Чтение онлайн

Она резко вырвалась из его рук. Из-под огромного пальто были видны только ее черные волосы, тонкие лодыжки и ступни — босые ступни! Дрю посмотрел на ее стройную спину, а потом на свои разведенные в стороны руки.

— Какого черта тебя дернуло полезть на дерево?

— Там котенок, он совсем маленький. — Неуверенно стоя на одной ноге, она пыталась засунуть другую в туфлю.

— Меня не интересуют кошки, — злобно произнес он, растягивая слова.

— Он залез на дерево и не мог слезть. Я пыталась спасти его, — объяснила она, глядя наверх. Вдруг ей стало нехорошо. Как же она раньше не заметила, насколько высоко это

было? Если бы Дрю не подоспел вовремя… Ей стало еще хуже, когда она поняла, что не удивилась его приходу, поскольку в ту минуту она молила Бога, чтобы он пришел.

Что со мной происходит? Я ведь всегда сама справляюсь со всеми трудностями и не жду помощи со стороны…

— Я не вижу никакого кота, — сказал он, оглядывая окрестности.

— Ты полагаешь, что я выдумала эту историю? — Неужели он считал, что она полезла на дерево среди ночи ради собственного удовольствия? — Царапины на ее предплечье жгли кожу как огонь. — Он сбежал.

— Не только он. — Его сухое замечание заставило Еву подозрительно уставиться на него.

«Неужели он догадался, почему я так поспешно ушла? Что же мне делать? Лгать, — решила она, — а что же еще остается?»

— Кошки всегда приземляются на лапы, — в его голосе слышалось раздражение. Украдкой взглянув на его лицо, она поняла, что Дрю вот-вот потеряет самообладание. — Чего не скажешь о людях, — язвительно добавил он. — Если рассуждать логически, животное, которое забралось на это проклятое дерево, может и слезть с него.

— Перестань читать мне лекции, Дрю. Бедняга мяукал. Не могла же я бросить его! — Любой порядочный человек признал бы ее объяснения логичными, но только не Дрю. Падающие со всех сторон тени придавали его лицу надменное аскетическое выражение. Такого лица Ева у него никогда раньше не видела.

— Ты босиком полезла на дерево в кромешной тьме, при минусовой температуре?.. — Он не сказал «ненормальная», но красноречивая пауза сказала это за него.

— Вряд ли я смогла бы залезть на дерево в этом, правда? — заметила она, выставив на его обозрение свою грязную, но элегантно обутую ногу. — Извини за костюм.

— Костюм! — огрызнулся он, глядя на нее как на сумасшедшую. — К черту костюм! Ты могла бы погубить и себя, и меня.

— Я не просила тебя ловить меня, — пробормотала она, зная, что ведет себя как упрямый ребенок. Желание — это же не просьба, правда? На ее лице появилось смущенное выражение. — А как ты оказался здесь? — озадаченно спросила она. Смущение перешло в гнев, когда она увидела его простодушный взгляд. — Ты следил за мной! — хрипло воскликнула она. — Разве не так? Как ты можешь? Тебе не стыдно? — спросила она, покачав головой.

— Тебе повезло, что мне не стыдно, не правда ли?

— Так ты все-таки следил за мной?

— Я увидел, как ты вышла из «Короны» — одна и пешком. Скажи мне, Ева, ты считаешь это нормальным для молодой женщины в такое время суток? Или у тебя вошло в привычку подвергать себя опасности без необходимости? Швейцар сказал, что ты отказалась от такси. Он очень беспокоился.

— И это я слышу от человека, который занимается горнолыжным спортом и… и… — Понимая, что он прав, она кипела еще сильнее.

— Это несравнимые вещи, и ты об этом знаешь! — огрызнулся он.

— Это же не Нью-Йорк. Я была в полной безопасности. — Ева замолчала, наконец признав, что не права. В нормальном состоянии она никогда не поступила

бы так импульсивно. Было совершенно очевидно, что сейчас до нормального состояния ей далеко.

— Думаю, поездка в Нью-Йорк была бы более безопасна при твоей тяге к приключениям, — саркастически заметил он, растягивая слова.

— А ты, — вдруг спросила она, не осознавая, что любопытство отразилось и у нее в глазах, — был в Нью-Йорке?

— Я там работал некоторое время. А ты?

Ева вздохнула и закуталась в пальто.

— Нет, — с сожалением призналась она. — Я всегда мечтала путешествовать, но еще нигде не была. — Элис приглашала ее поехать в Австралию, но она не могла бросить Ника и работу.

— Может быть, в следующий раз, когда ты захочешь поиграть в Тарзана, мне отвезти тебя в Центральный парк?

Ева вдруг представила себе, что она путешествует по всем местам, о которых так долго мечтала. Ее гидом во всех экзотических уголках, которыми она любовалась в туристических справочниках, был один и тот же человек с голубыми глазами, за которые не жалко и умереть. Сердито нахмурившись, она отогнала от себя эти фантазии.

— Если я решу куда-нибудь поехать, то буду путешествовать только одна. Боюсь, развлекать попутчика окажется для меня непосильной задачей и испортит все удовольствие.

— Опираясь на собственный опыт, могу утверждать, что поездка вдвоем только усиливает приятные впечатления.

— Или губит их на корню, — упорствовала она.

— Интересно, до каких пределов ты готова довести свое упрямство? А если это твой медовый месяц… Хоть тогда-то ты снимешь свой запрет?

— Разве я когда-нибудь говорила, что собираюсь замуж?

Его лицо стало суровым.

— Да, ты можешь быть реалисткой, если захочешь, — сухо заметил он. — Я видел, как твой друг бросил тебя на вечеринке. Как же он тогда представляет себе романтический уик-энд? Он уходит, а ты остаешься дома гладить его рубашки?

— Тео? — Ева не сразу поняла, что он имел в виду. — Что? А, да, ему пришлось уехать пораньше, — сказала она несколько рассеянно.

— Он не производит впечатления надежного человека. — Его губы сжались в тонкую линию. — Похоже, большинство женщин не придает этому особого значения. — Его ноздри задрожали, когда он уставился на Еву. — Я просто не понимаю тебя.

— А я и не просила, чтобы ты понимал меня.

— Ты не просила, чтобы я ловил тебя, но я это сделал.

— Ты уронил меня, — напомнила она.

— Я смягчил твое падение, — поправил он ее. — Наверное, у меня завтра все тело будет в синяках, — задумчиво произнес он. — Пошли, я провожу тебя домой, — сказал он, глядя, как Ева дрожит от холода.

— Я вполне способна и сама добраться до дома.

— Не смеши меня, иначе мне приснится кошмарный сон о том, что ты еще можешь натворить по дороге. — Не обращая внимания на ее обиженное лицо, он взял Еву за локоть. — Может быть, тебе и приятно гулять здесь, обозревая местный пейзаж, — он задумчиво посмотрел на сплетение черных голых веток над головой, — но я более мягкотелый. Мне нужно, чтобы кто-то держал меня за руку.

Ева отвела глаза от его насмешливого лица. Нет, он не был мягкотелым ни в прямом, ни в переносном смысле. Она вспомнила его стальное тело во время поцелуя, и сердце ее забилось так громко, что, прислушавшись, он мог бы различить его стук. Теперь она дрожала не только от холода.