Чтение онлайн

— А трогать застёжки чужой мантии посреди похода мы не брезгуем, — глухо прорычал целитель, дотянувшись до уха Теи. Оказывается, даже этот момент не ускользнул в походе от его внимания. Зубы сомкнулись на нежной мочке и с силой потянули, пока одна из рук отвешивала ещё пару шлепков. Совсем несильных, но досадных, в силу беспомощного положения и умышленно оставленной перчатки. В довесок, в текущем положении кольчужная куртка коснулась спины бардессы, застёжками и пряжками холодя кожу.

— Это профессиональный интерес, дубина, — процедила девушка, морщась от ощущений. Было обидно и зло от того, что реальной почвы для ревности на самом деле не было… но попробуй докажи

это целителю! Как же его должно было пронять, чтоб обычно добрый и кроткий Юстиэль решил поступить вот так.

— Юс, ну кольчуга же… — внезапно заныла Тея, чувствуя, как холодит спину металл звеньев. — Холодно!

Артистка дёрнулась ещё пару раз, безуспешно пытаясь скинуть с себя супруга. Юстиэль выпрямился, выпустив ухо Теи. Ощущение холодных железок на коже тоже пропало.

— Дубина? — опять звякнула пряжка ремня. Тонкая полоска кожи со свистом рассекла воздух и впечаталась в ягодицу бардессы. Целитель склонил голову набок, рассматривая расцветающую на белой коже алую отметину. При этом он снял-таки перчатку с правой руки и с неожиданной нежностью провёл ладонью от поясницы до второй, не пострадавшей ягодицы. «В конце-концов, я не собирался делать ей больно… так уж сильно», — рассудил Юстиэль, разрываясь между порывом всё прекратить и отпустить Алетейю или продолжить наказание, которое могло перейти в нечто другое.

Уголки губ невольно поползли вверх, когда целитель, повертев головой, заметил пузырёк с маслом неподалёку на тумбочке. Это была некая передышка и возможность для Теи снова выругаться и посопротивляться, пока он «умасливал» пальцы на правой руке, при этом не выпуская ремня из левой.

— Больно же! — вскрикнула Тея, закусывая губы. Нежная кожа девушки совсем не привыкла к такому грубому обращению, мгновенно краснея. — Если у меня останется шрам, я не знаю, что с тобой сделаю…

Но хотя бы холод пропал. Пока что. Алетейя не знала, что на уме целителя и это здорово её, привыкшую к безраздельной власти в постели, пугало.

Второй удар обрушился внезапно на другую сторону, где ещё не было метки. Юстиэль облизал губы, это незнакомое… (а незнакомое ли?) чувство опьяняло, едва не до головокружения.

— Тссс, — с напускной нежностью прошептал он и, бросив ремень, рукой в перчатке провёл поперек обеих отметин. — Иначе буду бить сильнее.

И сразу после этого вымазанные в душистом масле пальцы скользнули вперёд и вниз, к паре нежных девичьих складок, под которыми была скрыта заветная «кнопка». Алетейя резко замолкла. Почему-то она была уверена, что Юстиэль не шутит. А больнее не хотелось. Тея любила причинять боль, но не получать. По крайней мере, не в большом объеме.

Но все мысли смело, едва пальцы целителя дотронулись до нежной точки. Девушка крупно вздрогнула, втягивая воздух и замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Возбуждение не заставило себя ждать.

Юстиэль плавно двинул кончиками пальцев, описав медленный круг с лёгким нажимом. При этом он не сводил взгляда с супруги, внимательно наблюдая за её реакцией. Взбесивший маг практически стёрся из памяти, всё внимание заняло обнажённое тело беспомощной девушки. Власть зажгла во взгляде целителя азартные огоньки. Такие бывали разве что у диких зверей, после долгой погони сцапавших добычу.

Постепенно темп ускорился, но совсем ненадолго, и снова стал издевательски-медленным. Похоже, что в планы целителя входило растянуть «наказание» надолго. Левой рукой он машинально стиснул край ремня и постарался выдохнуть как можно тише, чтобы не выдать бушевавший внутри коктейль эмоций, о котором Алетейе до поры до времени знать не полагалось.

