Чтение онлайн

Могут сказать, что я начинаю утомлять некоторым однообразием. Во-первых, к вашему сведению, тут никакого однообразия нет. А во-вторых, как вы можете мне это говорить, сталкиваясь с однообразием везде и всюду? Можно подумать, много встречаете таких писателей, и вам, видите ли, они уже наскучили. Чепуха! Я с удовольствием буду продолжать свое шествие по страницам. А если вздумаете мешать — отойдите лучше в сторонку. ОТДОХНИТЕ. А потом с новыми силами продолжайте чтение дальше. Ради смеха расскажу раз, два, три, четыре…

Во время урока физкультуры, подтягиваясь на турнике, издал странный звук. Сошел, пригнул голову, пришибленный и несчастный. Совершенно напрасно. На его месте я бы сказал: «Вы слышали? Еще хотите услышать? Сейчас попробую. Не получается! Вот досада! Никто мне не поможет?»

За столом издал странный звук. На рядом дремавшего пьяного произвело неожиданное впечатление. Он встал и сказал: «В чем

дело?»

Друг сказал другу: «Привет!» И хлопнул по животу. В результате странный звук.

За столом в культурной семье издавали странные звуки всей семьей. И там никто не называл эти звуки странными. Они считали неестественным не делать этого. Хозяин начинал музыку, поддерживала его жена и отчаянно тарахтели дети. Я был у них в гостях. Они умилили меня. Они сказали: «На других мы производим более неприятное впечатление».

Фотокросс с мотоциклом. Кросс по кругу. Все бегут за мотоциклами. У каждого бегущего — три фотоаппарата. По условию. Самое интересное начинается, когда становится непонятно, кто за кем бежит и зачем вообще это нужно.

Зрелище прекрасное. Вид необычный. Все кричат.

Некоторые бросают фотоаппараты. Очко. Некоторые бросают по два — два очка. Иные три — три очка. Четыре очка — не бывает. В связи с фотоаппаратами. Только три. Но не четыре. Чем больше очков, тем лучше. Или хуже. Не в этом дело. Очки идут. Мотоциклы стучат. Все довольно мило.

Потом люди расходятся группами. Спорят. Хихикают. Бьют друг друга по морде. Крик. Ругань. Группы.

И все от чего?

Оттого все, что кросс фото-мото, и все.

И перейдем плавно и пластично к следующей теме, не менее важной и серьезной, с точки зрения людей порядочных, к которым мы относимся.

МОЧАЛКА! Сколько в этом слове для людей всех поколений и всех национальностей совпало!

По-русски — мочалка!

По-украински — вихотка!

По-азербайджански, по-индийски, по-немецки, по-английски, французски, аварски, венгерски, чешски, польски, старославянски, чеченски, шведски, норвежски, татарски, еврейски, фински, японски, афгански, таджикски, албански, хорватски, китайски…

Прошу при печатании не пропустить ни одну страну, ни один на земле язык, дабы слово МОЧАЛКА звучало на всех языках мира как символ дружбы, символ сближения всех народов земли, всех национальностей, как больших, так и малых, независимо от их принадлежности к любой партии, вероисповедания и шатания в любую сторон)'. Я приветствую на этих страницах все народы, весь мир, всех людей, и тех и этих, и других, и разных.

Так. Очень хорошо. Отлично! А теперь пожмем друг другу руки и взглянем в девичьи лица и пойдем всей землей в баню. И будем мыться.

— Потрите мне спину мочалкой!

— Мочалку потеряли?

— Катитесь вы со своей мочалкой к… матери!

Ну и покатимся. Дальше. По этим страницам. Помылись и покатились. Теперь мы с вами «господа чистые!». А что бы мы без мочалки делали? Терли бы вас, нас, их, них, всех тряпками, пемзами, зазгами (слово случайно подвернулось!), дохлыми кошками, конским навозом, собачьими хвостами, электрической лампочкой, обложкой от книжки Вильяма Козлова (заметьте, я увековечил имя своего друга, приятеля, товарища, писателя!), табуреткой, доской, собачьим хвостом (не важно, что второй раз, не один же раз мыться в жизни!), кордебалетом, шкафом, утюгом, ежом, да мало ли чем терли бы мы, и вы, и они, и все, и другие, не будь этой самой мочалки. В крайнем случае терлись бы тряпками, ненужными старыми трусами — но разве это хорошо, удобно? И назвали ее немолчалкой, потому что она не молчит, звучит на весь мир и сближает народы и смывает грязь…

Ну у нас тут и кроме мочалки есть о чем поговорить, уж я вас доконаю, милые мои, дорогие мои (повторяюсь, и хрен с ним!), и редким даром красноречия и выдающейся нудностью, и несравненным оптимизмом, и средними ругательствами (но это я постараюсь исправить!)…

А теперь выпьем!

— Вы сколько можете выпить?

— А вы?

— Я сколько могу, столько и могу!

— А я вообще не могу (в смысле болезни).

— А я свою бочку выпил. Каждому своя бочка уготовлена. Можешь вначале выпить, а можешь — в конце. Раньше не пил, потом выпьешь. Никуда она не денется. Раньше выпил — дело хуже. Есть, правда, и такие: свою бочку выпьют да и чужую, как говорится, опрокинут. У меня был один приятель — так он, чтобы не соврать, штук десять чужих бочек выпил, не считая своей, одиннадцатой. Бывает, правда, ни одной бочки не выпивают, бывает, свою недопивают, бывает, полбочки выпивают. Остальную половину можно приятелю отдать, поделиться с приятелем не грех. Хуже, когда пьют тайком от друзей, от приятелей. Это уже свинство форменное. Пить нужно вместе. Собираться и пить. Кодлом. Женщины подобное кодло украшают, как цветы быдло. Ну, выпили! Оп! Есть!

