Из забвения
Шрифт:
Из дома пацана слышался тихий детский плачь. Мы прошли через горницу в общую комнату, где у печки на скамье лежала осунувшаяся женщина с уставшим лицом. Мелкий пацан тихо плакал, теребя рукав рубахи матери, а девчушка с растрёпанной русой косой пыталась его успокоить. Оглянувшись на нас, мелкий замолк и удивлённо задрал голову. Ведь я был очень высок по сравнению с многими местными жителями. Девчонка испуганно ойкнула и прижала к себе брата.
— Не бойся, девонька, не обижу, — ровным спокойным голосом обратился к Рябинке. — Уведи младшего братишку к соседям и сама там побудь. Ненужно тут мешаться.
— Ужик, ты вернулся! — заметив старшего брата, кинулась девчонка тому на шею. —А это кто?
— Это Кощей, хочет нам помочь и ещё
Рябинка подхватила захныкавшего мелкого и без разговоров покинула избу. А я огляделся, придвинул ближе к женщине табурет. Усевшись, активировал несложную руну определения недуга из лечебной обоймы. Фрося тяжело дышала с хрипом, её бил озноб, и капли пота покрывали бледное, измождённое лицо. Сначала я усыпил её, а затем руна выявила заболевание организма, чем-то похожее на нашу английскую потливую горячку. Довольно опасная и с большим процентом летального исхода. Отправив Робингуда готовить три лежака для будущих пациентов, начал вытягивать эманации болезни, попутно заживляя повреждённые органы. Работа рун проходила в невидимом диапазоне для обычных людей, но я видел, как серо-коричневые жгуты покидают тело женщины. Дыхание выровнялось, хрипы прошли, лицо разгладилось. Проверив внутренние органы, убедился, что всё залатал качественно и болезнь ушла. Теперь ей нужен покой и горячие бульончики с отварами и мёдом.
Размяв затёкшую шею, глянул в оконце. На дворе уже вечерело. Принесённые пациенты тяжело хрипели на лежанках, а мужики с пацаном удивлённо смотрели на Фросю.
— Ну и чего стоим, сиськи мнём? — ехидно поинтересовался я у столпившихся. — Все, кто не помощник и не староста, покиньте помещение. Дышать мешаете. И кубышки свои откапывайте, да на рыбалку сходите, будем чудодейственный супчик варить. Ни в жизнь не поверю, что не припрятали от сборщиков что-то вкусное и полезное. Нужен рис, овощи, душистые травы, лук и лавруха. Хотя навряд ли лавровый лист тут растёт. Ну а вдруг есть? — Прищурившись, посмотрел на засмущавшихся мужиков. Видать, угадал я со схронами. Ну, а так как птицу всю сборщики налогов утащили, будем делать наваристую уху с рыбкой.
Пока лечил остальных пациентов, думал об их заболевании. По симптомам похоже на заразную болезнь, но, просканировав мужиков, я не нашёл её следов. Видать, какой-то схожий патоген или вирус, реагирующий на определённый тип организмов. Ну да ладно, не заразился никто, и то хорошо.
Уже глубокой ночью начал колдовать над ухой. Мужики удачно поймали десяток окуней, пару крупных щук и ещё разной мелочи. Причём щук притащил Робингуд. Нужда с боязнью за близких активировала в них скрытые способности рыболовов. Так-то бывшим больным уже ничего не угрожает, но что бы полностью восстановить организм, нужно хорошее питание. Рассортировав на столе ингредиенты для ухи, нашёл большой котелок и приступил к кулинарному колдовству. А через неполный час, по внутреннему ощущению, целебный шедевр был готов. За оконцем как раз назревал рассвет.
Бывшие больные друг за другом стали приходить в себя и удивлённо оглядываться на незнакомого гиганта, что-то весело подпевающего себе под нос, возясь у печи из которой распространялся одуряющий аромат наваристой ухи из нескольких рыбин. А я, взяв ухват, подцепил горячий котелок и выставил его в центр стола. Кивнул одному из помощников, и тот быстро метнулся к полкам, рассортировал глиняные тарелки с ложками.
— Кушать готово. Садитесь трапезничать. Пожалуйста, — весело улыбнулся я, приглашая всех за стол.
