Искусство войны
Шрифт:
Интересно, что комментаторы считают это свойство настолько могущественным, что человек, обладающий глубокой проницательностью, может наперёд всё знать, всё предвидеть. Чжан Юй прямо так и говорит: «Когда есть проницательность и ещё раз проницательность, в делах нет ничего неважного, нет ничего незначительного: обо всём знают наперёд». Ду My считает, что «во всяком деле нужно всё заранее предвидеть», и утверждает, что мысль Сунь-цзы в вышеприведённом изречении именно в этом и заключается.
Сорай придаёт особое значение последним словам этого изречения: «При наличии проницательности не найдётся ничего такого, чем нельзя было бы воспользоваться как шпионами». По его мнению, эти слова означают, что полководец
На этом заканчивается первый раздел главы, излагающей основные положения искусства пользования шпионами. В дальнейшем идут рассуждения по отдельным деталям.
«Если шпионское донесение ещё не послано, а об этом уже стало известно, то и сам шпион, и те, кому он сообщил, предаются смерти», — гласит новое правило Сунь-цзы. «Одного наказывают за то, что он выдал секрет, другого за то, что он болтал», — поясняет Чжан Юй.
История Ханьской империи рассказывает, что, когда во времена императора Гао-цзу против ханьского владычества восстал вэйский князь, Гао-цзу ни о чём другом не расспрашивал, как только об одном: кто у вэйского князя назначен главнокомандующим. Когда ему ответили, что назначен Бо Чжи, император сказал: «Ну, это ещё желторотый младенец. Куда ему до моего Хань Синя! Можно быть спокойным». Затем спросил, кто начальник конницы. Когда ему сказали, что Пин Цзин, он только рассмеялся и заметил: «Он умён, но ему далеко до моего Гуань Ина». «А кто начальник пехоты?» — спросил далее Гао-цзу. Ему сказали: «Сан То». «Ну, ему не сравниться с моим Цао Цанем. Я могу быть совершенно спокойным!» — и более уже ни о чём не спрашивал.
В свете этого рассказа становятся особенно понятными следующие слова Сунь-цзы: «Вообще, когда хочешь ударить на армию противника, напасть на его крепость, убить его людей, обязательно сначала узнай, как зовут военачальника у него на службе, его помощников, начальника охраны, воинов его стражи. Поручи своим шпионам обязательно узнать всё это».
Ясно, что знать, с кем имеешь дело, важно, чтобы определить свою тактику борьбы с противником. Поэтому, если это не становится известным каким-либо другим путём, шпионам поручается собрать сведения о личном составе в армии противника, причём очень характерно, что Сунь-цзы предлагает сообщать такие сведения не только о высших военачальниках, но и о низших, вплоть до простых командиров. «Когда хотят произвести нападение, совершенно необходимо узнать, кто находится на службе у противника, кто из них умён, кто искусен, кто нет, и тогда, взвесив их способности, сообразно с этим действовать против них», — говорит Ду My.
Однако знать противника нужно не только для того, чтобы определить, как действовать. Это нужно и для шпионской работы. Шпионы могут работать хорошо только тогда, когда знают, с кем они имеют дело. Эта мысль отражена в толковании Мэй Яо-чэня: «Если я поручу своим шпионам заранее узнать всё это, мои шпионы смогут действовать».
После этих указаний Сунь-цзы переходит специально к вопросу об «обратных шпионах», которым он придаёт особое значение. Как было указано выше, такое название он прилагает к шпионам противника, которых завербовывают к себе на службу или же которыми пользуются помимо их воли. Сунь-цзы прежде всего требует, чтобы были приложены все усилия к тому, чтобы сделать из такого агента противника своего агента. «Если ты узнал, что у тебя
появился шпион противника и следит за тобой, обязательно воздействуй на него выгодой; введи его к себе и помести его у себя. Ибо ты сможешь приобрести обратного шпиона и пользоваться им».Сунь-цзы указывает на два метода вербовки такого шпиона: подкуп и оказание особого внимания. Ван Чжэ даёт более широкие указания: «Нужно со всей заботливостью поместить его, пустить в ход всякие ухищрения в своём красноречии, проявить к нему самую глубокую любовь и после этого насытить его богатыми дарами и пригрозить ему ужасным наказанием». Таким образом, Ван Чжэ считает, что наилучшим способом воздействия на такого шпиона является удовлетворение его корыстолюбия и одновременно запугивание его страхом смерти.
Что же может дать такой обратный шпион? «Через него ты будешь знать всё», — объясняет Сунь-цзы. Что именно? На это отвечает Чжан Юй: «Через обратного шпиона ты будешь знать, кто из жителей его страны падок до денег, у кого из его чиновников какие недостатки». А к чему это может привести? Сунь-цзы говорит точно: «Таким путём ты сможешь приобрести себе и местных шпионов (которые вербуются, как объяснил Сунь-цзы выше, из местных жителей. — Н. К.) и внутренних шпионов (которые вербуются из числа его чиновников. — Н. К.)».
«Через него ты будешь знать всё», — повторяет Сунь-цзы. Что именно? На это отвечает Чжан Юй: «Через обратного шпиона ты будешь знать, как обмануть противника». «Поэтому, — продолжает Сунь-цзы, — сможешь, придумав какой-нибудь обман, поручить своему шпиону смерти ввести противника в заблуждение».
«Через него ты будешь знать всё», — в третий раз повторяет Сунь-цзы. Что именно? «Положение противника», — отвечает Чжан Юй. «Поэтому, — продолжает Сунь-цзы, — сможешь заставить своего шпиона жизни действовать, согласно твоим предположениям».
Таково значение обратного шпиона. Через него открываются самые надёжные пути для организации шпионской сети по всем направлениям, а также для обеспечения самых верных условий для шпионской работы. «Узнают о противнике обязательно через обратного шпиона», — говорит Сунь-цзы. «Все четыре вида шпионов — и местные, и внутренние, и шпионы смерти, и шпионы жизни — все они узнают о противнике через обратных шпионов», — поясняет Ду My.
«Начало всей шпионской работы зависит от обратного шпиона», — говорит Мэй Яо-чэнь. «Поэтому, — заканчивает Сунь-цзы, — с обратным шпионом нужно обращаться особенно внимательно».
Несколько по-своему аргументирует важность обратного шпиона Сорай. Он пишет: «Гораздо лучше обращать на свою пользу шпионов, являющихся от противника, чем посылать своих шпионов к противнику. Людей с большим умом мало, а ординарных много. Поэтому наш шпион, попадая к противнику, может прельститься золотом и драгоценностями, красивыми женщинами; его волю можно сломить наказанием; страсти и боязнь смерти свойственны всем людям. Поэтому и часто случается, что такой шпион раскрывает истину и только приносит вред своим. Даже твёрдый и стойкий человек и тот, если у него не хватает ума, подвергаясь изо дня в день всевозможным допытываниям противника, в конце концов проговаривается. Поэтому Сунь-цзы и ставит обратных шпионов на первое место».
На этом заканчивается рассуждение Сунь-цзы об обратных шпионах. Возвращаясь к шпионажу вообще, он говорит: «Всеми пятью категориями шпионов обязательно ведает сам государь». Нaстолько важна эта область.
Об этой важности как нельзя лучше свидетельствуют яркие и общеизвестные исторические примеры, причём восходящие к глубокой древности, когда, но представлениям китайцев, жили и действовали основоположники китайской государственности и культуры.
«В древности, — говорит Сунь-цзы, — когда поднималось царство Инь, в царстве Ся был И Чжи; когда поднималось царство Чжоу, в царстве Инь был Люй Я».