Чтение онлайн

Законничество — это слово, уж конечно, не из словаря беглецов. Тем не менее они очистили свою внешнюю жизнь. А постепенно и внутренняя их жизнь тоже стала изменяться.

Они не боялись покорности или власти. Они вообще не думали и не говорили об этом. Почему же они шли за ним? Точнее говоря, они и не шли за ним. Просто он был для них… Давидом. И объяснений уже не требовалось.

Таким образом, родилось…

Настоящее царство.

— Почему, Давид, почему?

В пещере беспокойно толклись люди. С большим трудом они начали успокаиваться. Все были в замешательстве, как и Иоав, который за всех вопрошал к Давиду и ждал немедленных ответов.

Давид, казалось бы, должен был смутиться или начать оправдываться. Но ни того, ни другого не последовало. Он смотрел как бы сквозь Иоава так, будто видит иной мир, коего никто из окружавших его не может увидеть.

Иоав подошел к Давиду, встал прямо перед ним и обрушил на него все свое возмущение:

— Сколько раз он покушался на тебя в своем дворце! Я своими глазами видел, как он бросал в тебя копья. Наконец, ты сбежал. Уже годы, как ты — заяц для его охоты. Более того, весь мир верит его клевете на тебя. И вот он, сам царь, пришел обыскать все пещеры, ямы и канавы, чтобы найти тебя и убить, как собаку. Но сегодня он был на конце твоего собственного копья, и ты ничего не сделал!

Посмотри на нас. Мы снова звери. Менее чем час назад ты мог освободить всех нас. Да, мы все могли бы быть свободны прямо сейчас. Свободны! И Израиль тоже. Он был бы свободен. Почему, Давид, почему ты не покончил с этими годами нищеты?

Люди неловко зашевелились. Они не привыкли видеть, как упрекают Давида.

Давид долго молчал.

— Потому, — начал он медленно (и с мягкостью, которая как бы подчеркивала: «Я слышал, что ты спросил, но не как ты спросил»), — потому что когда-то… очень давно, он не был бесноватым. Он был молодым. Он был великим. Великим в глазах Бога и людей. Ведь это Бог сделал его царем, Бог, а не люди.

Взорвавшись, Иоав выпалил:

— Но сейчас-то он бешеный! И Бог оставил его. Нет, Давид, он все же убьет тебя!

На этот раз ответ Давида прозвучал быстро и твердо:

— Пусть лучше он убьет меня, чем я научусь у него.

Пусть лучше он убьет меня, чем я стану таким, как он. Я не буду заниматься тем, что рождает в царях бешенство. Я не буду ни метать копья, ни растить ненависть в своем сердце. Мстить я не буду. Я не буду убивать Божиего помазанника. Ни сейчас. Ни потом!

Иоав был не в состоянии вместить такого бессмысленного ответа и порывисто исчез во тьме.

В эту ночь люди легли спать на холодных мокрых камнях, недовольные и не понимающие нравственных самоистязаний их вождя, его благородного отношения к царям, в особенности, бешеным.

А Ангелы в ту ночь смотрели на мир с надеждой, что Бог еще даст Свою Силу достойному сосуду.

Что же за человек был Саул? Кем был тот, кто сделался врагом Давида?

Помазанник Божий. Освободитель Израиля. И все же его помнят, главным образом, за его безумие.

Но забудь плохое. Оставь осуждение. Забудь эту его репутацию. Посмотри на факты. Саул был одной из величайших фигур в истории человечества.

Он был избранник Божий. К тому же его род был родом особым. В его родословии было несколько великих людей всего человечества: Авраам, Иаков, Моисей. Это были его предки.

Помнишь историю? Авраам основал народ. Моисей освободил этот народ от рабства. Иисус Навин дал этим людям ступить на землю, которая была обещана им Богом. Судьи удерживали все от развала и полного хаоса непокорности.

Тогда-то и появился Саул. Именно Саул взял этих людей и соединил их в единое царство.

Саул объединил непокорный народ и основал царство. Немногие люди совершали такое. Он создал армию из ничего. Он побеждал в битвах Божией силой, поражал врага вновь и вновь. Не многим такое удавалось. Помни это, и не забывай, что на этом человеке было Божие благословение. Более того, он был пророком. Дух сходил на него с силой и могуществом. Он говорил и делал невиданные вещи, и все — силой Духа, почивающего на нем.

Он был всем тем, чем люди хотели бы быть и сегодня: облечен реальной силою свыше, способный делать многое — даже то, на что не идет Бог, — вождь избранный Богом, с силой от Бога. Он был Божиим помазанником, и Бог относился к нему именно так.

Но одновременно… Он был снедаем завистью, исполнен гордостью и готовностью жить в духовной тьме.

Есть ли правда в этих противоречиях? Да, есть, и она разобьет вдребезги многие из твоих представлений о власти, о великих людях, о Божиих помазанниках и, о Самом Боге.

Многие люди молятся о даровании им силы. С каждым годом — все больше. Эти молитвы звучат мощно, искренне и без сомнений.

Однако кроется ли за этой молитвой и рвением что-то кроме честолюбия, жажды славы и желания быть признанным героем? Так молится человек, который может даже не подозревать об этом, но темные мотивы и желания тем не менее находятся у него в сердце… и в твоем сердце тоже…

Даже когда люди молятся об этом, внутри они остаются пустыми. Внутренний духовный рост отсутствует. Молитва о силе и власти — быстрый и короткий путь в обход внутреннего роста.

Существует огромная разница между внешним облечением силою от Бога и внутренним наполнением жизнью Духа. В первом случае, несмотря на данную силу, скрытый внутренний человек может остаться прежним. В последнем же — этой силой изменяется неизменимое ничем иным, кроме нее.

А Бог? Он слышит в любом поколении все эти просьбы о силе, эти пламенные молитвы от молодых людей. И Он отвечает на них! Очень часто. Он удовлетворяет эти просьбы о силе и власти. Иногда, внимая им, Он говорит «да» порою очень недостойным сосудам.

Как?! Он наделяет силой недостойных людей? Своей силой? Даже если эти люди внутри — груда мертвых костей?

Почему Бог делает такое?

Ответ и простой, и в то же время обескураживающий. Иногда Он наделяет недостойные сосуды большей силой, чтобы со временем обнажить для всеобщего обозрения истинное состояние внутренней наготы в этом человеке.

Поэтому подумай еще раз и запомни. Бог иногда дает силу людям без видимых причин. Человек может жить в самом грубом из грехов, а внешний дар при этом будет по-прежнему действовать совершенно. Дары Бога, данные однажды, неотъемлемы. Даже при наличии греха.