Избранник поневоле
Шрифт:
– Никто ничего не заметит!
– ободряюще хлопнул его по плечу Анатолий.
– Мы быстренько. Наберем только винограду и обратно! Колонна все равно без нас не уйдет…
К ним подошел Леха Соколов, и они все вместе отправились в "зеленку", пробравшись туда через пролом в дувале. Двое собирали виноград в гимнастерки, двое караулили. Но, видимо, смотрели плохо…
Длинная очередь срезала троих из них, каким-то чудом миновав
Анатолия. Стреляли со стороны дувала. Он упал на землю, срывая автомат, висевший на голом плече. В зарослях замелькали чалмы. Он дал очередь. В ответ
"Вот тебе и прочесали местность!" - со злостью подумал Анатолий, ожесточенно отстреливаясь от наседавших душманов и постепенно отступая вглубь виноградника.
В магазине кончились патроны. Он вытащил рожок и вставил новый, который был прикреплен к нему изолентой. И тут на него сверху кто-то прыгнул. Он успел перехватить руку с ножом. Между ним и душманом завязалась смертельная борьба, в которой кто-то из них должен был умереть…
Иван тянулся зубами к горлу своего врага, тот отчаянно сопротивлялся. Страх смерти придал этому человеку силы. Но Иван знал, что тот долго не сможет сопротивляться его бешеному натиску.
Вдруг перед глазами словно пробежала какая-то волна, смывая черты этого человека. Теперь на него смотрело совсем другое лицо, но он никак не мог вспомнить, где его видел. Знал только, что с этим человеком связано что-то важное в его жизни…
Жажда убийства, владевшая им в последнее время, куда-то пропала.
Теперь он не стремился уничтожить этого человека, он только сдерживал его руки, норовившие вцепиться в его горло.
– Убей его!
– услышал Иван тихий вкрадчивый голос.
– Это - твой враг!
По лицу человека снова пробежала волна, возвращая прежние черты.
Иван почувствовал, как жажда убийства снова начинает заполнять его существо. Он зарычал и опять потянулся к горлу врага. И в этот момент человек заговорил, пыхтя от напряжения…
– Врешь, гад! Не возьмешь!.. Придушу, сучара!
Звуки голоса словно отрезвили Ивана. Пелена спала с глаз, и он снова увидел эти знакомые черты. Только теперь он знал, кому они принадлежали.
– Толян?
– сказал Иван, отпуская его.
Вместо ответа Анатолий схватил его за горло и стал душить.
– Толик, ты что, не узнаешь меня?
– прохрипел Иван, пытаясь ослабить его хватку.
– Это же я, Ванька, твой друг! Отпусти меня!
В налитых кровью глазах Анатолия появилось осмысленное выражение.
Пальцы разжались, и два друга с изумлением уставились друг на друга.
Потом Иван схватил его рукой за затылок и прислонился своим лбом к его лбу.
– Толян, дружище!
– Что это было?
– спросил тот.
Иван пожал плечами.
– Подозреваю, кто-то очень хотел, чтобы мы поубивали друг друга. Я даже догадываюсь, кто это был…
– Кто?
– Хозяин! Он попытался довести нас до озверения…
В этот момент в голове Ивана опять зазвучал этот голос:
– Иван, ты ведь не станешь верить, что это - твой друг? Это - твой враг!
Он искусно замаскировался. Он
хочет убить тебя…– Нет!
– зло закричал он.
– Это ты хочешь, чтобы я убил его! Это ты пытаешься обмануть меня! Все твои слова пропитаны ложью! Ты говорил, что
Бог жесток, что это Он не давал мне счастья в этой жизни, что я сам творил много Зла! А ведь это ты заставлял меня творить Зло! Это ты, а не Бог, делал все, чтобы я обозлился! Ты обманом сделал так, чтобы я помог вам выбраться в наш мир! Но теперь все… Шабаш! Я тебе не верю! Ты - мой враг!
– Я твой друг, Иван! Вспомни, как хорошо тебе было…
– Замолчи! Я не хочу тебя слышать!
– Ты еще не готов воспринимать реальность такой, какая она есть на самом деле, - ответил на это Хозяин.
– Жаль, я надеялся на взаимопонимание.
Твое время еще не пришло…
Голос пропал, и Иван вдруг ощутил, что остался совершенно один во тьме, пришедшей на смену ночному лесу его последнего видения.
– Толя!
– позвал он, но друг не откликнулся.
В его душу на мягких лапах прокрался страх и принялся давить на сознание. Он попробовал пойти вперед, но при каждом шаге ему казалось, что под ногами разверзнется бездонная пропасть. Парень ничего не мог с собой поделать. Это чувство было так сильно, что заставило его, в конце концов, остановиться.
Липкий пот выступил на лбу. Он почувствовал, как намокла рубаха на спине. Сердце гулко колотилось, отдаваясь ударами в висках, глаза напряженно вглядывались в кромешную тьму, силясь что-нибудь разглядеть.
Тщетно…
Внезапно тьма сгустилась, потом стали вырисовываться какие-то неясные фигуры. Но еще раньше его захлестнула волна дикого ужаса, парализующего все существо. Такой панический страх Иван уже испытывал раньше, приходилось ему видеть подобное, в первую ночь после Прорыва на квартире у Гоши. Черные Демоны…
– Ванечка, милый, сопротивляйся!
– услышал он вдруг до боли знакомый, еле различимый, как шелест листвы, голос.
– Не сдавайся!
– Василисушка!
– простонал парень, чувствуя, как слезы бессилия выступили на глазах.
– Помоги, родная!
– Тьма боится Света!
– пришел ответ.
– Зажги Свет, милый!
Иван почувствовал, как кто-то ласково прикоснулся к его голове, провел по волосам, заставляя успокоиться сумбурно мечущиеся мысли, возвращая самообладание. Он зажмурился, чтобы не видеть эти страшные безликие фигуры. Но даже сквозь закрытые глаза парень видел их так же отчетливо, как если бы и не закрывал их. Как и обещал в свое время Володя, "третий глаз" сыграл с ним дурную шутку. И тогда Иван представил себе…
Яркий свет вдруг ворвался в глаза. Он почувствовал, как изменилась обстановка вокруг него. Стало теплее, страшная, давящая сила куда-то пропала. Иван открыл глаза, но сразу же зажмурился. После кромешной тьмы солнечный свет слепил…
Когда он смог, наконец, оглядеться, его глазам предстала прекрасная и удивительная картина. Солнечные лучи ласкали древние стволы дремучего соснового бора, в котором он находился. Сквозь переплетение ветвей проглядывало ярко-синее небо, по которому проплывали редкие белые облачка. Совсем, как дома…