Искра в аметисте
Шрифт:
— А в твоих руках, — видимо теперь он обращался к Люде, понять уже было сложно. — Сердце всего королевства!
После этих слов оракула просто не стало. Вихрь лепестков-осколков взвился через окно в самое небо. А мы с Людвикой так и стояли с открытыми ртами, пока вихрь окончательно не растаял в воздухе.
— Что… это… было? — первой подала голос подруга.
— Без… понятия! — только и сумела ответить ей.
— Очень красиво ушел…
— Ага, — с ней нельзя было не согласиться. — Только нам пора.
Людя только и кивнула в знак согласия, но с места мы так и не сдвинулись. Нам предстояло выйти в мир нерешенных проблем, враги в котором и не думали, куда-нибудь исчезать
— Людя? — я пришла в себя первой. — А как ты нашла Витгерда?
— А… это… — она немного смутилась. — Он застрял между явью и навью.
— Как? — пока нас окончательно не выбросило в эту самую явь, я не могла не утолить свое любопытство.
— Как-как? Во снах! — подруга почесала висок. — Но не в моих! Его искать надо было, а рубин долго не отзывался. И только в ту ночь, когда ты у Вардаса ночевала, — тут она хитро посмотрела на меня, очухалась, значит.
— Камень на груди стал нагреваться, и я услышала зов Витгерда. Пришлось искать, у кого именно он в том городке во сне появился.
— Ого! Как интересно! — я уж было приготовилась послушать про сны с, застрявшим в них, королем, но потом вспомнила, что у нас остались незавершенные дела, и Майло я еще не нашла. — Ладно, про сны как- нибудь потом поговорим. Нет времени на байки.
— Вот именно — нет, — вторила моим словам подруга. — А у кого-то оно еще осталось.
Вдвоем мы направились к выходу из покоев оракула. Куда именно следовать дальше нам было не ведомо, но где-то на краешке сознания плескалась мысль, что на этот вопрос уже давно известен ответ.
Было ли мне страшно?
Уже, наверное. нет.
22.5
В подземельях старого королевского замка было холодно и сыро. Майло Вардас не стал сетовать на особенности уюта своей тюрьмы, у него было не так уж и много времени. Вигинас жаждал его крови, страданий… это должна была быть страшная расплата с ненавистным выскочкой, каждый раз нарушающего его великие планы.
Живые люди, которые вынуждены были остаться на период самой длинной ночи в замке, были сильно напуганы — королевскую резиденцию наводнили марионетки Вигинаса. Но канцлер понимал — все эти потуги деда и его внука не имели никакой силы. Уже не имели. Портал в навь окончательно запечатан, зеркала уничтожены. Эратриэль — главный союзник — мертв.
Больше всего лорда Вардаса беспокоило неведение относительно Гинты. Зачем-то она была нужна Вигинасам. Единственная догадка, которая оправдывала бы такой подход — это то, что им нужна была ее сила. В любовь со стороны обожающего себя Лаугаса. верилось с трудом. Оставалось только надеяться на благоразумие самой девушки, но именно в этом у Майло не было никаких сомнений.
После того, как в то утро из гостиницы ушла ее подруга. не сказав никому ни слова, Гинта сильно ругалась на Вардаса, а потом очень злилась на себя. Казалось бы, такие простые воспоминания, но сердце при этом наполнялось теплом и радостью.
Майло долго убеждал Гинтаре, что все будет хорошо, а потом еще посвящал в тонкости своего плана, который они разработали еще совместно с Эмбро и Легартом. За Витгерда было все еще беспокойно, но если та девчонка с темным даром начала действовать, значит есть шанс, что король жив и сам явиться ко двору. Тут ничего не оставалось, как только довериться племяннику — он всегда действовал сугубо на свой страх и риск.
Что ж! Настало время и самому Майло вступить в игру.
Он закрыл глаза и шагнул назад, оставляя тюремные кандалы тихонько позвякивать в тишине подземелий. Мгла текла, увлекая его за собой, по темным углам, по опустевшим коридорам и покоям, к самому сердцу дворца.