Селедочкой. Огурчиком. Миногой… Судак под маринадом. Корочка с солью… Рукавом. Носком. Ботинком. Красной икрой. Черной. Не важно чем. Сыром зеленым… По второй! Оп! Водка! Наша! Русская! Можно пивом запить. Кто как хочет. У каждого свои привычки. Я, к примеру, водой запиваю. У меня много общего с этим, как его… Сократом. Как до нас, до меня, до всех дошло из тех времен, он водой запивал. Заметьте, я все выдумал специально, чтобы меня считали умным человеком. Я могу это доказать, приложив ниже трактат о том, кому можно подсаживаться к нам, когда мы выпиваем.

Трактат о том, кому можно подсаживаться, а кому нельзя. Например, мы пьем. Нас двое. Пришли нежелательно подсаживающиеся. На хрена нам! Следует сказать: «Мы не хотим». В противном случае, по своей мягкости, нерешительности, чистосердечности, доброте и т. д. не заявишь со всей прямотой и твердостью: «Мы не хотим!» — не напьешься до предела. Нужно сурово и жестко, со всей строгостью относиться к людям, которые нежелательно подсаживаются. Таких людей карать, штрафовать. Советую ввести эту меру в кабаках, барах, ресторанах, вагон-ресторанах, на лотках, в шинках, погребках, закусочных, рюмочных, кафе, в домашних условиях, крыше-вагонных условиях (имею в виду безбилетников), в морских условиях, магазинных условиях (имею в виду пол-литра на двоих). С третьего неминуемо штраф. Третий должен знать об этом. Третий должен уйти. Другое дело, когда нам желателен подсаживающийся. Тогда все меняется. О штрафе не может быть и речи. Жест энергичной пьяной руки. Улыбка до ушей. Пол-литра на троих!

О пьянстве хватит. Можно подумать, люди только тем и занимаются, что пьют. Конечно нет. Но к пьянству мы еще вернемся. Поскольку тема не из последних, а может быть, даже одна из важнейших тем человечества, если не считать темы созидания, учебы, семьи, любви, морали, чести, спорта, живописи, культурно-массовых мероприятий, прогулок на свежем воздухе, трезвенности, бокса, кулинарии и других отраслей (собаки тут, конечно, ни при чем, хотя собаки и кошки тоже причем).

О пьяницах много писали, а они все пьют. Как будто о них писали мало или они ничего не читают? Все больше пьют? И себя со стороны не видят. Пусть они это прочтут. И себя увидят: в каком они неприглядном виде — нелепом, глупом и жалком. И как им не стыдно! Зачем они пьют? Что им, плохо, что ли? Им, по-моему, хорошо. А они пьют. От хорошего человек не будет пить. Значит, им плохо. Поэтому они пьют. А к чему это приведет? Надо, чтоб приводило к чему-то. Ну хотя бы к славе или к богатству. А пьянство к этому не приводит. Наоборот. Человек станет нищий. Он все свои деньги пропьет и будет без денег. Поесть у него не будет. Плохо ему будет. А надо, чтоб ему было хорошо. Чтоб все у него было. Кран, стенка, пол, носки, книги, куры, самовары. А он пьет. Ему же хуже! Те деньги, что он пропил, мог бы сохранить или фруктов поесть. Ну хотя алычи, айвы, арбузов, дыни. Да не только дыни! Можно даже рояль купить. Играл бы себе на рояле. Жена бы пела…

Мы мужественно оставляем эту тему.

Хотя жалко с ней расставаться.

…Сидят за столом, а стол накрыт. Зубровка. Спотыкач. Первач. Чача. Чего только нет! Шампанское для Евтушенко (я всех своих знакомых не забываю славить, не говоря уж о приятелях, друзьях). На столе стоит бутыль спирта, это для тех, кто намерен напиться до предела. Под столом ковры. Вались под стол и спи. Для женщин один стол, для мужчин другой. Чтобы под столом был порядок!

Вон за перечницей бутылка норвежского рома. Сбоку, я вижу, имеется армянский коньяк. Хороший все же народ — армяне! Грузинское вино. И грузины народ неплохой. Азербайджанское виноградное. Хороший народ — азербайджанцы! Русская водка. Молодцы русские! А вот и другие «народы» выстроились на столе. Весь мир. Пил, пью и буду пить! Выпьем, запьем, упьемся, напьемся, попьем, нальем, отольем, отлей, подлей, лей, ей…й… недолив, перелив, отлив, прибой, бой…ой……. (икота) поровну, ровно, нечестно, несправедливо (в смысле — налили, разлили). Не хватает, достаточно, на двоих, на троих, на четверых, закуска, водка, од-кха! (Рвота). Рюмки, стаканы, фужеры, стаканчики, рюмочки, стопочки, стопари, гоп-гоп-оп-ля! (в смысле дернул, опрокинул, выпил). Водка, од-как! Хорошо!.. По второй, по вто…р…им! По в… сбился). Трах! упал, сверзился, свалился.

На празднике можно и выпить. Один день. Второй. Каждый день. Через день. С утра. Вечерком. В полдень. Можно выпить. Можно и погулять. Но работу надо знать. Кончил дело — гуляй смело. И пей себе на здоровье!

Пиво. Шампанское. Сладкое. Полусладкое. Сухое. Игристое. Искрящееся. Советское. Немецкое. Венгерское. Французское…

Перейдем на другую тему.

Я вам голову забил этой белибердой?

Роман идет неровно. Не компонуется. Если я повторяюсь — вы вычеркните. Обождите. Так. Скомпоновали. Пошли дальше.