Глава 8
На долго задерживаться в деревне не стал. Как только пациенты ожили, я собрался, оседлал свою Пегую кобылку и направился в город Сокол. Предварительно узнал у Пантелея о свободных земельных участках поблизости с болотом, желательно таком же, как и их деревенька. Оказалось, что в версте от Болотицы заканчивается
граница баронства Блохиных и начинается неплохой, на мой взгляд, участок с выходом на болото и захватывающий некоторую часть подлеска с куском земли. Местным землевладельцам он был не интересен, а я поспрашивал деревенских, убедился, что он идеально подходит для моих планов.Во второй половине дня показались стены города Сокол. Память подсказала, что в моё время тут были леса, холмы и луга, уходящие дальше на юг и упирающиеся в протяжённый вал гор с множеством троп через них. С другой стороны гор когда-то было крупное стойбище не очень агрессивных кочевников, занимавшихся разведением крупнорогатого скота и лошадей. Как сейчас у них обстоят дела, мне не известно.
— Вход в город два медных с человека, за кобылу, три, — преградив мне путь в ворота алебардами, хмуро ознакомили с прайсом два стражника.
Цена, скорее всего, завышена. Накинули по одному медяку стражи порядка. Впрочем, обычное дело для любого мира. Покопавшись в своём кошеле, выудил пять медных монет из обменянных у кузнеца Бера на трофеи от разбойников в виде нескольких ножей. Сунул деньги в потную ладонь запакованного в простую кирасу крепышу с пышными усами и пьяными глазами, сверкавшими из-под козырька железного шлема. Поинтересовался у служивых, где ближайший постоялый двор с хорошим питанием и спокойными посетителями. Подсунул ещё пять монет для сговорчивости. Усатый сразу проникся. Повеселев описал два таких заведения поблизости с хорошей кухней, но посоветовал всё-таки остановиться в Лосином Роге. Там любят отдохнуть стражники после смены, и тёмных личностей по этой причине не бывает. А жена хозяина постоялого двора готовит изумительные отбивные из лосятины, да и остальные харчи не низкого качества, пиво и если есть излишек монет, то вина можно опробовать хорошего с Югов. Упомянув выпивку, стражники мечтательно сглотнули.
Словоохотливый страж, любящий выпивку и взятку. Находка для шпиона. В моём случае самый лучший путеводитель по незнакомой территории. Раскланявшись с блюстителями порядка на воротах города, неспешно пошёл в указанную сторону по брусчатой мостовой из плоского камня, с любопытством осматривая местную архитектуру. Проходил мимо домов, имевших максимум два этажа, причём второй этаж преимущественно из дерева, а фундамент с первым этажом - каменные. Похоже, это были доходные дома или частные, среди которых затесалось несколько лавок пошива одежды, травника и мелкого ювелира. Дальше виднелись ещё какие-то вывески, но мне нужен был второй поворот, выведший меня к Лосиному Рогу. Время ещё будет устроить себе экскурсию по местным достопримечательностям, а пока визуально оценил постоялый двор.
Обширная территория, огороженная двухметровой деревянной оградой с настежь распахнутыми воротами. В центре широкое двухэтажное строение с большой раскидистой лопатой рога какого-то гигантского лося над входом. Тут же пристроена веранда с десятком столов и несколько посетителей, чинно попивающие чаёк или общающиеся с соседом. С одной стороны двора широкая конюшня с навесом от непогоды, пара хозяйственных построек и похожая на баню избушка у противоположной ограды.
Кинул поводья вместе с медной монетой подбежавшему парнишке в добротной одёжке и, подхватив перекидные сумки с заплечным мешком, направился в местную гостиницу устраиваться на постой. Посетители на веранде, прекратив разговоры, с интересом проводили меня взглядами до входа.
— Доброго здравия! — сгрузив свою ношу у стойки, поздоровался с лысым крепышом, который что-то записывал в свой гроссбух. — Лосиный Рог, мне стражник с шикарными усами посоветовал на воротах. Есть место у вас для путника на пару тройку дней, а может и дольше?
Отложив перо, крепыш протёр лысину платком и внимательно осмотрел меня, прищурив правый глаз. Оценил мою одежду, немного скривившись, но заметив перекладные сумки и полный заплечный мешок, видать, поменял своё мнение в мою пользу. Встречают по одёжке, так сказать.