Чтение онлайн

Весной 1915 г. произошло событие, которое сыграло ключевую роль в решении США вступить в войну. Обстоятельства потопления немецкой подлодкой английского пассажирского корабля «Лузитания» остаются спорными по настоящее время. Но гибель 1198 человек, среди которых были 124 американских гражданина, вызвала в свое время такой взрыв негодования американской общественности, что президент Вильсон был вынужден в резкой форме потребовать от кайзеровского правительства недопущения подобных акций в дальнейшем во избежание ответных мер со стороны Вашингтона. Активизация помощи противникам Германии, а тем более вступление США в войну на их стороне не входило на том этапе в планы германского правительства. Тот факт, что Германия на некоторое время прекратила эти нападения, был расценен как прямой результат предпринятых лично Вильсоном усилий, что не замедлило сказаться на росте его авторитета и популярности в Соединенных Штатах.

Спустя много лет после гибели «Лузитании»

можно лишь предполагать, к каким последствиям могла привести публикация доступных сегодня данных, стань они известными мировой общественности в военные годы. К 70-м гг. XX в. стало известно, что потопление этого крупнейшего в то время в мире лайнера явилось результатом не только пиратских действий Германии в открытом море, но и преднамеренных действий английского правительства, рассчитывавшего любой ценой вовлечь Соединенные Штаты в войну с Германией на своей стороне. Наличие в США влиятельных политических сил и деловых кругов, заинтересованных в прямом вмешательстве в империалистическую войну, способствовало облегчению задачи, стоявшей перед английским правительством, — отплывший из нью-йоркского порта пассажирский лайнер «Лузитания» был вооружен и имел на борту груз боеприпасов, вопреки категорическому запрещению Государственного департамента США и положениям международного права. Вооружив лайнер и разместив на нем груз боеприпасов, английское правительство при попустительстве официальных американских властей практически отправило на верную гибель ок. 1200 мирных граждан. Эта версия происшедшего подтверждалась тем фактом, что 30 апреля 1915 г., т. е. в день отправления «Лузитании» из нью-йоркского порта, газета «Нью-Йорк геральд» поместила платное объявление немецкой общины Нью-Йорка, призывавшее американцев не плыть на «Лузитании». Это объявление должно было появиться на страницах газеты намного раньше, но его публикация была по непонятным причинам задержана на насколько дней по настоянию Государственного департамента США. В сентябре 1917 г. сенатор Лафоллет заявил во всеуслышание, что «Лузитания» перевозила боеприпасы и что президенту Вильсону было об этом известно. Сенат США предпочел замять это дело. Материалы расследования по делу «Лузитании», проведенного американским судом вместе с другими документами, относящимися к этому делу, были переданы в архивы казначейства США в запечатанном конверте с пометкой «Открывать только Президенту Соединенных Штатов». Следовательно, Вильсону было известно не только о существовании этих документов, но и их содержание. То, что все обстоятельства, связанные с гибелью «Лузитании», сохранялись в секрете от американской общественности, свидетельствовало о готовности Вильсона втянуть страну в войну, оказавшуюся в конечном итоге столь выгодной промышленно-финансовым монополиям США и самому американскому государству.

В стремлении утвердиться в роли миротворца Вильсон обратился в декабре 1916 г. к воюющим державам с призывом прекратить боевые действия и объявить «мир без победы». Предложенный американским президентом выход из международного состояния войны не устраивал ни одну из воюющих сторон, поскольку Первая мировая война стала кульминацией начавшейся еще в конце XIX в. ожесточенной борьбы между ведущими империалистическими державами за новые рынки сбыта и сферы прибыльного вложения капитала. В этих условиях было вполне естественным, что страны Антанты не проявили готовности отказаться от тех целей, ради достижения которых началась и продолжалась мировая бойня. Д. Ллойд-Джордж не мог поступиться перспективой получения Великобританией германских колоний в Африке, Ж. Клемансо — получения Францией Эльзаса и Лотарингии. Оба премьер-министра не скрывали заинтересованности своих стран в интернационализации проливов из Средиземного в Черное море. Были конкретные геополитические интересы и у Италии, касавшиеся, в частности, Албании, а также у других стран. «Хотите вы знать причину войны, — задал после начала Первой мировой войны риторический вопрос американский автопромышленник Генри Форд. — Это капитализм, жадность и грязная жажда долларов. Уберите капиталиста, и война исчезнет с лица земли».

Вторая инаугурационная речь президента была почти полностью посвящена проблемам, возникшим в связи с войной на европейском континенте, которая, как подчеркнул Вильсон, «неизбежно с самого начала наложила одинаковый отпечаток на наше сознание, производство, торговлю, политическую и общественную деятельность». Отметив, что стране удалось сохранять вооруженный нейтралитет, президент не исключил возможности того, что обстоятельства могут заставить США «не по собственной воле, не во имя собственных целей и желаний активнее отстаивать свои права, как мы их себе представляем, вступив непосредственно в великую битву».

В период между началом второго президентского срока Вильсона и вступлением США в Первую мировую войну произошло событие, на многие годы вперед и в значительной мере определившее дальнейшее развитие международных отношений, — в России произошла Февральская революция.

