Чтение онлайн

— Думаешь, что химеры и похищение Айрин все-таки одних рук дело? — Эльф механически теребил мочку острого уха.

— Даже надеюсь. Иначе нам ее не найти.

— Но если они ее используют, то война превратится в бойню. И мы будем отнюдь не в роли забойщиков. — Хорхе присел на корточки, ковыряя землю. — Источник был здесь. Как обычно, выходил с водой.

— Вода есть?

— Нет.

— И что это значит? — Велор подошел к воину и встал у него за спиной.

— Что источник тоже отвели.

Пока не стемнело

окончательно, Солен уселся у костра с книгой, которую вчера дал ему колдун. Филипп пытался заслать его за водой или хворостом, но дворянин довольно успешно отругивался, и на него махнули рукой. Жарка взяла фляги и котелок и пошла искать родник, который, по заверениям чародея, был совсем близко.

Филипп трещал ветками, ломая лапник.

Дворянин перевернул третью страницу, уже поражаясь, насколько принципы сражений обычных отличаются от магических.

Мор, проклятие, дальние и меткие сгустки пламени, плазмы, шаровые молнии, волны тлена, тьмы… — сам не заметишь, как начнешь просить о крыльях, чтобы улететь из этого хаоса.

Филипп принес охапку веток, бросил и ушел опять. Солен его не заметил.

Жарка обернулась и чуть не выронила котелок.

— Филипп! Что тебе надо?

— Решил проводить тебя до ручья, мало ли, места здесь неспокойные.

— Отвали. Сама справлюсь.

— Как грубо.

— Ну, извини. — Полукровка набрала воды из родничка и начала подниматься по тропинке к стоянке. Парень шел почти бесшумно, но убийца чувствовала его спиной.

— Может, все-таки объяснишь, почему ты выбрала такую жизнь?

— Не хуже других.

— Кошмары по ночам не мучают? Клиенты во снах не являются?

— Если убивать наверняка, то не являются. Хочешь, докажу? Убью тебя сейчас, прикопаю в тех кустиках и буду спать спокойно.

Серебристый клинок со свистом рассекает воздух, заканчивая аккорд победным звоном осыпающегося стекла разбившейся жизни. Маленькая девочка выползает из-за сундука, так и забыв встать на ноги, прямо на четвереньках торопится к лежащей на полу женщине. Молодой эльфийке. Та смотрит вверх, не моргая и не дыша. Некоторые эльфийские кланы жестоко карают своих собратьев, осмелившихся сблизиться с человеком. Не все, а точнее, только два. Девочка теребит мертвую мать, но, не дождавшись ответа, начинает тихонечко скулить. Отец лежит рядом, он тоже не дышит.

— Что там еще? — удивляется убийца.

— Ребенок.

— Человечий выродок? Прикончи его. — Но тот сомневается, смотрит в огромные серые глазищи перепуганной девочки. И медлит.

Стрела тоже свистит, рассекая пространство.

Но тише. И врезается в основание позвоночника. Убийца не дошел до ребенка, только кровь веером брызнула на льняную ткань

платьица.

Главный был немного проворней, и вторая стрела завибрировала, глубоко уйдя в дерево.

Но третья попала.

Эльф выбежал к дому и как вкопанный встал, не доходя до крыльца, трупы было видно и с улицы. Девочка даже головы не подняла.

— Не успел. — Эльфийские кланы отказались от убийства оступившихся и их семей, попросту исключая неслухов из рода, потому что любовь смела и безрассудна и ей все равно, человек то или эльф. И не все близкие отрекаются от оступившихся. Даже те, кого когда-то отвергли, предпочтя человека. Эльф все же подошел к женщине, наклонился и закрыл мертвые глаза, потом мужчине. И только тогда заметил маленькую полукровку.

— Это твоя мама?

— Да. Ты меня убьешь? — очень по-взрослому спросила девчонка.

— Нет, я тебя заберу с собой.

— Зачем?

— Не оставлять же тебя здесь одну. — Мужчина поднялся с колен, протянул руку малявке, та недоверчиво на него покосилась и встала сама.

— А это ты убил тех дядек?

— Я.

— Научишь меня так стрелять?

— Научу, — усмехнулся эльф.

И научил, воспитав Раджаэль как собственную дочь.

— Что же ты злая-то такая?

— А ты не приставай ко мне, и я буду добрая. — Филипп и сам не знал, зачем прицепился к полукровке, поэтому смолчал.

Внезапно Жарка поставила котелок на землю. И присела, показывая парню рукой, мол, тоже присядь.

— Что?

— Тсс.

— Да что случилось? — одними губами спросил он, но тут услышал сам. Рядом кто-то шел.

Голоса были отчетливые, хоть и говорили шепотом.

— И на что им энта кошка? Вот приспичило, вынь да положь кошку. Да еще и крысодавку.

— Для внучка егойного, что ли?

— Да не, ему, мол, крысы по углам мерещатся, а мы кошку в деревне ищи, потом кради… Все руки исцарапает и ползамка обгадит! И как мы догадаемся, что это крысодавка?

— Тебе-то что?

— Да… — Мужчины отошли дальше, и голоса стихли.

Жарка встала и отряхнулась.

— Не нравятся мне они. Проследить бы за ними.

— Нормальные мужики: служаки или дворовые.

— И все же я прослежу. Если к утру не вернусь, идите дальше. Я вас догоню.

— Я пойду с тобой.

— Нет.

— Жарка, ты…

— Я каратель, а не экзальтированная девица. У тебя есть деньги с собой?

— Да, пара медяков. И корона, кажется.