«Какие

жесткие. И не натирают?» — хихикнул в памяти голос бардессы, а перед глазами встала физиономия говорливого волшебника. Юстиэль отдёрнул руку, которой ласкал супругу, и замахнулся ремнём, опустив его на ягодицу девушки.

Расслабившаяся, было, девушка громко вскрикнула, инстинктивно дёрнувшись. Прикосновения Юстиэля здорово распаляли, Тея даже попыталась чуть развести ноги, чтобы целителю было удобнее ласкать её. Но сладкая нега продолжалась не долго, разрушившись от одного удара.

— Больно… — сдавленно зашипела девушка. В уголках глаз выступили непрошенные слёзы. Смесь из боли и возбуждения кружила голову, но пока что боль была сильнее.

Юстиэль стиснул ремень настолько крепко, что тот скрипнул. Тёмные, подавленные много лет назад желания выбрались из глубин сознания. Больших усилий стоило отложить ремень в сторону, а не разукрасить спину и ягодицы связанной бардессы алыми полосами. Целитель прикрыл глаза и сделал несколько вдохов, после этого он протянул правую руку, коснувшись её между ног, проникнув кончиками пальцев между складок. Но ласка была совсем короткой. Юстиэль отстранился и навис над супругой. Дотянувшись до её уха, он с жаром прошептал:

— Если я увижу, как кто-то подкатывает к тебе ещё раз, клянусь… я покажу ему всю тьму «мёртвой» Бездны. А тебя…

Целитель прервался, заметив блестящие слезинки на скулах Алетейи. Он принялся собирать их поцелуями, удивительно нежными и невесомыми, добавив к наказанию толику неожиданной ласки.

— А тебя снова накажу.

— Он первый начал, — беспомощно выдохнула Алетейя, чувствуя поцелуи. Легкое подобие улыбки растянуло губы девушки, — Я всего лишь беседовала… Ну подумаешь, у меня такая манера разговора! Я не хочу стоять с мрачной миной, если есть возможность приятно провести время…

Тея прервалась на вздох, а потом торопливо добавила, понимая, что прошлая фраза могла прозвучать весьма двусмысленно:

— В разговоре!

Юстиэль рывком отстранился и ухватил ремень. Судя по всему, услышанный ответ его не удовлетворил, и милость снова сменилась на гнев. Два новых удара легли крест-накрест на пострадавшую попу бардессы.

— Приятно провести время… с магом, который тебя глазами раздевал! — рыкнул целитель и снова занёс руку с ремнём, но «орудие пытки» так и зависло в воздухе. Юстиэль засмотрелся на новые отметины. В этот раз в удар было вложено совсем мало сил, а полоска кожи чиркнула по телу самым кончиком, так что полосы были едва заметны.

Это было так унизительно, быть выпоротой собственным супругом за подозрение в неверности. Тея едва успевала вздрагивать, закусывая губы, чтобы не кричать. Ниже пояса горело огнем, девушка прекрасно понимала, что это ей ближайшую неделю придется очень аккуратно садиться. И вместе с тем, в происходящем было нечто порочное, затрагивающие струны глубоко в душе, заставляюшее дышать чаще и, как ни странно, возбуждаться сильнее. Внизу живота уже сводило от желания, между ног было влажно и горячо не только и не столько от масла.

— Какая-то ты подозрительно молчаливая, — заявил Юстиэль и сощурился. Кончиком ремня он медленно провёл по следам порки, а сам потянулся к спине девушки, ткнувшись губами между лопаток. Туда, где концентрировалась даэвская сила и появлялись крылья.

Нагретая в кулаке целителя пряжка продолжила очерчивать незамысловатый узор на ягодицах девушки, так и норовя нырнуть ниже, где было особенно жарко. А поцелуи, то едва ощутимые, то долгие и чувственные, посыпались на лопатки бардессы в совершенно непредсказуемом порядке.