Истории из жизни
Шрифт:
«Нууу… иногда он это делает. Обычно когда мама заставит, — фыркнула от смеха Сольвейг.- Она кого угодно заставит сделать что угодно…»
«А может ты тогда и к Сольвейг перестанешь цепляться? » — окончательно развеселилась Алетейя, потихоньку оттаивая от утренней перепалки. Бардесса подсела к супругу поближе, подав ему ложку, чтоб размешать чайные листья.
«Я стараюсь, пока получается плохо, — честно признался Юстиэль, взял ложку и начал помешивать чай, аккуратно подливая туда ещё воды, чтобы хватило всем. — Может мне к целителю душ обратиться, чтоб ненужные воспоминания стёр, м?» Целитель скосил взгляд на супругу, стараясь сохранять серьёзную мину. Но нет.
Однако поцелуй, которым Шисей наградил его дочь, думая, что их никто не видит, не ускользнул от внимания строгого родителя. От возмущения Юстиэль выронил котелок с остатком кипятка, залив часть костра.
— Проклятье… — целитель тихо, но довольно зло ругнулся под нос. — Да что ж я такой неловкий с самого утра?..
— Юс! Поставь котелок немедленно, кому говорю! — Алетейя нахмурилась, отбирая посудину у целителя. «Ну правда, сколько можно… И на счет целителя душ даже думать забудь, это тебе не игрушки!»
— Пап, давай помогу, — бардесса отлепилась от стража, приседая рядом с отцом, — Разожги пока костер обратно? Ши, помоги ребятам чистить эту хрень с пальмы, а то они что-то застопорились…
Аскольд и София и впрямь активно переговаривались, а ножи в руках мелькали все медленнее.
Юстиэль посмотрел на Тею с такой досадой, словно и впрямь собирался что-то сказать. Но потом умудрился взять себя в руки и виновато улыбнуться.
— Это всё похмелье, — беззаботно фыркнул целитель, — спасибо, Солли.
Пока младшая бардесса занималась чаем, Юстиэль взялся за костёр. Часть безнадёжно вымокших палок пришлось отодвинуть в сторону. Зато те, что остались сухими легко вспыхнули вновь, стоило добавить сухой травы и нового хвороста, чиркнув над конструкцией огнивом. Целитель напряжённо думал, имеет ли он право рассказывать о прошлой жизни Шисея. Сейчас страж и впрямь сильно переменился, только чернотой лат напоминая себя прежнего, беспринципного эскадронца. А если Тея, выслушав его рассказ, тоже решит воспротивиться его отношениям с Сольвейг? Дочь наверняка не скажет спасибо родителям. «Да и вряд ли нас послушает, в общем-то», — подумал Юстиэль.
Шисей тем временем неторопливо подошёл к парочке следопытов. София с Аскольдом были очень увлечены своей беседой.
— Тяжело чистится? Давайте помогу, а то там орда голодных даэвов жаждет завтрака, — засмеялся страж, присев к ним.
— А? — Аскольд поднял немного недоуменный взгляд на стража, а потом улыбнулся. — Да мы тут заболтались немного.
— Обсуждали конструкции луков, — пояснила София, активнее принимаясь за чистку фрукта. Нож порхал в её ладони серебристой рыбкой, обнажая сочную желтую мякоть.
— Так говоришь, дуб жёсткий? — возобновил беседу убийца, хоть и несколько смущённый присутствием стража, но не выказавший этого. — Я думал, показатели прочности у него выше…
— В качестве сердцевины и рукояти он хорош, — кивнула лучница, — но крылья лучше делать из гардении, как по мне. Можно ещё обшивать лёгкими металлами, вроде каталиума, но это не в моём вкусе, если честно.
Тем временем троица даэвов наконец совладала с костром и котелком. Ароматно закипел травяной чай.
