Чтение онлайн

– Нападай же, – с приглашающим жестом язвительно произнес Перворожденный.

– Задача телохранителя – защищать, а не нападать! – ответил наемник, и наследника окатила волна уже нескрываемого презрения.

– Интересно, кто защитит тебя? – Кронпринц ринулся в атаку.

В воздух взметнулись мечи. Через минуту Таварзул понял, что победить дерзкого врага будет непросто. Блокируя очередной выпад, воин развернул веер, и перед глазами наследника Малоры пронеслись заостренные наконечники ножей, срезав верхнюю пуговицу с камзола эльфа. В настоящем бою мужчина был бы уже мертв. Ралион нахмурился, Кендарил сделал шаг к соперникам,

а по залу пронесся одобрительный рык капитана караула и тревожный вздох Элидриль. Таварзул поклонился принцессе, подавая знак, что с ним все в порядке. Легкий кивок эльфийского неприятеля почти никто не заметил, кроме тех, кто не отрывал о героя тревожных глаз. Страж отступил на шаг назад, сделал глубокий вдох и снова встал в боевую позицию.

Поединок возобновился. Таварзул достал второй меч. Противники перемещались по залу, уклоняясь от ударов друг друга. Холодная ярость в глазах наследника Дремлющего леса не предвещала ничего хорошего. Наемник увернулся от выпада одного клинка, однако остановить следующий эфесом другого боец не успел. По залу разнесся глухой звук от сильного удара, и маленький мечник оказался на полу, согнувшись от пронизывающей боли. Озерные эльфы повскакали со своих мест, а Эледриль закрыла лицо руками.

Таварзул победоносно вскинул руку вверх, как ее что-то обожгло. Из ладони торчал дротик, а из ранки на мраморный пол залы закапала кровь.

Перворожденный гневно сверху вниз взглянул на своего врага, и вдруг реальность начала расплываться. Стены замка исчезли, его и мечника окружал лес. Вокруг валялись трупы орков и погибшие Ночные Стражи. Поверженный недруг лежал на земле, из раны от удара меча на левой руке текла кровь, а Принц стоял над ним как победитель. Только из кисти Таварзула торчал не дротик, а небольшой кинжал эльфийской работы с затейливым узором на лезвии…

Иллюзия исчезла также внезапно, как и возникла.

– Ты! – взревел принц и ринулся к караульному.

Быстрым движением меча, эльф распорол рукав на левой руке воина и увидел татуировку, которая прикрывала невидимый теперь глазу шрам.

Булат Таварзула задрожал, узнав рану, которую когда-то нанес. Дело в том, что оружие, созданное древними эльфами, обладало физической памятью. Меч, копье или кинжал, однажды нанеся ранение, навсегда запоминали соперника, и могли узнать его при следующей встрече. Это и произошло.

– Ты, – опять прошипел принц.

– Да, я. – Ответил Страж, преодолевая боль.

– Я хочу видеть твое лицо! – принц потянулся к сопернику, чтобы сорвать полумаску.

– Ночные Стражи не имеют лица, – воин увернулся от протянутой руки Таварзула и застонал.

К противникам подбежал Кендарил, встал между бойцами, и объявил ничью. Старший принц, выдернул дротик из кисти и остановил кровь легким движением пальцев. Он отвернулся от бывшего соперника, который с большим трудом пытался подняться на ноги.

– Ты храбро сражался и смог защитить честь Стражей, – первый принц лесного королевства говорил через плечо, стараясь не смотреть на бывшего врага, – я хочу наградить тебя.

С этими словами Таварзул протянул наемнику кольцо с драгоценным камнем Айраира, камнем Вечности, которое снял со своего пальца, но воин отшатнулся от подарка, как от удара.

– Такие украшения достойны только принцев. Они не предназначены для простых воинов.

– Какой же награды ты хочешь? – в голосе Таварзула слышалось

оскорблённое самолюбие, высокомерие и ненависть.

– Честь сражаться с лучшим мечником Остерина уже награда для меня, – раненый противник поморщился то ли от боли, то ли от накативших на него чувств, – но я ее уже получил.

Эльф задумался.

– Владыка Берион, дозволено ли будет мне пригласить нашего доблестного солдата на пир в честь леди Элидриль. Я хочу, чтобы герой сидел на почетном месте – между мной и моим младшим братом.

Раненый поднял глаза на владыку Озер, словно умоляя отказать в такой просьбе, но мудрый правитель понимал, что второй раз так делать опрометчиво, и правитель озерной столицы дал свое согласите.

Впереди ожидался ужин и бал.

После благодарственной речи Бериона, гости разошлись по своим комнатам, чтобы переодеться и поделиться впечатлениями о произошедшем.

В своих покоях чета Дремлющего леса обсуждала случившееся. Таварзул сидел в кресле с бокалом вина, рядом расположился Рамалион.

– О чем ты только думал?! Мы пришли заключить союз, а не начать войну. – Младший дофин мерил комнату шагами.

– Да будет тебе союз, – Таварзул лениво потянулся. – Я просто развлекался.

– Ты серьезно ранил Стража. Я ощутил сильную боль. – Кендарила совсем не удовлетворил ответ брата. – Хозяева замка тоже почувствовали это и встревожились.

– Озерные эльфы всегда благосклонно относились к другим расам. – Ралион посмотрел на сына поверх бокала. – Кажется, сестра и дочь Бериона вышли за муж за смертных…

– Это было жестоко… – констатировал Кендарил. – Не уверен, что страж сможет прийти на пир и получить твою награду, брат.

– Ну что же, – нанесенная обида снова прозвучала в голосе принца, – пойдемте и посмотрим.

Таварзул, быстро поменяв наряд, направился к выходу.

– Не сломай новую игрушку, – услышал он голос отца.

Кендарил же, предвидя неприятные последствия, покачал головой и с осуждением посмотрел на короля, который иногда поощрял Таварзула.

– Ничего страшного не случиться,– отмахнулся от тревоги младшего сына и Ралион. – Это всего лишь человек. К тому же твой брат, всегда знает момент, когда пора остановиться.

***

Сразу же после поединка Эледил устремился к палаткам Стражей, в одну из которых проводили героя вечера. Хотя жилище лейтенанта и было больше, чем у простых стражей, но все равно вмещало в себя лишь лежак, стол да пару стульев. Над побледневшим стражником, лежащим на топчане, колдовал армейский врач-гном.

– Два сломанных ребра, – констатировал он, – Все, что я могу – это крепко перебинтовать тело, но с этим на пиру не повеселишься.

– Оставь нас! – Приказ озерным принцем был отдан тихо, но жестко. Когда врач вышел, эльф обратился к воину. – Давно не виделись,… сестренка,

Эледил подошел к девушке и положил на сломанные ребра руки, заговорив на древнем эльфийском языке. Из пальцев принца заструился свет, который осветил всю палатку. Тинтур застонала от боли и открыла глаза.

– Эл, как же я тебе рада, – с трудом произнесла больная.

– Легкие целы, ребра восстановлены, но огромный синяк убрать не получается. – Принц осмотрел свою работу, и был ею явно недоволен. – Надо позвать отца, он поможет, тогда и следа не останется.

– Ни в коем случае! – всплеснула руками девушка, но тут же сжала зубы от боли.