Чтение онлайн

— Патч, стреляй в него, очнись, — громко выкрикнул Трейтон, регулируя джойстиком положение камер, закрепленных на потолке коридора.

— Не могу, он стоит возле наших. Я их всех поджарю, — дрожа всем телом от страха, ответил Андерс.

Демон повернулся и гневно посмотрел на застывшего в нерешительности молодого спецназовца. Воспользовавшись его заминкой, он замахнулся саблей на попытавшегося подняться громилу Лэйна и с легкостью отрубил ему кисть правой руки. Лэйн взвыл от боли, как раненый зверь, сжав левой рукой запястье, пытаясь уменьшить потерю крови.

Брюс вытянул из футляра

Почувствовав угрозу в его уверенном поведении, демон насторожился и зашипел на него, как дикая кошка.

— Андерс! Подумай о своей девчонке, которая ждет тебя дома, а не об этих парнях, которым ты уже ничем не сможешь помочь! — сказал Харт.

— Но ведь я их поджарю заживо! — выкрикнул Патч, сжимая изо всех сил огнемет.

— Делай, что я скажу, и мы останемся с целыми задницами.

Медленно, без резких движений, Брюс навел лазерный генератор прямо на демона, находящегося в пятнадцати метрах от него.

— Прицелься на три метра правее твари и направь ствол огнемета прямо на потолок. — Харт был уверен, что тварь поведет себя точно так же, как и те, которых он убил в кармане, и после выстрела сразу взметнется вверх к потолку. Брюс сам не понимал, откуда у него взялась сила, позволявшая сохранять хладнокровие.

— На счет три стреляй, куда я сказал!

Андерс лишь плотно сжал губы в ответ и затряс головой, всем своим видом давая понять, что все правильно понял. Брюс навел красный луч прицела прямо на грудь оскалившейся твари и без всякого отсчета сразу же выстрелил. Лазерный луч ярко-синего цвета мгновенно пробежал по красной нити прицела и прожег насквозь завизжавшего демона. Взмахнув крыльями, он взлетел вверх, зацепившись когтями за потолок. Рана была смертельной, и если бы на месте твари был человек, он бы непременно сразу же скончался. Истекая какой-то зловонной черной слизью и пылая лютой ненавистью, демон бросил гневный взгляд на Харта. Казалось, еще секунда, и он бы прыгнул и разрубил его на куски.

— Огонь, Патч, уже три — стреляй!

Длинный язык кипящего пламени облизал завопившую тварь, заставив ее выронить саблю из рук. В пещере раздался громкий металлический звон. Поджаренная тварь разжала когти и бесформенным куском дымящейся плоти полетела с потолка прямо на пол вслед за саблей. Андерс пришел в себя от нервного шока. Заметив, что Брюс перевязывает обрубленную выше кисти руку Лэйна, он осторожно приблизился к обгоревшим останкам демонической твари и с расстояния трех метров выпустил в нее еще несколько раскаленных струй пламени.

— Остановись, Андерс, с ней все кончено! Зайди в проем и как следует осмотрись там, — приказал Трейтон, пытаясь остудить его пыл.

Затем, быстро переключившись на Харта, он добавил:

— Молодец, Харт, ты меня удивил своим умением хладнокровно оценивать ситуацию. Можешь быть уверен, что отпуск на Гавайях у тебя в кармане.

— Ловлю вас на слове, шеф, вот только если за этой дьявольской дырой притаилась еще одна тварь, то боюсь, отпуск пройдет в более отдаленном месте.

Трейтон отправил в пещеру еще четверых спецназовцев, которые вынесли наружу тела всех

Андерс снял с себя тяжелый баллон и остановился прямо перед проемом, крепко сжав скорострельный автомат. Как и большинство молодых людей, он не сильно задумывался о реальности существования Бога, но теперь Патч закрыл глаза и всем сердцем искренне взмолился к высшему разуму, который и был в его понимании Богом. Он даже не пытался подбирать необходимые для молитвы слова, поскольку просто не знал их. Вместо этого он напряг свои внутренние силы и, едва заметно шевеля губами, произнес:

— Помоги, Господи, помоги, и я сделаю все, что Ты мне прикажешь!

— Андерс, ты не заснул там случайно, сынок? Может, мы тебе колыбельную споем? — строгим голосом поторопил его Трейтон.

Глубоко вдохнув воздух полной грудью, он вжал голову в плечи и нырнул во мрак проема, излучающего холодный, затхлый запах смерти. Сделав кувырок, он жестко приземлился на одно колено. Сильно ударившись плечом о массивный круглый камень, он выпустил две короткие автоматные очереди по дальним углам каменного склепа. Андерс досчитал до десяти, но никакого движения, кроме осыпающейся с потолка пыли, внутри не выявил. Расслабившись, он радостно выкрикнул:

— Здесь все чисто, парни, можете заходить!

Встав на ноги, он прислонил автомат к стене и, развернув микрофон внутренней связи от себя, принялся отряхиваться от пыли, шепотом пародируя Трейтона: «Может, тебе еще и колыбельную спеть, сынок?».

— Тоже мне папаша нашелся, сам сидит там, снаружи, греет зад на солнце и боится сюда даже свой нос сунуть.

Во время кувырка он растянул мышцы предплечья на правой руке, и теперь она ныла, вызывая острую неприятную боль. Патч завел левую руку за поясницу и принялся усиленно вращать правой, пытаясь разогнать скопившуюся в травмированной мышце молочную кислоту.

Брюс осторожно приблизился к проему. Внутренний голос ему подсказывал, что все еще далеко не закончено, и как только он подумал об этом, какая-то нечеловеческая сила крепко схватила Андерса за руку. С легкостью оторвав его от пола, демон раскачал в воздухе тяжелого парня, как тряпичную куклу, и несколько раз с устрашающей силой ударил спиной о потолок.

Сквозь отрывистые глухие крики раздался отчетливый треск ломающихся костей. Когда Андерс затих, демон швырнул искалеченное тело спецназовца, как смятый в ком лист бумаги, на каменную стену пещеры. Харт не хотел быть следующей жертвой. Он уверенно шагнул в проем и осветил ярким лучом света угол, из которого взывал о помощи едва живой Патч.

Рык хищной твари, смешанный с характерным звуком разрываемой плоти, гвоздем вонзился в мозг Харта. Склонившийся над Андерсом демон обернулся на свет, и Брюс ужаснулся, увидев, что из его окровавленной пасти свисают куски кожи и мяса, вырванные клыками с шеи Андерса, как на полотне Гойи «Сатурн, пожирающий своего сына». Нажав изо всей силы на курок, Брюс выстрелил прямо в голову пришедшего в исступление от вкуса человеческой крови демона. Тот сразу же разжал когти и, выпустив из них бьющегося в предсмертных конвульсиях Патча, выпрямился во весь рост. Расправив крылья, он угрожающе заревел, оскалив окровавленную пасть.