Искусственный отбор
Шрифт:
Новичок на месте Геральта, вероятно, некоторое время осматривался бы, вел себя не слишком уверенно – в этом случае охранники становятся наглыми и самоуверенными до предела. Но ведьмак сотни раз за свою карьеру проникал на заводы через охраняемые проходные. И прекрасно знал, как нужно обращаться с публикой на вахте.
С каменным лицом, ни слова не говоря, Геральт пер прямо в проход, перегороженный эфемерной хромированной планкой вертушки. Охранник должен нажать педаль, тогда барабан провернется и планка уйдет вниз, а за спиной проходящего новая встанет на ее место.
Охранник скупо улыбался и тоже пока молчал.
Геральт замедлился в проходе и остановился перед планкой. Выждал секунд пять. Потом повернул лысую татуированную голову к охраннику. Две зеркальных капли отразили самодовольную рожу охранника – здоровенного до неправдоподобия полуорка.
– Ну, что? – недружелюбно процедил Геральт. – Нажмешь на педаль или мне тут разнести все вдребезги?
Такого охранник не ожидал.
– Чего? – лицо его вытянулось.
Геральт видел, что стекло будки не простое, усиленное. По всей вероятности, даже пуленепробиваемое. Поэтому просунул ствол помповухи в окошко и первым же выстрелом вдребезги разнес стоящий на столе охранника будильник.
Когда грохот и звон смолкли, охранник сумел выдавить из себя не очень внятное:
– Ты что, псих? Это территория клана!
– Мне плевать. Я ведьмак. Поэтому хожу где вздумается.
– Ведьмак? – В глазах охранника впервые промелькнуло некое подобие понимания. – А, ну да… Татуировка…
Геральт навел ружье на охранника.
– Жму, жму! – заторопился тот и чуть качнулся – явно потянулся ногой к педали. Красный огонек на турникете сменился зеленым, и планка послушно подалась под нажимом бедра Геральта. Шаг, другой – и ведьмак ступил на территорию завода.
Он не оборачивался, но тем не менее прекрасно знал, что делает сейчас охранник. Во-первых, тянет из кобуры пистолет, а во-вторых, зажав между плечом и щекой телефонную трубку, давит на кнопку вызова, дабы оповестить руководство клана о визите ведьмака. Геральт знал это отчасти благодаря обостренным ведьмачьим чувствам, отчасти – благодаря богатому опыту.
Он не напрасно обставил свой визит столь пышно – стрельба, грохот, почивший будильник. Проникни он на завод тайно, существовал бы немалый риск, что клан сначала попытается его втихую подстрелить, а уж потом станет разбираться, кого это принесло в гости. Ведьмака клан первое время трогать точно не станет, да еще так красиво появившегося. Предпочтут выждать, дабы понять – а зачем, собственно, пожаловал гость из Арзамаса-16? Времени, как рассчитывал Геральт, должно было хватить с лихвой.
Теперь нужно срочно отловить кого-нибудь из низшего звена клана, а еще лучше из рядовых заводчан или дикарей. В самом деле – не у охранника же спрашивать, где именно на заводе работало жалкое существо по имени Леха Лимон? В каком цеху?
Однако подсказку Геральт нашел неожиданно быстро, едва вышел из корпуса на территорию. В виде деревянной стрелки на деревянном же столбике. Стрелка была окрашена давно облупившейся белой краской; поверх тянулась каллиграфическая надпись: «Лаборатории»; указывала стрелка на виднеющийся невдалеке аккуратненький трехэтажный корпус, к которому вела жиденькая тополиная аллея.
«Ага, – подумал ведьмак. – Девяносто против десяти, что тут».
При входе в корпус нашелся свой охранник, на этот раз далеко не такой здоровенный и грозный. Пожилой толстячок из людей, щеголявший
в форменной фуражке и очках в золоченой оправе. Толстячок имел весьма благодушный вид, наверное, полагал, что случайные люди по территории не шляются. Ну, при такой-то внешней охране толстячок имел на то все основания.– День добрый, – подпустив в голос скучающих ноток, поздоровался Геральт. – Как дежурится?
– Доброго здоровья, – дружелюбно кивнул толстячок. – Да помаленьку…
– Лимон тут, что ли, работал?
– Лимон? Малохольный такой?
– Угу.
– Тут, на третьем этаже, в триста семнадцатой. А что?
– Да так… Должок за ним числится один.
Толстячок закивал:
– Слышал, слышал… На Ганса работаешь?
– Нет. Лифт там?
Сомкнутые двери лифта и кнопку вызова Геральт давно уже разглядел.
– Там. Только я тебя в книгу записать должен. Минутку…
Толстячок вынул откуда-то из-под стола засаленный журнал, плюнул на палец и принялся переворачивать страницы.
– Звать тебя как? – спросил он, найдя нужную.
– Тимур Горчев, компания «Тульчинские измерительные приборы».
Шевеля губами, толстячок записывал.
– Должность есть?
– А как же! Калибровщик.
– Угу, записал. На выходе отметишься.
– Понял, – кивнул Геральт и вразвалку направился к лифту.
В лифте он добыл из рюкзака шерстяную шапочку и натянул на лысину – ни к чему светить на этажах ведьмачью татуировку. А зеркальные очки снял и спрятал в нагрудный карман.
На третьем этаже встретился унылого вида половинчик, протирающий пыль с подоконников. На Геральта он покосился, но ничего не сказал, даже не поздоровался, хотя Геральт, поравнявшись с ним, деловито кивнул.
Триста семнадцатая оказалась заперта, но к такому повороту событий ведьмак был вполне готов, заранее нащупав в кармане коробочку с отмычками. Замок на дверях лаборатории был детский, есть умельцы, которым и отмычка-то не понадобилась бы. Хватило бы ногтя. Но Геральт ногти никогда не отращивал, предпочитал пользоваться отмычками.
Лимон скорее всего при помощи родного ключа отпирал бы дверь дольше.
Лаборатория была довольно просторная; судя по запыленным столам и подоконникам, давешнему половинчику вход сюда был заказан. Изучив степень запыленности, Геральт легко отыскал предмет вожделений Лимона – действительно похожий на средних размеров чемодан комплекс «Охрана-два». Рядом нашелся и чемодан поменьше с наружными датчиками. Отсоединив единственный подключенный к комплексу датчик, Геральт смотал кабель, упаковал датчик в чехол и пристроил в незанятой нише второго чемодана. Так же быстро и сноровисто он перевел в походное состояние и основной модуль.
«Теперь коды», – подумал Геральт, осматриваясь.
Наработки Лехи Лимона его совершенно не интересовали. Сразу было понятно, какого уровня он техник, если к выросшей на этом же заводе системе подбирал управляющие коды вслепую.
Невооруженным взглядом было видно, что на единственной полочке с бумагами кто-то недавно рылся. Две толстые общие тетради с записями все еще стояли на полке, но как минимум одну успели изъять. Однако оставшиеся тетради внимания Геральта не удостоились.
Геральт прекрасно знал, что делать дальше. Именно за это знание он и брал с киевлян плату, как правило, весьма высокую.