Испытание: Чистая Душа
Шрифт:
Мысль о сладко спящей девушке наполнила его душу незнакомым ранее теплом. И Зар, слегка встревоженный странными чувствами, распахнул дверь номера и бросился вон.
***
«Интересно, что же требуется от нас в этом испытании?» – размышлял он про себя, спускаясь по ступенькам парадного входа в гостиницу.
Прошло уже несколько часов, а он так и не понял, что нужно делать. Для нее явно пока нечего болезненного не произошло. Зар чутко отслеживал ее эмоции, но негативных пока не было. Кроме тревоги в связи с неизвестностью, да испуга перед озверевшей толпой. Вполне закономерные чувства с ее стороны в данной ситуации. Но и его ничего особо не беспокоило. Кроме этого нелепого влечения, причину которого он уже выяснил.
Ни
Она тоже расспрашивала его об этом, но он не мог ей ничего ответить. Мысли Зара снова перекинулись на девушку. У нее же тоже есть имя. Как же ее зовут? Зар перебирал в уме эпизоды их недолгого знакомства. А вот… Светлана, Света…
Зар усмехнулся. Ну и имечко, ей под стать. На самом деле, она вполне симпатичная, несмотря на то, что не в его вкусе. После того, как удалось совладать со своей похотью, он, сидя на спинке кресла, с интересом рассматривал растерянно глядящую на него девушку. Маленький рост, худенькая фигурка, очень длинные соломенного цвета волосы и большие серые глаза. Она, как и тогда в зале Испытаний, сидела на полу и настороженно смотрела на него снизу вверх. И не было в ней ничего особенного. Обычная девчонка, каких на Земле миллионы.
Удовлетворившись своими размышлениями, Зар огляделся по сторонам в поисках подходящей для того, чтобы скоротать ночь, женщины.
Ну углу призывно улыбалась парочка ночных бабочек, вышедших на работу. Зар так и не переоделся после концерта, и был увешан драгоценными побрякушками. А в душах этих красавиц расцветала черным цветком алчность. За деньги они будут ублажать его вдвоем и сделают все, что он только ни пожелает.
В кафе напротив, у панорамного окна, со скучающим видом сидела красивая ухоженная женщина лет тридцати пяти или сорока. Заметив устроившегося на уличной скамейке напротив окна Зара, она с интересом разглядывала его сквозь стекло. На пальце ее поблескивало обручальное кольцо, но Зар знал, что она охотно пойдет с ним. Внутри себя она уже давно была готова к прелюбодеянию. Достаточно было легкого ветерка похоти… Зар любил проводить время с женщинами постарше. В отличие от юных девиц они заводились с пол-оборота и всегда знали, что хотят.
Но сегодня он равнодушно отвернулся от окна-витрины. Сегодня ему хотелось кого-нибудь другого… Хотелось юную, маленькую, хрупкую, с длинными светлыми волосами… Такую, как чистая душа…
На соседней лавочке Зар заметил группу школьников: трех мальчишек и двух девчонок. Одна из них привлекла его внимание, и он решительно направился к ним. Пятнадцать лет – самый благодатный возраст для пробуждения тьмы в человеческой душе. Ничто так охотно не впускает тьму в душу, как неуверенность в себе и желание самоутвердиться, свойственные подросткам. И он уже знал с какой стороны подойти к понравившейся девице, чтобы через полчаса она уже была в его номере голая и готовая на все.
Света
Когда за ним закрылась дверь, Света еще с минуту бездумно смотрела на то место, где он только что стоял. Она пыталась понять, что испытывает: тревогу от того, что осталась одна, или облегчение от того, что он ушел. В конце концов она решила, что облегчения было больше. Что бы она ему не говорила, но этот парень все-таки пугал ее. Точнее ставил в тупик своей непредсказуемостью. Количество личин, под которыми она его увидала за последние сутки не поддавалось описанию.