Слушать двоих следопытов было довольно познавательно. Хотя стрельба из лука совершенно не давалась Шисею. Потому он никого не перебивал и не вставлял свои реплики. Зато режущее оружие всегда было продолжением рук стража. Даже нож, который юноша вручил ему, воин использовал с несвойственным его профессии проворством. Всё походило на то,
что в прошлом ему частенько приходилось пользоваться подобными вещами. В считанные мгновения очистив приличное количество плодов и сложив их в большую миску, Шисей вернул нож Аскольду и поднялся со своего места.— Не буду больше вас отвлекать, пойду там… — страж кивнул на костёр, — мешаться. Приходите тоже.
Вскоре вся компания собралась у костра. Даже разбудили Адониса, правда осторожно и издалека. Но то ли чародей наконец выспался, то ли наоборот, ещё не проснулся настолько, чтоб причинять своим побудчикам физический ущерб, он попросту сел рядом с Юстиэлем и сгрёб свою тарелку, пробормотав что-то благодарственное.
— Жаль, что ребята ушли… — вздохнула Сольвейг, копаясь в своей порции. — И палатку вон бросили…может, вернутся?
— Вряд ли, — качнул головой Аскольд. — Будем уходить — соберём с собой, потом отдадим.
В это время на асмодианской стороне Атреи Корунду было совсем не до палатки и оставленных на пляже Герхи вещей. Берк сыпал приказами, как снайпер пулями. Убийца метался сначала по всей Бездне, добывая какие-то реагенты для легионовских алхимиков. При этом Рыжий не переставал тянуться к Хаоре, моля о прощении и вере. Он надеялся, что рано или поздно жрица сдастся.
Потом «Клыкам» понадобился пленный дракан с северной окраины Островов Мечей. А лететь туда было очень далеко и долго. Разумеется, тащить пленника до асмодианской Ра-Мирэн Корунд должен был на себе. О том, что убийце будут помогать напарники, не шло и речи. Скрипя зубами и прерываясь на тяжкие вздохи, следопыт продолжал звать обиженную целительницу и размеренно взмахивал чёрными крыльями.
Всё походило на то, что Берк решил отыграться за все проигранные следопыту дуэли и капризы, которые тот себе позволял.
День уже давно подошёл к концу, а Рыжему нужно было ещё побывать в Кальдоре близ крепости Анохи. По слухам, там видели маленький летучий лагерь элийской разведки. Точных координат Берк не сообщил. Замученный убийца несколько часов бродил в маскировке по истекающим лавой землям. Он проклял всё на свете, когда нашёл искомое. «Лагерем разведки» оказался сопливый мальчишка-элиец, шнырявший в Тенях вокруг крепости и что-то разнюхивавший.
Корунд перестал звать Хаору только когда упал лбом на столик в таверне. Принесённое пиво убийца даже не пригубил, просто отключившись. Не смогла его дозваться и размалёванная «красавица», продававшая своё тело за кинару.
Жрица, выставившая эфирный заслон на мысленную связь, решила возобновить походы. Девушка старалась максимально загрузить свое время, чтобы не оставалось на раздумья. И не было желания поддаться слабости, обратившись к рыжеволосому убийце. Судя по всему, Хаора всерьёз решила выкинуть Корунда из своей жизни.
Так потянулись дни. В светлое время суток целительница была занята своими прямыми обязанностями, а возвращаясь затемно домой попросту падала в кровать, мгновенно засыпая. О предостережении Соула выждать несколько дней, прежде чем пользоваться эфиром, жрица успешно забыла.
Прошла почти неделя. Рыжий превратился в мрачное молчаливое орудие в руках Берка. Хаора по-прежнему не отзывалась, что делало убийцу ещё более агрессивным и нелюдимым. Он забыл, что такое совместные пьянки с легионом, перестал в хорошем настроении возиться с молодняком. Корунд в принципе забыл, что такое хорошее настроение. Были только бесконечные изматывающие поручения и приказы. Под конец каждого дня убийца буквально падал. Пару раз случалось и заночевать в резиденции легиона, чего раньше терпеть не мог.