Чтение онлайн

Опустевший пакет я выбросил в урну перед тем как войти — таблетки кончились, а «приход» так и не наступил. Даже обидно немного. Но было вкусно. И не более того. Акисато лишь пожал плечами, вроде: «Ну, не вышло, так не вышло, чего уж теперь».

И началось.

Не торопясь, без тех ужасов и перегибов, что в первый день. Просто упражнения, базовые удары, захваты, техники, снова упражнения.

Занимался мной не сам Акисато. Точнее не только он сам. Еще десятка полтора разных инструкторов я насчитал, что постоянно сменяли друг друга, не давая мне и минуты передышки. Постепенно темп, сложность и болезненность занятий нарастали.

Потянулся

Описывать все, что они со мной делали, бессмысленно. Подобное описание заняло бы столько же, сколько занимает большая медицинская энциклопедия. А это скучно. Скажу только, что усилия их не были бесполезны.

А однажды все закончилось.

Я выполнял очередное ката, уворачиваясь от время от времени постреливающих автоматических крупнокалиберных пулеметов, включавшихся в произвольном порядке, когда дверь открылась. Заглянул мужичок в белом халате, посмотрел по сторонам.

— Слыш, парень, заканчивай! — крикнул он мне и нажал на кнопку отключения пулеметов. Крикнул он на японском, но это проблемой уже не было — за прошедшее время язык я выучил. И даже не один: инструктора очень органично вплетали теоретические занятия в мои тренировки, заставляя напрягаться не только тело, но и мозг. Алгебра, геометрия, языки, химия, медицина, физика… И все это под аккомпанимент пулеметов, бесконечные ката, спарринги, упражнения, звон клинков, прохождение бесконечных полос препятствий, акробатических этюдов и фритрейс-прыжков.

— Центр расформировали. Ты в здании последний остался!

— Че, правда что ли? — как-то не сразу поверил я.

— Ну, да. Выматывай давай. Через час оборудование демонтировать и вывозить начнут. Так что не стой столбом!

И я вышел.

Парень шел впереди меня. Я спросил у него какое сегодня число. Он назвал. Я прикинул про себя и ошарашенно замер: выходило двадцать три года! Он свернул за угол. Я кинулся за ним, чуть придя в себя от потрясения, и вышел в коридор своего универа, с диким недоумением разглядывая спину Ритки (ну или не совсем спину), на коленях что-то ищущей на полу. Хорошо хоть одет был, а то оконфузился бы по полной программе (часть тренировок я проходил голым, так как одежду было жалко — не выдерживала она купаний в кислоте, струй напалма, взрывов реактивных гранат и так далее). А так на мне красовалось простенькое белое кимоно с белым же поясом.

— Рит, потеряла чего? — удивленно спросил я, продолжая любоваться… спиной девушки. Правда совсем не долго. Она от моего голоса подскочила, как ужаленная.

— Ты! Как ты? Здесь? Ты же? Там? Как?… — огорошила она меня градом слабосвязных вопросов, активно при этом жестикулируя.

Я поднапряг мозг, анализируя поток информации.

— То есть, ты спрашиваешь, как я оказался здесь, если упал там? — кое-как сформулировал ее вопрос я. Она согласно кивнула и требовательно уставилась на меня, ожидая ответа.

— Что тут сказать… Тебе повезло, а я провалился еще раз. Слава Богу, вот вернулся, — пожал я плечами.

— То есть «провалился»?

— Ну, снова попал в другой мир, — пояснил я.

— Расскажешь? — заинтересовалась она.

— Да, чего там рассказывать, — отмахнулся я. — Выпал в какой-то версии Японии рядом с залом Карате. Только и успел, что с Мастером о занятиях договориться, как сюда попал, — максимально упростил я свою историю, исключив всяческие «лишние» подробности.

—

— Постригся, — улыбнувшись, поворошил я свой по-военному короткий ежик волос.

— Держи, — протянула она мне боевой нож Дара. — Выпал у тебя, когда ты провалился.

— Спасибо! — обрадовался я ему, как родному. Я-то думал, что он вместе со всем в метеоритном взрыве сгорел, ан вон оно как! Уцелел подарочек!

Я полез запазуху и нащупал кожаный кошелек с монетами. Хорошо, что захватил его из ящика для личных вещей на выходе из зала, где он все то время и лежал. Надо же! Целых три трофея: нож, кимоно и кошелек. Прям можно коллекцию открывать.

— Пошли по домам? — предложил я девушке, запрятав нож рядом с кошельком.

— Точно! — хлопнула себя по голове Ритка. Потом скептически меня осмотрела. — А ты так босиком и пойдешь?

— Пойду, — пожал плечами я. — Вариантов-то все равно нет, — и мы пошли.

Я проводил ее до остановки. Она спросила из какой я группы. Я сказал. То же самое спросил у нее. Она тоже ответила. Попросила не теряться больше и прыгнула в свой троллейбус.

А я потопал домой.

Домой… В этот раз действительно Домой! Как же сладко это звучит…

У меня дома есть большое зеркало. Почти в полный рост человека. И именно перед этим зеркалом я сейчас стоял, внимательно разглядывая себя. За прошедшие тридцать лет я основательно отвык от собственного отражения.

Подумать только, тридцать один год шлялся невесть где. Добавить мои восемнадцать, которые были на момент попадания, что получаем?

Получаем сорок девять лет! Почти полтинник! А в зеркале отражается «вьюнош со взором горящим». Симпатичный такой мальчонка: ростом в метр семдесят пять, весом в шестьдесят восемь кило, худощавый и даже тощий, без ярко выраженной мускулатуры. Не сказать, что она совсем не выражена, нет, но в глаза не бросается. Непонятные каре-зеленые глаза, темные короткие волосы, подвижная мимика, лицо без морщин, гладко выбрито, без шрамов и прыщей. «… не красавец, чтобы все с ума сходили, да и не сходят, это даже веселей…» — как поется в одной веселой песне жизнерадостного мужчины. Что ж, мне эта строчка вполне подходит, решил я и отсалютовал зеркалу стаканом апельсинового сока, подмигнул отражению и пошел на кухню доедать большую сковородку яичницы с колбасой и сыром, аж из двенадцати яиц.

После возвращения домой прошло полтора часа, а я уже успел сварганить себе «похавать» — двадцать три года не ел ничего! Не шутка ни фига! Налить ванну и полежать в ней, включить компьютер и запустить на нем музыку.

Родители были еще на работе, сестра умотала с подругой куда-то на турбазу, так что дом был полностью в моем распоряжении.

И в ближайшее время я собирался прикончить яичницу, взять книжку фэнтази из отцовских запасов и завалиться с ней на кровать, наслаждаясь бездельем.

Да, я бессмертный Мастер Боевых Искуств (Акисато признал меня таковым еще пять или шесть тысяч инструкторо-занятий назад), круче которого только вареные яйца, да и то страусиные, и что? Прикажете бежать на поиски сражений, неприятностей, «достойных противников», и причинение «добра» вперемешку со «справедливостью»?

Да вот вам хрен!

Торопиться разбогатеть, пытаясь толкнуть криминальным элементам Руанское золото? Или грабить те же самые криминальные элементы?

Пфф! Да нафига?