Чтение онлайн

– Да, папа, – я похолодел.

– Ты поскользнулся и упал с тропы. Падая, собрал головой все камни, сломал ногу. Твои крики услышал охотник, промышлявший рядом. Он спустился, чтобы помочь тебе. Те места влажные, легко соскользнуть и потерять опору. Мужчина загремел в расщелину следом за тобой и расшибся насмерть. Ты подполз к нему, кровь из твоего носа слегка капнула на него, пока ты пытался нащупать пульс. Не обнаружив биения сердца, ты стал ковылять к тропе в надежде найти людей. Там мы и нашли тебя, разузнав у местной шпаны о твоих планах.

– Папа, я убийца?

– Ты мой сын! И ты не убийца! Того мужчину убили горы. Они всегда забирают свое. Каждый охотник, выслеживая добычу, должен

быть готов к тому, что он сам может стать жертвой. Уверен, тот мужчина был готов, ведь он шел за хищником. Не ты приложил его камнем по голове. Ты не центр земли. Не ты отнял жизнь, а горы. Они не прощают ошибок. Запомни!

– Мне же горы простили…

– Тогда это огромная причина, чтобы жить! Того мужчину похоронят как героя, который не побоялся рискнуть своей шкурой ради ближнего. Твоя мать молится за него.

Поправившись, я вышел из больницы. Больше ничего не радовало меня: увидев смерть и став ее причиной, я утратил способность улыбаться. Я стал замечать несовершенство этого мира, склоки односельчан раздражали, болезни и проблемы выводили из себя.

Через пару дней отец срочно, не церемонясь и не объясняя, увез меня домой в Ереван. Дома ждала рыдающая мать; казалось, она постарела еще лет на пять.

– Давид, – начал отец, – у нас плохие новости. Семья погибшего, несмотря на выводы следствия и немалую благодарность от меня, не верит в нашу версию. Говорят, тот мужчина был слишком опытен, чтобы сорваться в расщелину, словно пьяный осел. Говорят, что ты слишком сильно нервничаешь. Говорят, что следствие чрезмерно торопится. Они все знают, родной. И здесь становится опасно. Ты должен улететь, по крайней мере, на какое-то время. Улететь туда, где твой след затеряется, а мы с матерью пока проследим, чтобы все утихло. Твой дядя Арни уже предупрежден и ждет тебя. У него большой бизнес, он уважаемый человек. Давид, ты летишь в Москву.

Я вернулся от Крис в середине дня, в субботу, помятый, не выспавшийся, но довольный. Как обычно, меня встречала Раиса Ивановна:

– Я, смотрю, вы продвинулись вперед, молодой человек! – она окинула меня оценивающим взглядом.

– Раиса Ивановна, я просто…

– Чего просто? – я уже привык к этим интонациям генерала армии. – От тебя женщиной разит с улицы! Уж я-то много повидала в жизни. Говори как на духу: залез ты на нее или нет?

Я опешил:

– Раиса Ивановна, вы же приличная… – договорить мне не дали.

– Я приличная? Да я в молодости так жила, так чувствовала и любила, как тебе и не снилось! – она бросила в меня полотенце. – Хоть удачно прошло?

– Да так себе, с утра меня выгнали и признали ночь ошибкой. Что-то я устал, как будто двадцать километров пробежал.

– А эти свои двадцать километров ты пробежал, наверное, всего за 2 минуты, чемпион? – ее колкому чувству юмора не было предела.

– Нет, я… относился к ней, как художник.

– Голую рисовал что ли, как в «Титанике»?

– Нет, Титаник наш, похоже, ушел ко дну.

– Дима, – она подошла и – я вздрогнул от неожиданности – обняла меня. – Выбрось ты это из головы. Ты молод – люби, чувствуй, цени каждую из прожитых эмоций. Но главное – не будь мудаком. Ты же не был? – она грозно нависла надо мной.

– О нет, не был.

– Тогда иди в душ и пошли искать на кухне завтрак, а лучше обед.

За обедом я спросил хозяйку:

– Раиса Ивановна, почему вы такая?

– Какая такая? Красивая? – кокетливо подмигнули ее глаза.