Сначала это был «рыцарь в сияющих доспехах», защитивший ее от хулиганов и, возможно, спасший ей жизнь своим появлением. Затем был «похититель», неумолимый и не считающийся с ее слезами. На несколько мгновений она увидела «студента, проспавшего
экзамен», а затем и вовсе «мальчишку-подростка», отстаивающего перед родителями свое право приводить домой девчонок. Во время странной и необъяснимой первой ступени испытания, она чувствовала его так близко, как будто соприкоснулась с ним не телами, а душами. А в зале Испытания на нее свысока холодно смотрел надменный и самоуверенный сноб, который на сцене вдруг опять превратился в рыцаря, укрывшего ее от толпы своими крыльями.В номере из его глаз глянула на нее жестокая и безжалостная тьма, а потом он играл с ней, как кот с мышкой. И лукаво щурил свои невозможно черные глаза. Кто ты такой, демон Зар?
Она все-таки приняла душ, попутно ужаснувшись надетым на нее вещам, завернулась в махровый гостиничный халат и без сил упала на кровать. Но сон не шел. Измученный свалившимся на него объемом информации мозг отказывался отдыхать, прокручивая и прокручивая недавние события перед ее мысленным взором.
Без предупреждения навалилась тоска по дому. До этих событий Света еще ни разу не ночевала вне дома, не считая дежурств в больнице. И то, на дежурства мама ее согласилась только после того, как лично убедилась, что среди персонала отделения нет ни одного мужчины. Да и какие там мужчины в детском-то отделении? Мама… Как там она без нее совсем одна? Переживает, наверное, очень. Как бы плохо ей не стало. У мамы слабое сердце, а рядом совсем никого. Зар обещал, что это ненадолго, а вот уже вторая ночь. Или третья?
Демон… Азраэль…
Перед глазами встало его красивое лицо с пронзительными очень темными глазами, резко контрастирующими на фоне бледной кожи, обрамленное темными же волосами, почти достигающими плеч. Сколько ему лет, интересно? Или у демонов возраст считается как-то не так, как у людей?
Полюбовавшись немного на его образ в своем воображении, Света неохотно призналась сама себе в том, что демон ей нравится, несмотря на непредсказуемое поведение и грубоватую манеру общения. Вот только он, похоже, воспринимал ее присутствие не иначе, чем досадную необходимость на пути к его цели. Ну что ж. Хотя бы он соблюдает приличия. Хотя и не скрывает того, что использует ее в своих интересах. Вот только в чем ей следует помогать ему?
Похоже было на то, что он сам не знал, что от них требуется. Света перевернулась в кровати, глядя на освещенный настольной лампой круг света на полу. Если подумать трезво, то это больше походило на фантастический фильм, нежели на реальные события. Может она все-таки умерла, и это такая загробная жизнь? А может она от страха потеряла сознание там, в темном переулке, до сих пор находится в забытьи и видит фантастический сон?
Света поерзала и снова развернулась. Несмотря на тяжесть в голове, уснуть не получалось. А мысли так и толкались в сознании, сменяя друг друга со скоростью света.
Если это сон, то почему спать хочется даже во сне? И откуда тогда в ее голове взялся этот образ крылатого темноглазого мужчины, чтобы быть ее сном?
Зар… Чем-то он сейчас занимается в своем номере? Уже спит? Света снова перевернулась, поправляя сбившееся одеяло и упрямо зажмуривая глаза. Если попробовать считать овец, то может быть получится расслабиться? Но вместо овец перед глазами мелькали лица фанатов вокруг сцены с раззявленными ртами и вытаращенными глазами.
После нескольких неудачных попыток уснуть, она сдалась. Со вздохом выползла из кровати и вышла из номера. Полуночный гостиничный коридор был погружен в полумрак, мраморный пол холодил босые ступни, и тишина стояла такая неестественная, будто здание пустовало. Она немного постояла у дверей соседнего номера, не решаясь постучаться. Но деваться было некуда. Возвращаться к себе и снова мучиться от неопределенности в одиночестве ей не хотелось. Она подняла руку для стука как раз в тот момент, когда дверь перед ней распахнулась.