Судя по запаху — готово! — Я подхватываю одну тарелку и одну ложку. После щедро накладываю кашу аж с горкой. — Держите. Только не обожгитесь. — Гном не заставил себя упрашивать. — Сейчас я порежу хлеб и сыр. — Получив в ответ невнятное «ой», я по — хорошему улыбаюсь и берусь за хлеб.
Поздний ужин прошёл молча. Мне спрашивать было не о чем, и так всё понятно. Гном решил сначала насытиться. В общем — то, правильное решение. Как и ожидалось, он съел почти всё. Пришлось даже дать ему снадобье для желудка, а то, как бы чего не оттуда вышло. Или от туда, но слишком быстро. В какой — то момент он почувствовал наступающую сытость и сообразил, что один почти всё съел.
— Не беспокойтесь, мне и этого хватит. — Отвечаю я на невысказанный вопрос.
Он выдохнул, встал и, твёрдо глянув на меня, торжественно поблагодарил.
— Не знаю, смог бы я выйти из леса живым, но ты спасла меня.
— Гном поклонился. — Гномы не забывают добро. Я, Дерик из рода Гедрина, клана Колеса предлагаю свою дружбу тебе!
Гном торжественно замолк, ожидая моего ответа. И что же мне делать? Я так мало знаю о традициях в этом мире!
— Э — э…. Приятно познакомиться… Дерик из рода Гедрина. Я ведьма Ин, ученица Лесной Ведуньи. — Наверно тоже нужно встать, а то неловко получается. Хотя так тоже не очень, я с ним почти одного роста, только он кряжистый. — Ваша дружбы — это большая честь для меня, но вы уверенны?
— Да! У меня нет ничего, чем бы я мог достойно отблагодарить за помощь! — Он жестом останавливают моё возражение. — Я понимаю, что для тебя это ничего не стоит.
Так уж и ничего? Да за этот каравай хлеба целый город чуть проклятие не получил.
— Твой путь проходил через этот лес. И, если для тебя это просто случайность, то для меня спасение. — Дерик выдохся и опустил голову.
— Не совсем. Меня просили помочь.
Честно скажу, мне совсем не хотелось переться в лес ночью. Однако оставлять вас одного до рассвета, тоже было нельзя. Поэтому я здесь.— Помочь? Кто… кто просил? — Обеспокоено воскликнул гном.
— Тот, кого вы обидели. — Мне надоело стоять. — Может, вы сядете?
— Кто?
— А вы подумайте. — Отвечаю я уже сидя. Хотя, зачем? Сейчас всё равно вставать придётся.
— Но я ничего такого не помню?
— Да. Гномы, что с вас взять. Вы обидели хозяина этого леса!
— Кого? — Не понял Дерик.
— Кого? Того! Хозяин горы, значит, бывает, а хозяин леса — нет?
Гном умолк. Похоже, до него стала доходить причина его блуждания в лесу. Всё оказалось просто. Любой крестьянин запросто справился бы с такой ситуацией, но не гном. По крайней мере, не тот, который почти всю жизнь провёл в горах. Дерик обернулся назад, всматриваясь в темноту окружающего леса.
— Вам следует попросить прощения. Обычно при этом ещё оставляют на пеньке или ещё на чём, какую — нибудь вкусность.
— Да? — Гном скованно обернулся, посмотрел на остатки еды, и его лицо заметно потемнело.
— Можете взять сыр, вот оставшееся сало и кусок хлебы. Обычно ещё ставят вино, брагу или медовуху. Но у меня только чистая вода.
Заверните в эту ткань, так будет лучше.
Гном резко выдохнул, качнул головой и, собрав перечисленные продукты, уверенно направился в темноту.
— Далеко уходить необязательно. Оставьте на краю света и темноты.
— Продолжаю я направлять действия гнома.
Дерик опять кивнул, положил свёрток на землю, постоял с минуту и на одном дыхании сказал:
— Прости Лесной Хозяин, не понимал я, что говорил. — Дерик глубоко вздохнул и пообещал. — Теперь сам буду знать и детям своим накажу.
Присутствие лешего для меня не было тайной. Он давно вокруг ходил. Гном вполне мог бы обойтись и без прощения, рядом с ведьмой ему ничего особо не угрожало. Тем не менее, так будет правильно.
Хозяин леса появился перед гномом в самых лучших традициях ужастиков. Раз и вот он! Большой, тело покрыто бугристой корой, руки похожи на корни, голова на рубленую колоду с зубастой пастью. Ноги попросту уходят в землю. В правой лапе он уже держал предложенный свёрток с продуктами.
— А што ж так мало — то? — Прогудел он угрожающе. — Сам значит, вкусное — то всё сожрал?
— Хватит тебе. — С усмешкой прерываю я возмущение лешего. — Нашёл вообще, кого в лесу запутывать. Меня в следующий раз попробуй.
— Тебя? Так ты ж, вежественая. Чего я тебя с пути сбивать буду.
— Осторожно, но с нотками хозяина, ответил леший.
— Ладно, замнём для ясности. — Лениво говорю я и потягиваюсь, показывая, что мне надоел этот разговор.
Леший понял правильно. Однако он должен соблюсти традиции, или хотя бы их видимость.
— Хорошо, гном, принимаю я твоё подношение. Ходи по лесу спокойно. Только помни слово своё! — Грозно заявил он, после качнулся вперёд и исчез.
Дерик непроизвольно отступил на шаг назад и схватился за топор.