Посол США в Петрограде Д. Фрэнсис одним из первых зарубежных дипломатических представителей высказал «живейшую радость по поводу перемены строя в России». Февральская революция вдохнула оптимизм в политические и деловые круги США, которые уже давно беспокоила неспособность царской России продолжать войну. Временное правительство России заверило западных союзников, что у него нет намерений заключать сепаратный мир с Германией. На первых порах правительство США усмотрело в февральских событиях 1917 г. в России отголоски Американской революции,

и уже в апреле 1917 г. конгресс решил предоставить России и другим союзникам заем в размере 3 млрд долл. Вместе с тем американское правительство выразило озабоченность по поводу слухов о возможности заключения Россией сепаратного мира с Германией, который может помешать получению Россией ее доли американского займа. В случае наведения порядка в стране и подтверждения российским правительством намерения продолжать участие в войне до победного конца правительство Вильсона обещало выгодное для России развитие отношений в будущем, в том числе и после окончания войны.

Практически одновременно с революционными событиями в России в США решался вопрос о вступлении в войну на стороне Антанты. Российская революция сыграла важную роль во вступлении Соединенных Штатов в Первую мировую войну. С политических, идеологических и моральных позиций президенту Вильсону было гораздо легче обосновать необходимость вступления страны в военные действия стремлением прийти на помощь демократии. Госсекретарь Р. Лансинг заявил, что вступление США в войну является крестовым походом демократии против абсолютизма, и увязал этот тезис с революцией в России. За этим официальным обоснованием просматривалось явное стремление администрации Вильсона извлечь из сложившейся ситуации наибольшую пользу, в том числе и выступив в роли международного арбитра текущих и будущих межгосударственных конфликтов.

Пиратские акты немецких подводных лодок в открытом море были скорее поводом, нежели причиной вступления Соединенных Штатов в Первую мировую войну. Одна из важнькх причин была названа выше — беспокойство монополистического капитала США за судьбу капиталовложений на европейском континенте. Но основной причиной нервозности большого бизнеса Америки и администрации Вильсона были растущие антивоенные настроения в России, отвлекавшей на себя значительную часть германской армии, а также рост революционного движения в измученной войной Европе. Создавшееся на европейском континенте положение грозило нарушением баланса сил в мире. Возникала опасность роста политической, экономической и военно-стратегической мощи одних государств за счет других. Финансово-монополистический капитал США не хотел этого допустить ни при каких обстоятельствах. В этом вопросе Вильсон полностью разделял точку зрения экс-президента Т. Рузвельта, считавшего, что основой безопасности Соединенных Штатов является не нейтралитет, а участие в «наведении порядка в мире».

В администрации Вильсона были противники признания новой России, рекомендовавшие президенту провести консультации по этому вопросу с Англией и Францией с целью координации действий. Но Белый дом и Государственный департамент США оперативно приняли решение о признании нового российского правительства, что дало возможность Вашингтону опередить Лондон и Париж. В марте 1917 г. в Петрограде состоялось вручение официальных документов о признании России Соединенными Штатами. И быстрое признание новой власти, и вступление США в войну, и последовавшие новые займы Временному правительству России оправдывались естественным желанием поддержать молодую российскую демократию.

В условиях, когда американский капитал в столь крупных размерах был вложен в экономику европейских стран, когда они закупали в США огромными партиями военные материалы, когда военные заказы стран Антанты, изменившие весь профиль американской экономики, сулили и впредь невиданные прибыли, монополистические круги США настаивали на вступлении в войну на европейском континенте. Широкие круги американской общественности, напротив, выступали против вмешательства США в войну. Организованный в начале 1917 г. опрос общественного мнения продемонстрировал, что 90 % американцев высказывались против участия их страны в войне. Вильсон принял самые решительные меры с целью заставить замолчать наиболее активных противников войны. Некоторые из них, в частности лидер американских социалистов Ю. Дебс и пять других руководящих сотрудников аппарата Социалистической партии, были надолго заключены в тюрьму за антивоенную деятельность.

3 февраля 1917 г. Вильсон разорвал дипломатические отношения с Германией и отдал распоряжение о вооружении торгового флота США в связи с решением кайзеровского правительства возобновить акции немецкого подводного флота у берегов Великобритании, Франции и Италии. Объявленный Вильсоном «вооруженный нейтралитет» не обеспечивал надежной защиты интересов американского монополистического капитала, заинтересованного в расширении финансовых и коммерческих связей с воюющими странами Европы и требовавшего в этой связи государственной гарантии безопасности морских торговых путей. [186]

К апрелю 1917 г. немцы отправили на дно уже пять американских кораблей. 2 апреля 1917 г. президент обратился к Конгрессу США с посланием, в котором предлагал объявить войну Германии. Эта рекомендация мотивировалась тем, что «нейтралитет уже невозможен и нежелателен, когда речь идет о мире во всем мире и свободе его народов; угроза этому миру и свободе заключается в существовании деспотических государств, поддерживаемых организованной силой, которая всецело контролируется их волей, а не волей народов этих государств». Палата представителей и Сенат США подавляющим большинством голосов одобрили объявление войны Германии. 6 апреля 1917 г. Соединенные Штаты вступили в Первую мировую войну.