Из своей тени он прекрасно
видел на сколько зол и обескуражен Вигинас, как раздражен и раздосадован его несравненный внук. Их планы рушились на глазах. Один из коридоров замка был беспощадно испорчен огнем, но нигде не наблюдалось пожара. Значит Гинта не выдержала.А еще… он почувствовал, что хозяин королевства вернулся. В замке совершенно точно был Витгерд.
Портал Майло так и не сумел открыть, значит старый дурак запечатал их в самом замке, но знал ли он о том, что портальные печати стоят везде снаружи, даже на том самом злополучном фонтане роз. Сам Вардас потратил не один день и час, расставляя невидимые метки. Так что Вигинасы не ждали внезапного появления оставшихся дознавателей, а значит — не имели значительного перевеса сил. Только вряд ли еще понимали это.
— Можешь выбираться из своего темного угла, Вардас! — нарушил тишину уединения низкий басовитый голос старого Вигинаса. — Тебе, все равно, меня уже не провести!
— Я смотрю, ты прекрасно справляешься и без меня. — Майло вышел из своей тени и предстал перед бывшим другом, да и другом ли.
Лорд Вигинас хмыкнул.
— У меня есть то, что ты ищешь!
— А разве я ищу? Все, что мне было так было необходимо, я давно нашел!
— Уверен в этом? — старик сделал знак рукой, и покачивающиеся, как чучела на ветру, стражники ввели в зал Гинтаре. — После того, как твоя девка мне спалила ползамка, она шлялась, подыскивая, видимо, что бы еще поджечь. Мои люди взяли ее, когда она пыталась пробраться к тебе в подземелья, так что, не стоило тебе оттуда выбираться. Свиделись бы на месте…
На Гинте заведомо надеты цепи с печатями. Предусмотрительный подонок.
— Да. пришлось, знаешь ли, ограничить ее в возможностях, — проследив за взглядом Майло, признался старый советник. — Уж больно она любит заигрывать. как оказалось. не только с огнем — твоих, небось. рук дело. Тень… тень везде, где горит пламя…
Вардас только сделала не понимающий вид, пусть Вигинас думает, что хочет, но никто не должен знать. что в Гинте есть частичка магии смерти. Ни к чему это. Да и ему она призналась лишь на подъезде к столице, как бы между прочим, явно переживала. как он отнесется к этой новости. Глупая девочка! Ее он будет любить даже после того. как она выпалит весь мир. Вместе они смогут построить новый. ни на что не похожий… и там будет дом. Только для их двоих.
— Пора тебе смириться, Ларго! — Майло сознательно назвал лорда Вигинаса по имени. Цель была достигнута — старик вздрогнул, но виду не подал.
— С чем же? Ублюдок твоей сестры мертв — ритуальный камень бледен, как во времена сотворения мира.
Разлом, что б его! Камень потерял силу из-за того, что не чуял своего хозяина — короля на узелках судеб и нитях дорог Энике. Но Витгерд жив — это Майло уже знал точно, потому что именно он сейчас, распахнув золоченые створы главных дверей, направлялся к трону, на который преждевременно присел. минуя дорогого внука. сам лорд Вигинас.
— Прошу вас. уважаемый, освободить место. которое вам не принадлежит!
— молодой человек встал прямо перед советником. одарив его едва заметной ухмылкой.
От неожиданности Ларго вскочил с места. а лицо Лаугаса вытянулось, превратившись в серую маску страха.
— Нет! — закричал старик. — Этого не может… не может быть!
— Почему же? — выдержке Витгерда можно было только позавидовать, другой не объясняясь бросился бы на Вигинаса и растерзал того ко всем йодасам. — Вы уважаемый, лорд-советник такую премерзкую кашу заварили, а мне пришлось расхлебывать. Все эти заговоры с гильтинийцами, эльфийцами, открытие разломов в навь. Столько труда — не так ли?