– Нет. То есть, я не про это… Кормите меня бесплатно, беседы душевные ведете… И о сексе даже…Мне, признаться, немного страшно, – я улыбнулся.

– Это только

первый раз страшно, потом втянешься! – ответила она, а затем продолжила уже серьезно: – Я всю жизнь была такой. Училась радоваться каждому мгновенью. В детстве для этого было достаточно куска черного хлеба с подсолнечным маслом и солью. Сейчас время иное, вы все сумасшедшие и свои кирпичи-телефоны не отпускаете ни на секунду, но суть та же. Всем хочется просто радоваться жизни. И я радовалась. Не была шлюхой, но если любила, то до умопомрачения. Если злилась, то в доме, как от призраков, начинали летать тарелки. Я ярко пожила и не жалею об этом. И всегда была открыта другим. А ты… тебя видно насквозь: и твою доброту, и наивность, но и твоего чертёнка в глазах. Если сумеешь сохранить и то и другое, будешь счастлив. Главное – не отклониться слишком далеко.

После обеда я лежал и бесцельно копался в сети. Сообщение от Крис пришло неожиданно:

– Привет. Не против встретиться? Только не как вчера. Прогуляемся?

Вскочив, я набрал вспотевшими пальцами ответ:

– Да, конечно, все что угодно.

– Тогда познакомь меня со своим лохматым Блинчиком. Давай на той станции, где ты его встретил.

Через полчаса я уже выбегал из квартиры.

– Ты чего это такой резкий? – поинтересовалась хозяйка.

– Бегу на встречу с подругой. Познакомлю ее со своим лохматым другом! – выпалил я и захлопнул снаружи дверь.

Раиса Ивановна осталась стоять с открытым ртом:

– С лохматым другом он ее знакомит… дожили…

Выходя из вагона, я молился, чтобы пес оказался там, где надо. С облегчением я нашел его на нужной станции. Крис подошла через минуту.

– Ути какой красивый! – не боясь, она тут же начала теребить его голову. – Смотри, что тут у меня.

Она выложила перед Блинчиком нарезанную колбасу. Мельком я отметил, что такая дорогая марка не всегда есть даже в моем холодильнике.

– Дима, не расстраивайся, я обоим вам принесла, – она улыбнулась и протянула мне пакет с бутербродами. – Кушайте, мальчики.

– Мне немного неловко, но спасибо, – я принял подарок.

Мы посидели еще немного в метро, забавляясь с собакой, а затем вышли на улицу.

– Как прошла суббота? – немного напряжено спросила Крис.

– Да так, без новых событий. Меня накормила хозяйка, а потом мы вместе убирались.

Я рассказал ей о Раисе Ивановне, чем немало развеселил.

– Да ты там под присмотром, я поняла! Послушай, Дим, я хотела бы обсудить, что произошло вчера.

– Да, Крис, конечно!

– Нет, давая я первая. Я слегка выпила тогда и давно не была в отношениях. Сама так хотела. А вчера меня немного прорвало. На поверхность, как нефтяное пятно, всплыло мое хроническое опустошение и уединенность. Знаешь, эта Москва, она… заставляет выбирать, и я давно уже выбрала карьеру, успех, независимость, а тут появился ты с этими твоими байками про красоту. Ты поджег нефтяное пятно, и мне захотелось сгореть в ту ночь в чьих-то руках, быть нужной, желанной, любимой… Твой шепот, ласки, руки. Я очень давно не получала такого… – она пересилила себя, – удовольствия.

– Молчи! – приказала Крис. – Я хотела объяснить тебе, почему так поступила. Я не шлюха, я знаю. Но я забыла, что я человек, который тоже нуждается в тепле и заботе. Не могу сказать, что нам делать дальше. Я старше тебя, мне под тридцать, тебе совсем недавно стукнуло двадцать, да и работаем мы вместе. Пожалуйста, давай пока сделаем вид, что ничего не было, а там посмотрим. Ты сможешь это пообещать?

– Крис, это была райская ночь, я готов на все, чтобы продолжать отношения…

– Нет, ты вот уже не туда повел разговор. Если я дорога тебе и ты ценишь мой комфорт, сделай, как я прошу.